Чем закончился роман советского боксера Бориса Никонорова и американской гимнастки Дорис Фукс (15 фото)

Прошло уже шесть лет со дня смерти выдающегося советского боксера, шестикратного чемпиона всесоюзных первенств, и обладателя Кубка СССР – Бориса Николаевича Никонорова. Заслуженный мастер спорта и заслуженный тренер Советского Союза также имел репутацию блестящего рассказчика, но об одной истории из собственной биографии он предпочитал не упоминать.


История любви советского боксера и американской спортивной гимнастки по имени Дорис Гудрун Фукс вполне могла бы лечь в основу любовного романа или сценария мелодраматического фильма. Вот только финал у этой романтической истории оказался далеко не счастливым. Борис Николаевич был первым в истории советским боксером, которому удалось одолеть американца, но вот побороть систему ради собственного счастья он так и не смог.

Этих молодых людей некогда свела Олимпиада, проходившая в солнечной Италии в 1960-м году, но развели сотрудники советских спецслужб. Американка Дорис Фукс на этой неделе отпраздновала свой 83-й день рождения, но пожилая женщина по сей день бережно хранит в сердце те теплые чувства, которые некогда испытывала к красавчику из СССР.

Борис Никоноров: биография до знакомства с американской гимнасткой

Будущий боксер появился на свет в Москве, в 1939-м году, 25-го января, в простой советской семье. Мальчик с детства грезил футболом, в юности он обошел немало профильных секций, но ни один наставник не пожелал работать с этим маленьким (рост спортсмена составлял всего 160 сантиметров) и худеньким парнишкой.

После окончания школы Борис поступил в ремесленное училище, где осваивал профессию электрика. При этом учебном заведении функционировала секция бокса, и молодой человек решил попробовать свои силы в этом виде спорта.

Он шел записываться туда без особого энтузиазма, так как думал, что его не возьмут, но тренер Александр Андреевич Карпушин внимательно посмотрел на парня, и велел ему становиться в строй, хоть и последним. Позже, когда Борис начал выступать и выигрывать, наставник честно признался, что сам не ожидал такого поворота. Он взял юношу больше из жалости, и был уверен, что тот сам вскоре уйдет, потому как найти ему спарринг-партнера – задача не из легких.

На момент начала занятий боксом, Борис весил всего-то 36 килограммов, и ставить его в спарринг было действительно не с кем. Свой первый бой с таким же худеньким и невысоким парнишкой начинающий боксер проиграл, а на следующий день, как ни в чем не бывало, пришел на тренировку, чем опять удивил наставника, считавшего, что после поражения его юный подопечный точно оставит бокс.

В 1955-м году, после окончания ремесленного училища, шестнадцатилетний юноша по распределению пошел работать в «Центрэлекторомонтажстрой». Вскоре его командировали в деревню во Владимирской области – строить подстанцию.

Борис Николаевич считает, что свою силу и выносливость он развил именно там. Ему приходилось каждый день в 35-ти градусный мороз преодолевать пешком много километров, таща на себе кабель и инструменты, работать огромной кувалдой, лазать по столбам и огромным трансформаторам.

После той командировки дела в боксе стремительно пошли в гору. Молодой человек долгое время не проигрывал ни одного поединка, чувствовал в руках небывалую силу, а когда в 1957-м году он одержал победу на всесоюзном юношеском первенстве, проходившем в Таллинне, то решил оставить работу электрика, и сосредоточиться на карьере в большом спорте.

Тогда же юный боксер попал в состав советской сборной. Он выступал в лёгкой и полулёгкой весовых категориях, и шесть раз становился чемпионом всесоюзных первенств. Кроме того, он дважды выигрывал Спартакиады народов СССР, был обладателем Кубка СССР по боксу, а также стал серебряным призером чемпионата Европы. В 1960-м году был участником летних Олимпийских игр в Риме, и это событие стало поворотным в его судьбе.

Дорис Фукс: биография до знакомства с Борисом Никоноровым

Будущая звезда спортивной гимнастики родилась в немецком городке Филлинген-Швеннинген, в 1938-м году, одиннадцатого июня, в довольно обеспеченной семье, но не имевшей непосредственного отношения к профессиональному спорту.

Девочка с ранних лет активно занималась спортом, однако, прежде чем попасть в секцию спортивной гимнастики, она тренировалась в дисциплине метания копья, а также пробовала свои силы в тройном прыжке. Но в начале 50-х годов девушка пришла в гимнастику, и довольно быстро стала демонстрировать блестящие результаты.

В 1956-м году юная гимнастка отправилась на Олимпийские игры в Мельбурне, где сумела занять девятое место в командных соревнованиях. А на Олимпиаде 1960-го года в Риме девушка заняла восьмое место в индивидуальном зачете на брусьях. Но наивысшего результата она добилась, выступая на международных Панамских играх, где завоевала четыре золотые медали.

Стоит отметить, что у Фукс есть родная сестра по имени Инге, которая, в свое время, также была довольно известной гимнасткой. Однако, Дорис, в отличие от сестры, прославилась не только своими спортивными достижениями, но и романтическими отношениями с молодым советским боксером, наделавшими немало шума.

Борис Никоноров и Дорис Фукс: история любви

Спортсмены впервые встретились в Риме, в 1960-м году, во время проходивших там Олимпийских игр. За несколько дней до старта соревнований Борис, после очередной тренировки, решил заглянуть с товарищами в интернациональный клуб, который был открыт в Олимпийской деревне.

По воспоминаниям самого Бориса Николаевича, они с ребятами просто сидели, отдыхали и наблюдали за танцующими. Как вдруг симпатичная молодая блондинка в форме национальной сборной Соединенных Штатов подошла к нему, села на колени и поцеловала на глазах у всех. От неожиданности опешил не только он, но и его товарищи.

Той незнакомкой была американская гимнастка Дорис Фукс, которой приглянулся привлекательный юноша. В то время советских спортсменов отчаянно пугали возможными провокациями, но боксер об этом даже не думал, потому как с первой минуты видел искренность в глазах этой девушки.

Молодые люди начали встречаться и общаться практически ежедневно, правда, им приходилось прибегать к помощи переводчиков, потому как юноша не знал английского языка, а девушка ни слова не понимала по-русски.

Однажды Дорис похвасталась своему новому приятелю, что разъезжает в Нью-Йорке на своем собственном «Роллс-Ройсе», а затем поинтересовалась, какая машина у него. Сопровождавший пару штангист Юрий Власов хорошо владел английским, и решил пошутить. Он сказал, что у Бриса нет машины, зато есть лошадь, которая отлично ориентируется в Москве. Гимнастка приняла эту информацию за чистую монету, и была просто потрясена услышанным.

На той Олимпиаде Никоноров стал первым советским боксером, победившим на ринге американца. Дорис, в силу обстоятельств, не смогла присутствовать во время поединка, но вечером она трогательно поздравила Бориса.

А на следующий день вышла газета, где на первой странице было фото обнимающихся спортсменов, а заголовок гласил: «Бой между Востоком и Западом завершился их романом!».

Любовь по переписке

После завершения Олимпийских игр спортсмены разъехались по своим домам, но предварительно обменялись контактами. Однако, после первого же письма, пришедшего из Соединенных Штатов от Дорис, боксера вызвали на Лубянку. Там у него спросили, зачем он оставил американке свой домашний адрес.

После продолжительной беседы спортсмена отпустили, настоятельно порекомендовав ему немедленно прекратить всякое общение с этой девушкой.

Естественно, Дорис понятия не имела ни о допросе Бориса, ни о запрете на их переписку. Она продолжала писать ему письма, даже не получая ответа. А после еще и прислала посылку, в которой были меховая куртка, рубашка, красивые чулки для мамы боксера, а также туалетное мыло, и несколько других мелочей.

Когда спортсмен распечатал посылку, то понял, что её уже тщательно проверили. В частности, в мыле были подозрительные сквозные отверстия, словно кто-то проверял, не спрятано ли чего внутри. Вскоре после этого его снова вызвали на Лубянку, где от рекомендаций перешли к прямым угрозам, заявив, что он потеряет свое место в сборной, если не прекратит переписку с американкой.

С одной стороны, Никоноров после этого всерьез переживал о своей дальнейшей спортивной карьере. Но, с другой стороны, он был молод, влюблен, и ему немало льстило то обстоятельство, что у него завязался роман с известной иностранкой, а все друзья ему откровенно завидовали, хотя и старались не подавать виду.

Боксер, на свой страх и риск, принял решение продолжить общение с девушкой. К тому же, после той посылки с дорогими подарками, он не хотел оставаться в долгу. Молодой человек отправил американке ответную посылку, куда положил икру, водку, и несколько традиционных русских сувениров.

Вскоре после этого гимнастка прислала очередное письмо, в котором намекала, что была бы рада стать женой Бориса. Более того, девушка говорила, что уже даже составила обращение к самому Никите Сергеевичу Хрущеву, в котором просит предоставить ей советское гражданство. Это было последней каплей. Никонорова сразу же навестили сотрудники КГБ, и поставили вопрос ребром: еще одно письмо от этой барышни, и станешь невыездным.

Последняя встреча

В 1963-м году в Москве проходила матчевая встреча по спортивной гимнастике между сборными Советского Союза и Соединенных Штатов. Дорис приехала в составе американской сборной. А Борису, нужно заметить, потребовалось немало мужества, чтобы, несмотря на угрозы и запреты, встретиться с девушкой.

Он купил букет цветов и отправился к гимнастке. Когда парочка после долгой разлуки наконец-то встретилась, их счастью не было границ. Тогда боксер решился на еще один отчаянный шаг, и пригласил девушку к себе в гости.

Сам спортсмен позже в одном из интервью поведал, что жил он тогда вместе с мамой, отчимом и братом в коммунальной квартире, где, помимо них, жили еще пять семей. На всех был один общий санузел, горячей воды не было, а в коридоре висели шесть жестяных корыт, использовавшихся для гигиенических процедур.

Дорис, выросшая в обеспеченной семье, была, мягко говоря, обескуражена этой обстановкой, но у неё хватило такта и деликатности, чтобы не подать виду, что её что-то удивило или смутило. С мамой Бориса девушка повела себя так, словно знала её всю жизнь, она произвела хорошее впечатление на родительницу и других членов семьи.

Соседей появление американской гостьи взволновало так, что они перешли на шепот, и каждый старался найти повод, чтобы заглянуть в комнату к Никоноровым. Впоследствии они говорили, что эта девушка, наверное, сумасшедшая, раз всерьез хотела променять свою роскошную жизнь на коммунальную квартиру в чужой стране.

На следующий день боксер пригласил девушку на экскурсию по городу, а после они веселились в компании друзей Бориса. Но спортсмена не покидало ощущение, что за каждым их шагом пристально следят. Молодые люди договорились, что в следующем году на Олимпийских играх в Токио они определятся с датой свадьбы, и решат, как и где они будут жить дальше.

Разрушенные мечты

К сожалению, мечтам и планам влюбленных не суждено было сбыться, а та встреча в Москве оказалась последней в их жизни. Так получилось, что спортсмен сломал ногу, и не смог попасть в состав олимпийской сборной.

Его товарищи: Борис Лагутин, а также Олег Григорьев впоследствии рассказали ему, что Дорис сама отыскала их, и долго расспрашивала о том, что случилось с Борисом, почему он не смог приехать. Также девушка интересовалась, почему возлюбленный перестал отвечать на её письма, которые она регулярно ему писала.

Никоноров же попросту не получал больше ни одного послания от девушки, но сам продолжал ей писать. Очевидно, вся переписка влюбленной парочки оседала где-то в архивах КГБ.

Много лет спустя, уже в конце 80-х годов, когда Борис Николаевич отправился в Нью-Йорк в качестве руководителя советской делегации, он предпринял попытку разыскать Фукс.

Однако, ему сказали, что гимнастка давно вышла замуж, сменила фамилию и перебралась в другой город, так что всем будет лучше, если он откажется от попытки найти её и встретиться.

Бориса Николаевича не стало в 2015-м году, тридцатого августа. Он скончался в возрасте 76-ти лет в Москве. Дорис Фукс несколько дней назад отпраздновала свой 83-й день рождения. О её нынешней судьбе практически нет никакой информации.