К-219: 30 ядерных боеголовок лежат в Атлантике (4 фото)

По установившейся традиции у мемориальной доски с именами погибших соберутся члены экипажа «К-219», их друзья и родные, а также те, кто принимал участие в их спасении. Одна из самых тяжелых потерь российского подводного флота - гибель ракетного подводного крейсера «К-219» (класса «Янки» по терминологии НАТО), затонувшего 6 октября 1986 года северо-восточнее Бермудских островов.

3 октября 1986 года в Атлантическом океане произошел взрыв баллистической ракеты в одной из шахт подводной лодки К-219. Через три дня после продолжительной борьбы за спасение субмарина затонула на глубине 5500 м. Большую часть экипажа удалось спасти.
К-219 была стратегической атомной подводной лодкой проекта 667А «Навага», которая позже была модернизирована по проекту 667АУ «Налим». Она была спущена на воду 31 декабря 1971 года. Субмарина 128 м длиной и 12 м шириной несла на борту 16 торпед (из них две с ядерными зарядами) и 16 баллистических ядерных ракет РСМ-25У с тремя боеголовками каждая. Предельная глубина погружения лодки составляла 450 м.
За время эксплуатации на К-219 регулярно случались происшествия, связанные с пусковыми установками ракет. 31 августа 1973 года вода попала в шахту №15. В то время протечки ракетного топлива (тетраоксид азота) были довольно частым явлением, и вода, вступив с ним в реакцию, образовала азотную кислоту. В результате произошел взрыв. Один человек погиб, а шахта оказалась полностью затоплена. После происшествия ракетная шахта №15 была выведена из использования, ракета изъята, а крышка наглухо приварена к корпусу. Также в 1986 году в результате неисправности пусковой установки после учений субмарина была вынуждена возвращаться на базу в надводном положении при 8-балльном шторме.

4 сентября 1986 года К-219 отправилась в свой последний поход из порта приписки Гаджиево. По плану, субмарина должна была патрулировать побережье США. Командиром субмарины был капитан 2-го ранга Игорь Британов. Из-за сжатых сроков экипажу не удалось выполнить все намеченные ремонтные работы при подготовке атомной подводной лодки к предстоящему плаванию. В частности, выяснилось, что ракетная шахта №6 дает течь, но времени на устранение неисправности уже не оставалось. Также была отключена система, сигнализирующая о поступлении воды в шахту.

Вскоре после погружения в Баренцевом море в ракетной шахте №6 открылась течь, однако командиру Британову об этом доложено не было. Лишнюю воду просто сливали шлангами по два раза в день.

Это могло решить проблему, если бы субмарина просто двигалась на средних глубинах без резких погружений и смен курса. Но советские подводные лодки двигались совсем иначе.

Дело в том, что из-за звуковых искажений и шума, вызванного вращающимся винтом, практически невозможно использовать гидролокатор для обнаружения объектов, находящихся за кормой субмарины. Этим часто пользовались американские подводные лодки, следуя за советскими субмаринами на некотором удалении, правее оси лодки. Так они могли постоянно находиться в «мертвой зоне» советского гидролокатора. Поэтому советские АПЛ часто применяли тактический маневр, получивший в США название «Сумасшедший Иван» (англ. Crazy Ivan). Выполняя подобный маневр, подлодка постоянно меняет глубину и курс вплоть до разворота с целью проверить сонарами «мертвую зону».
Иногда такие маневры могли привести к столкновению субмарин.

Именно во время проведения такого маневра шахта №6 полностью разгерметизировалась. Попытки откачать воду результатов не принесли. Необходимо было срочно всплывать, чтобы давление на глубине не разрушило ракету в шахте. Но на всплытие не хватило времени. Взрыв разрушил внешнюю стенку прочного корпуса подлодки и плутониевые боеголовки ракеты. Через пробоину в корпус хлынул поток воды, и АПЛ «провалилась» до глубины 350 м. В результате реакции воды и ракетного топлива в субмарину начали поступать ядовитые газы. Капитан Британов принял решение продуть все цистерны, чтобы избавиться от балластной воды и одновременно запустить винты подводной лодки для режима экстренного всплытия.

Через 2 минуты АПЛ была на поверхности.

Однако предстояло еще заглушить реактор. Если бы это не было сделано, то весьма вероятно, что в Атлантике произошел бы атомный взрыв реактора и всех оставшихся боеголовок. Но система управления реактором с пульта была уничтожена взрывом. Командир реакторного отсека старший лейтенант Николай Беликов и 20-летний матрос Сергей Преминин были вынуждены отключать реактор в ручном режиме. Температура в отсеке достигала 70°C. Беликову удалось опустить три из четырех компенсирующих решеток, прежде чем он потерял сознание. Работа осложнялась и тем, что от нагрева прогнулись направляющие. Сергей Преминин дважды входил в камеру, пытаясь опустить последнюю, четвертую решетку. Расплавление активной зоны было предотвращено, но покинуть отсек матрос уже не смог. Ни он, ни другие матросы не смогли из-за разницы давления открыть люк отсека, разделяющего реактор от контрольного поста.


К месту аварии сразу же направились несколько советских судов. Было очевидно, что идти своим ходом АПЛ не может и ее придется буксировать. Миссию буксира должен был выполнить подошедший сухогруз «Красногвардейск». С двух самолетов Ту-95, летевших из Калининграда, были сброшены контейнеры с оборудованием. Часть контейнеров разбилась при ударе о воду, а их содержимое ушло на дно. В оставшихся контейнерах находились изолирующие дыхательные аппараты, но без запаса регенерирующих патронов.

Также в район аварии были направлены советские истребители, базировавшиеся на Кубе, это было сделано с целью продемонстрировать техническую возможность защиты К-219 в случае крайней необходимости, ведь к месту крушения уже начали подходить ВМС США.

Сергей Преминин был посмертно награжден орденом Красной Звезды в 1987 году.

Указом Президиума Верховного Совета СССР № 7409-XI от 22 июля 1987 г. за мужество и отвагу наш земляк был награжден орденом Красной Звезды (посмертно). Указом Президента Российской Федерации № 844 от 7 августа 1997 за мужество и отвагу, проявленные при исполнении воинского долга, ему присвоено звание Героя России (посмертно).