Как конкистадор стал вождем майя (8 фото)

Героический предатель Гонзало Герреро родился в 1470 году в городе Палос-де-ла-Фронтера на юге Испании. Согласно одной из версий он происходил из марранов — крещеных евреев, чья жизнь вечно висела на волоске из-за трудных отношений с инквизицией. Однако уже к двадцати годам он завоевал немалое уважение (а с ней и защиту от церковных ищеек), участвуя в последней волне Реконкисты.

Разбив последние силы мавров в Испании, наемники обнаружили, что их услуги больше не нужны. Впрочем, когда закрывается одна дверь, открывается иная, и вскоре Герреро обнаружил новые перспективы — путешествие в Новый Свет. Он был одним из первых, кто ступил на земли по ту сторону Атлантики — Гонзало оказался на Карибах вскоре после того, как их открыла экспедиция Колумба.

Здесь Герреро вовсю занимался тем, что так хорошо удавалось конкистадорам: плавал вдоль побережья и грабил местных жителей (а иногда и торговал с ними). Трюмы постепенно полнились золотом, команда — сифилитиками. Дело шло к тому, чтобы вернуться домой и наконец зажить там богато и счастливо. Так продолжалось до 1511 года, когда произошло кораблекрушение, перевернувшее жизнь Гонзало и его представления о своем месте в мире.

Его каравелла с восемнадцатью матросами и проповедником-францисканцем Жеронимо де Агиларом затонула во время вояжа из Панамы в Санто-Доминго. Сам Герреро едва не погиб: во время шторма рухнувшая мачта крепко приложила его по голове. Пятнадцать человек, включая самого Гонзало, спаслись на шлюпке, но цена была ужасной. Матросов кидало вдоль побережья Юкатана две недели, за это время они начали есть погибших товарищей. Так продолжалось, пока сильные течения не прибили их к берегу в том месте, где сейчас находится мексиканское Кинтана-Роо.

То были земли страны Чактемаль, которой правил амбициозный майянский король Начан-Кан. Готовилась новая война, и индейцы, захватившие странных чужеземцев, тут же принесли часть из них в жертву и съели. Часть испанцев сумела сбежать, но их поймали и посадили в клетки. В каком-то смысле пленникам повезло: майя, в отличие соседних ацтеков, не были большими энтузиастами человеческих жертвоприношений, и вскоре почти потеряли к испанцам интерес.

Индейцы пытались приспособить их как рабов, но местные болезни быстро свели популяцию белых на нет. В конце концов в живых осталось только двое: Гонзало Герреро и монах Жеронимо де Агилар.

Гонзало Герреро становится военачальником майя и находит счастье в племени Чактемаль

Гонзало довольно быстро перенял культуру майя: выучил язык, сделал татуировки на лице и тоннели в ушах, а также пробил себе перегородку в носу, дабы вставить туда нарядную деревяшку. Его перестали воспринимать как чужака и раба, а однажды он и вовсе завоевал почет и уважение. Как-то раз вождь Начан-Кан совершал ритуальные омовения в священном озере, когда на него напал аллигатор. Герреро набросился на рептилию и забил ее насмерть голыми руками. Вождь оценил поступок и дал испанцу полную свободу и воинские привилегии.

Начан-Кан оказал Гонзало доверие и сделал офицером небольшого отряда. Вот тут-то и раскрылись истинные таланты Герреро. Он обучал подопечных продвинутой тактике и стратегии, организовал строительство фортов и, говоря современным языком, оптимизировал искусство грабительских налетов на каноэ. Реки Юкатана полнились майянскими «викингами» под руководством Гонзало. Торговые фактории и столица Чактемаля обзавелись фортификациями. Все новые и новые вожди склоняли голову перед Начан-Каном и его белым маршалом.

Дочь одного из вассальных вождей, принцесса Зазил-Ха, стала ему женой и родила троих здоровых и сильных наследников. Считается, что это были самые первые метисы Америки. А самого Гонзало теперь принято называть первым латиноамериканцем — он органично совместил европейскую и индейскую культуры, став родоначальником новой нации — мексиканцев.

Гонзало Герреро встречает конкистадоров и оказывает им сопротивление

У францисканца Жеронимо де Агилара стратегия выживания была иной. Он беспрестанно молился Господу о спасении, и однажды тот смилостивился. В 1519 году конкистадор Эрнан Кортес начал свой ураганный поход на империю ацтеков. Спустя пару лет Кортес уже был фактическим правителем огромных мезоамериканских территорий. В 1523 году до него дошли слухи о двух испанцах, застрявших в безвестном майянском племени. По легенде он лично прибыл в Чактемаль со свитой, и монах Жеронимо бросился обнимать его, со слезами на глазах благодаря Господа за услышанные молитвы.

Вот только Гонзало вежливо отказался от возвращения в Испанию: «Брат Агилар, я женат, у меня трое детей, и здесь они смотрят на меня как на касика (господина) и капитана во время войны. У меня татуировки на лице и проколы в ушах. Что бы сказали обо мне испанцы, увидев меня таким? Иди и да благословит тебя Бог, ибо ты видел, насколько прекрасны мои дети».

Уговоры ни к чему не привели, в лоно «цивилизации» вернулся лишь Жеронимо де Агилар, ставший личным переводчиком Кортеса. Герреро же вскоре был вынужден столкнуться с иберийскими сородичами на поле боя. Конкистадоры, привыкшие к тому, что их войска идут сквозь Юкатан как нож сквозь масло, встретили неожиданно серьезное сопротивление в землях Чактемаля. Герреро лично возглавлял партизанские отряды майя в кампаниях против Кортеса и его помощников, таких как Педро де Альварадо и губернатор Панамы Педрариас. В инструкциях своим офицерам Альварадо особенно напирал на захват Гонзало в плен. Но живым тот не дался.

В июне 1536 года майянский касик Гонзало Герреро погиб в битве с конкистадорами, защищая союзный город Тикамая. Его дальний родственник вождь Чичумба попросил о помощи, и Герреро прибыл со своим отрядом на 50 боевых каноэ. Испанцев, отправленных Альварадо, удалось ненадолго сдержать, но Гонзало погиб в той битве — его прямо в сердце сразила вражеская аркебуза.

С подачи монаха де Абилара он долгое время считался предателем и язычником, хотя Гонзало и настаивал на том, что остался ревностным христианином. Позже мнение изменилось на противоположное: современные мексиканцы считают Герреро героем и защитником коренного населения, а его семью — первыми представителями новой, мексиканской, нации. На Юкатане ему поставлено множество памятников, и никто пока не стремится снести их.

Памятник в Кинтана-Роо, где в 1511 Герреро высадился со своей командой