Директор Дома Культуры (29 фото + 12 видео)

Советский и российский рок-музыкант, писатель, поэт, композитор, продюсер, музыкальный критик, публицист, политтехнолог и идеолог контркультуры Сергей Алексеевич Жариков (Жаринов) родился 11 июня 1956 года в Москве.
В 1970 году вместе с Михаилом Рабкиным (племянником руководителя популярного тогда ВИА Голубые Гитары Игоря Гранова) Сергей организовывает первую свою школьную рок-группу — Второе Пришествие.

А к середине 1970-х гг. он был уже известен ещё и как барабанщик и автор текстов групп Млечный Путь и Смещение.
В 1979 году Жариков окончил факультет прикладной математики Московского института электроники и математики/МИЭМ им. А.Н. Тихонова, и сразу же попадал в армию, причём, рядовым, поскольку военная кафедра института из-за конфликта с одним из преподавателей решила не присваивать ему офицерского звания. Но, тем не менее, деканат всё же встал на сторону Сергея, и выдал-таки ему диплом инженера-математика.

По окончании службы он недолгое время работал в профильных отделах (АСУ — комплекс аппаратных и программных средств, предназначенный для управления различными процессами в рамках технологического процесса) Министерства высшего и среднего специального образования РСФСР, Министерства здравоохранения СССР, Министерство культуры РСФСР и, наконец, Министерства торговли РСФСР (РосАСУТпроект), где держали свои трудовые книжки некоторые деятели советского джаза, организовавшие к тому времени сеть московских джаз-клубов.
В 1980 году Жариков создаёт группу ДК (Дмитрий Яншин — гитара, Вячеслав Виш — бас, Жариков — барабаны, Иван Аджубей — флейта), становится активным её участником, после чего «уходит» в академическую среду со свободным графиком работы — после недолгого присутствия (вместе с Яншиным) в Институте точной механики и вычислительной техники/ИТМиВТ, он в конце 1982 года поступает в Физический институт при АН РСФСР/ФИАН им. Лебедева (ИОФАН), где проработал затем почти 10 лет.

К 1981 году проект ДК (ДЭка, как называли его сами участники, хотя ходило множество вариантов «расшифровки» названия, включая даже такой «экзотический», как Девичий Кал) становится, чуть ли, не маркером подпольного московского рока. Изначально музыканты ориентировались на довольно сложную инструментальную музыку – инструментальный арт-рок, джаз-рок. Но к концу 1982 года сформировался совершенно новый состав группы: Сергей Полянских (г.Феодосия, Крым)— бас, Жариков — барабаны, Яншин — гитара, Евгений Морозов (ех-звукооператор Млечный Путь) — вокал, Михаил Генералов — блок-флейта. Звучание и стиль так же резко поменялись, музыка коллектива стала ещё более сложной, психоделической. Репертуаром группы занимается Жариков, а репетиции записываются на магнитофон.

В 1983 году у группы состоялся первый публичный концерт, и это выступление находит отклик у аудитории. Появились и первые магнитоальбомы — «Шизгар» и «Голые ноги».

В конце 1983 года Морозов покидает группу, а на его место приходит ех-солист оркестра Ю. Мухина Виктор Клемешов (труба, тенор-саксофон, вокал), духовую секцию пополняют классический виртуоз из диксиленда Капелла-Дикси п/у Льва Лебедева Олег Опойцев (тенор-саксофон, баритон-саксофон) и Сергей Летов (флейта, альт-саксофон), а за клавишные садится Александр Белоносов, известный по записям с группами Альянс, 27-й километр и Зодчие.

Трио ДК: С. Жариков, В. Клемешов и С. Летов, запись очередного альбома, 1985

А в 1984 году коллектив был вынужден прекратить публичную деятельность, получив запрет на творческую деятельность от ВСЕХ государственных инстанций. Причина была одна – на Жарикова завели уголовное дело по ст.190-1 УК РСФСР («Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй»), связанное с его антисоветскими высказываниями, и он попал под «прокурорский надзор».
« — Одна из составляющих культуры, к которой вы относитесь непосредственно — это музыка, конечно. Помню одну вашу фразу — «понимание музыки в качестве социального протеста провинциально». Она относилась к песне «Перемен» и советскому року вообще, а ваше понимание сегодняшней музыки такое же? Сегодняшние герои, которые выступают перед толпами на митингах и которых запрещают, имеют значение в политической и культурной ситуации?
— Музыка — как, впрочем, и все остальные замкнутые на себе языки — развивается по своим внутренним законам. Вся эта спекулятивная эссеистика интересна и даже развивает, но к самому предмету не имеет ни малейшего отношения. Но есть и маркетинг, безусловно. То есть что-то можно использовать в качестве инструмента для каких-то протестных коннотаций. Только дело в том, что для подобных вещей вообще можно использовать абсолютно всё, была бы фантазия. Это как деньги, только наоборот, — смысл денег только в том, что это средство оплаты. Так и музыка: её смысл в ней самой и только. А вот конкретный язык — другое дело. Им можно описать время или нельзя — не хватает ресурсов. Вот когда-то таким языком и была музыка» (из интервью С. Жарикова Ивану Козлову, газета «Звезда» (Пермь), 16.12.2019).

ДК считают пионером отечественной экспериментальной музыки. Жариков был автором не только текстов, но и музыки. В целом, за 10 лет существования, проектом было выпущено почти 40 альбомов. И по сути, это была одна из самых влиятельных групп в Советском Союзе. О ДК, как о группе, в наибольшей степени повлиявшей на их творчество, говорили лидеры групп Гражданская Оборона (Омск), Зазеркалье (Ростов-на-Дону), Ноль (Ленинград), Сионизм (Иерусалим, Израиль), Сектор Газа (Воронеж), DNAError, Монгол Шуудан, Николай Коперник, Чистая Любовь (все — Москва), Ленина Пакет (Обнинск, Калужская обл.), Хлам (Брянск) и др.

«— Сектор Газа — это наши Beatles, не стилистически, но функционально. Недаром у них был контракт с EMI. Как и битлы, они конвертировали субкультурные клише в культурные, то есть общеупотребительные, став действительно народной группой. Обыкновенно авторы ревностно относятся к собственным подражателям, но я только рад, что Сектор Газа шёл от ДК, о чём, впрочем, Клинских неоднократно заявлял. Это трэш, да, но Россия — родина трэш-арта, чем мы можем действительно гордиться» (из интервью С. Жарикова Алексею Сочневу, портал «Лента.ру»).
В 1986 году группа дала совместный концерт даже с фольклорным ансамблем под названием Край — Жариков продолжал экспериментировать. Для записей приглашались и известные музыканты, среди которых А. Скляр и А. Никитин (Ва-Банкъ), Ю. Орлов, О. Андреев и И. Лень (Николай Коперник) и др. Также были выпущены совместные альбомы: «Чашка Чая» (1986), с родоначальницей русского панк-симфонизма, джазовой гитаристкой и панк-певицей Bret Diamond (Людмила «Терри» Колот, ех-АУ) и «Непреступная забывчивость» (1988), с контр-тенором, звукорежиссёром и участником многих отечественных рок-групп Алексеем «Черри» Вишней.

«— Вы говорили, что рок-клубы, группа Кино, Аквариум и другие — это «ребрендинг шестидесятничества», «пение куплетов» под скопированную у Роберта Смита из The Cure музыку. Почему именно шестидесятничество?
— Ленинградские группы изначально были провинциальными по отношении к московским. Сложилась такая ситуация ещё с 1960-х гг., просто за счёт столичной информированности. Появление ленинградского рок-клуба в 1981 году лишь закрепило этот маркер. Поскольку он был создан до образования профильного отдела 5-го Управления КГБ СССР, то инициатива местных партийных органов предсказуемо не могла тогда выйти за рамки понимания творческой свободы вне шестидесятнического дискурса. Потому рок понимался кураторами ленинградского рок-клуба не иначе, как особый род поэзии — авторская песня, пропущенная через усилители, и не более того» (из интервью И. Козлову).

Когда коллективу разрешили выступать, уже шла перестройка. Именно в этот период музыканты записали легендарный альбом «ДМБ-85». Это была пародия на шансон. Но тогда этого жанра как такового практически ещё не было. Его песни были использованы: «Идёт хороший человек» (кавер от группы Паровоз) Романом Качановым в х/ф «ДМБ» (2000), «В детстве все меня считали тихим» — Михаилом Пежемским в х/ф «Как бы не так» (2003), а «Новый Поворот» вошла в саундтрек х/ф Алексея Балабанова «Груз-200» (2007).

Дискография же ДК фиксируется в основном магнитоальбомами, поскольку группа существовала только в советское время (с 1980 по 1990 гг.)
Однако, в 2006 году студией SS-Records (входит в дистрибуцию Sintez) была предпринята попытка выпустить серию «полных» альбомов ДК на CD с обновлёнными и отреставрированными версиями старых композиций группы (1981-89), куда вошло немало из неопубликованного ранее материала. Серию новых альбомов условно назвали «Legacy», в результате в 2006-2010 гг. в России, США и Франции (винил в 1988) вышло 9 альбомов в сувенирных digipack’ах, каждый из которых имел собственную музыкальную и концептуальную программу. Таким образом, издание представляет собой публикацию наследия группы в формате «собрания сочинений», впрочем, далеко не полного.

В эпоху рок-н-ролльного андеграунда и самодельной звукозаписи, Жариков и Ко были одними из лидеров по количеству выпущенных альбомов. В книге Александра Кушнира «100 магнитоальбомов советского рока», были представлены сразу 3 альбома ДК («Лирика», «ДМБ-85», «Непреступная забывчивость»), к чему сам музыкант, правда, отнёсся довольно скептически.
К концу 1980-х гг. ДК буквально превратились уже в некий студийный продюсерский центр С. Жарикова («Дом Культуры»). Их музыкальные композиции звучали на концертах многих групп. Кроме того, и сам идеолог коллектива выпустил ряд сольных работ.

Продюссировал Сергей так же и сольные альбомы Алексея Дидурова (Искусственные Дети), групп: ДДТ («Время», 1985), Югра («Зори и Зарницы», 2003), Дай дарогу! («Supersession», 2006), Мимо Проходили («Утро на Тральфмадоре», 2006).
Тем не менее, и деятельность ДК как группы не была приостановлена. Их история закончилась лишь в начале 1990 года, последней записью проекта стал альбом под названием «Пожар в Мавзолее».

Немало сделал Жариков и на литературном поприще.
Так в 1988 году он становится доверенным лицом, архивариусом и первым издателем книг «Протоколы Советских Мудрецов» (изд-во «ШаКур», 1989), «Князь Мира Сего» («Молодая Гвардия», «ШаКур-2», 1992) и «Красная Каббала» (в 3-х вып., «Русское Слово», 1993) Г. Климова (И. Калмыкова, Ральфа Вернера) — русско-американского писателя, перебежчика, бывшего сотрудника военной администрации Группы советских войск в Германии (ГСВГ).
В рамках «Русского слова» (1993-95 гг., совместно с писателем-националистом, советником В. Жириновского, И. Дьяковым), впервые на постсоветском пространстве выходят запрещённые в СССР произведения И. Солоневича, Ж. Дуйе, М. Серрано, Б. Муссолини, Т. Герцля, Ю. Эволы и др.

В своих публикациях Жариков выступил автором целого ряда дискурсов в русской контркультуре и радикальной публицистике.
В январе 1985 года, совместно со студентами-меломанами из Московского института электроники и математики (МИЭМ) Ильёй Смирновым и Олегом Осетровым, Сергей создаёт журнала «УрЛайт» (1985-87, основан как продолжение журналов «Ухо» (1982-83, запрещён в 1984) и «Зеркало» (1981-82), название представляет собой сочленение слов «урла» и «ол’райт»). А в 1985-88 гг. издаёт культурологический самиздат — журнал «Сморчок».

А в 1986 году вместе с А. Литягиным и И. Васильевым Сергей создаёт… музыкальный поп-проект Мираж (!), но вскоре уходит в политику.
В 1991-93 гг., не будучи партийным, Жариков является членом избирательного штаба, советником и пиарщиком В.В. Жириновского, считается первым его имиджмейкером. Был колумнистом еженедельника «Хозяин» (приложение к газете «Труд»), где был запущен известный мем про «папу-юриста» (июль 1991). В 1992 году — главный редактор газеты «Сокол Жириновского» и министр культуры «теневого кабинета» ЛДПР (подробнее — в книге Э. Лимонова «Лимонов против Жириновского», https://www.litmir.me/br/?b=90974&p=1).

В 1993 году Жариков становится редактором журнала «К Топору» (именно там, впервые, в тезисах Национал-Радикальной партии (предтеча НБП) появилось словосочетание «новые русские», не имевшее тогда ещё нынешней саркастической окраски), что позволило авторам весьма популярной книги, посвящённой истории блэк-метал, «Lords of Chaos: The Bloody Rise of the Satanic Metal Underground» (1998) Майклу Мойнихэну и Дидрику Сёдерлинду, назвать Сергея молодёжным гуру российской «антисистемной» музыкальной сцены.
«— Жириновский в своё время был вашим политическим арт-проектом, у которого (для вас) не было конечной цели. Как, по-вашему, в современной России подобное соединение политического и художественного было бы возможно? Если нет, то почему, если да — как сегодня может выглядеть политико-художественный проект?
— Да, так получилось, что правительству Гайдара (и стране в целом) срочно был нужен предохранитель, и мы — несколько человек — получили полный карт-бланш. Просто опыт подобной работы был тогда только у меня. Так что была и конечная цель, безусловно. Просто ревнивые и завистливые кагэбэшники меня, в конце концов, прокинули, хотя надо было быть к этому готовым, конечно, а я не позаботился. Впрочем, жалеть там особо нечего. Жириновский — трикстер, он функционален, когда «политическое» имеет место, когда важен, что называется, «ответ системы». Сегодня же политическое напрочь отсутствует. Сегодня вообще никого не волнует чьё-то мнение и уж тем более наплевать тем, кто у власти. Это естественно для постмодерна и в перспективе даже очень хорошо, поскольку производчиком событий сегодня может выступить каждый из нас» (из интервью Ивану Козлову).

Новые времена задают новый формат проекту, и 1990-е гг. Жариков «закрывает» своим «журналом радикального текста» «Атака» (1994-2001), с 1996 года входящим в обойму изданий Хартии международной ассоциации по исследованию и изучению европейской цивилизации «Европейские Синергии» (Synergies Européennes, Париж-Брюссель, в числе подписчиков — штаб-квартира НАТО), где он был издателем и главным редактором.
С 1996 по 1999 гг. Сергей — организатор и ведущий еженедельного семинара «Нация и Государство» при Комитете по вопросам геополитики ГД РФ (вместе с А. Архиповым). Постоянный автор журналов «Русский Рок», R-CLUB, «КонтрКульт’Ура».

«— Говоря о развитии рок-музыки в России, сложно не затронуть 1980-е гг., так как русский рок вырос из этого времени. Неудобных музыкантов, в основном в Сибири (Гражданская Оборона, Путти и пр.), отправляли в армию и психушку, но при этом спокойно работали рок-клубы в Москве и Ленинграде. Почему одним КГБ всё спускал с рук, а других прессовал?
— Никакого русского рока в 1980-е не было и в помине. Был советский рок, и это важно для понимания как той эпохи, так и её артефактов. Да, я пытался концептуализировать именно русское в роке, но это уже был конец 1980-х. Что касается КГБ, то 13-й Отдел 5-го Управления, с которым я действительно сотрудничал, больше занимался структурированием досуга молодёжи и информационным обеспечением партии, чем запретами. Даже напротив, как мне известно, он всегда выступал против так называемых «перегибов на местах». Так было, например, в случае с Егором Летовым, в котором я попросил разобраться своего тогдашнего куратора, и он реально помог музыканту избежать психушки. В провинции не совсем понимали процессы, происходящие в центре, и действовали инерционно. Это естественно для такой страны. Да и не только в провинции не понимали, но даже и в некоторых отделах ЦК КПСС, где сидела весьма тёмная публика. Иногда казалось, что они сами не уверены в необходимости репрессий, особенно после дела Мухоморов (московская арт-группа конца 1970-х гг., участников которой после трансляции по ВВС вызывали на допросы, некоторых отправили в армию, подробнее – здесь: https://fishki.net/3565783-prowaj-sven.html). Меня посылали в командировки, как сейчас сказали бы, под прикрытием, чтобы получить отчёты, по форме больше напоминающие экспертизы-рекомендации, которые я всегда делал, как правило, положительными. Сразу приходят на память Апт-арт, Новые Композиторы, Курёхин, Новиков. Часть этих материалов я параллельно использовал в «Сморчке» и особо не стеснялся этого» (из интервью А. Сочневу).

Жарикова считают автором и самого термина «русский рок», манифесты которого постоянно печатались в одноименном журнале с конца 1980-х по середину 1990-х гг., как антитеза так называемому «советскому року» – одного из параметров имиджевого формата горбачёвской перестройки.
Летом 1997 года Сергей получает диплом на организацию московского отделения «Европейских Синергий» – интеллектуального клуба, занимающегося политико-культурными аспектами «Единой Европы».
В 1999 году, с уходом с президентского поста клуба Жильбера Сенсира и возвратом руководства хартии на коммунитаристские позиции Жана Тириара, Сергей отходит от активной деятельности организации, и фактически поддерживает лидера «раскольников» Гийома Фэя – одного из ведущих идеологов движения, выступавшего против исламизации континента.

Публиковался Жариков в изданиях самой разной направленности — от «Независимой газеты», «Давай! Давай!», «Загубленного детства» и «Нового Взгляда», до таких, как «Советский патриот», «День», «Газета духовной оппозиции», «Завтра», «Национальная республика», «Начало», «Русский вестник», «Кубань».
А ещё он выступил продюсером 20-томной «Антологии Нового Русского Рока» (Recommended Records Special Radio Media Project, 2003-06) — просветительского издания, посвященного современной отечественной молодежной музыке, а так же редактором и составителем энциклопедии-хрестоматии, посвящённой истории советской неакадемической музыки 2-й половины XX века — «Музыкальная Анатомия Поколения Независимых» (2006).

В 2016-17-гг. Сергей опубликовал массивный 3-томник под общим названием «Leçons des ténèbres» (фр. «Уроки тьмы», буквально «Чтения во тьме») — коллекцию художественных эссе в жанре underground philosophy, где «способом производства мысли является авторское письмо. Первый том — «К.Н.И.Г.А.» представляет собой сборник программных текстов и манифестов, публиковавшихся ранее в изданиях самого различного профиля — от журнала ЦК ВЛКСМ «Молодая Гвардия» и профсоюзной газеты «Труд» до таких экзотических, как «Сокол Жириновского», «Специальное Радио» или «КонтрКульт’Ура». Второму — «Без БЛЯ» — автор дал подзаголовок «персональный вербальный интерфейс к реальности», а «Й.ОБАНА» (3-я часть триптиха) как бы завершает «постмодернистское "потоковое" высказывание, демонстрирующее само становление смыслов и продолжает процесс разрыва становления в ткани расчисленного механического времени и пространства, совершая то самое действие "временения современности", которое маркирует время ощущением первостатейной новизны и превращает его в самостоятельный художественный артефакт», и, во многом, служит комментарием к первым 2 томам. Весь 3-томник представляет собой законченное постмодернистское «потоковое» высказывание.

А в 2020 году вышла и 4-я книга Сергея под названием «Правотроцкистская банда Диверсантов, Шпионов и Убийц перед Судом Народа», презентация которой прошла в Доме Культуры при полном аншлаге, не смотря на объявленный карантин.

Хобби Жарикова — классическая музыка аутентичной школы.
Награды и премии С. Жарикова:
1990 — Премия журнала «Молодая Гвардия» (учреждена редакцией в 1975 г., присуждается за лучшие журнальные публикации истекшего года);
2017 — Премии «Нонконформизм» — российская культурно-просветительская премия, учреждённая в 2009 г. «Независимой газетой» и её литературным приложением «НГ-Ex libris». Вручается в 3-х номинациях: «Нонконформизм-судьба» («по совокупности заслуг»), «Нонконформизм-поступок» («за лучший нонконформистский текст, присланный на конкурс») и «Спецноминация». Спецноминация — «За последовательное служение идеалам андеграунда».

Библиография:
«Антология Нового Русского Рока» (Recommended Records Special Radio Media Project, 2003-06);
«Музыкальная Анатомия Поколения Независимых» (М.: «Специальное Радио», 2006);
«Leçons des ténèbres («К.Н.И.Г.А.», «Без БЛЯ», «Й.ОБАНА»)» (М.: «Дом Культуры», 2017);
«Правотроцкистская банда Диверсантов, Шпионов и Убийц перед Судом Народа» (М.: «Дом Культуры», 2020).

Дискография ДК:
«Шизгар» (1982), «Голые ноги» (1982), «Увезу тебя я в Тундру» (1983), «Их Нравы» (1983), «Бога нет» (1984), «Маленький принц» (1984), «Кисилёв» (1984), «Анна Каренина лив» (1984), «Второе апреля» (1984), «Десятый молодёжный альбом» (1984, записи 1982-83), «Оркестр Девушки Кати» (1984, зап. 1983-84), «Прекрасный новый мир» (1984), «Пар Культуры» (1984), «Танцы-Шманцы-Брамсы» (1984), «ДМБ-85» (1985), «Клизьма — продажная девка империализьма» (1985), «Лирика 1985» (зап.1983-84), «Стриженая умная головка» (1985), «Колорадские жуки» (1985), «Снова любовь поселитца» (1985, зап. 1983-84), «Это — жизнь» (1985, зап. 1983-85), «Не без Чебурашки» (1985, зап. 1983-85), «Чашка Чая» (1986, 1985-86), «Павидение в быту» (1986), «Геенна Огненная» (1986), «Птица счастья завтрашнего дня» (1986, зап. 1983-86), «Минное поле им. 8 марта» (1986, зап. 1985-86), «Цвети и здравствуй молодость» (1986), «На фоне Лебедя-Кумача» (1987), «Небо становится дальше» (1987), «До основанья, а затем» (1987), «Март 1948» (1987), «Непреступная забывчивость» (1988), «Чёрная ленточка» (1988), «Зеркало — души» (1988), «Цветочный король» (1989, зап. 1983, 1985, 1989), «Оккупация» (1989, зап. 1985, 1989), «В гостях у ветерана» (1989, зап. 1983, 1987, 1989), «Пожар в мавзолее» (1990, зап. 1988-89).

Источники:
А. Троицкий «Рок музыка в СССР. Опыт популярной энциклопедии» (М.: «Книга», «Редакционно-издательский центр "Глагол", 1990);
А . Кушнир ”Сто магнитоальбомов советского рока” (М.: «Аграф, Крафт+», переиздание 2003);
http://www.dk.lenin.ru/band.html
http://www.dk.lenin.ru/info.html
https://abrgen.ru/muzika/luchshie_otechest/dk/
https://lenta.ru/articles/2015/11/17/zharikov/
http://domkultury.su/meetings.php?meetingid=364
https://zvzda.ru/interviews/7d61c91d8fe4