Как Иосиф Сталин поделил Восточную Европу (7 фото)

В 1944 году Красная Армия выбила нацистов из СССР и начала освобождение Европы. Тут сразу же заволновались западные “союзники”. Их полностью устраивала битва не на жизнь, а на смерть в пределах СССР, но вот в Европе нас видеть не хотели. Больше всех переживал Черчилль - он постоянно твердил своему окружению об «Усилении роли Советов» и о том, «Какую опасность это несёт западному миру». Ничего нового - он действовал в своём репертуаре.

И в том же году он в очередной раз прилетел в Москву на переговоры со Сталиным. В первую очередь, обсуждали европейские страны, в которые вошли наши воины. Как вспоминал Черчилль:

«Я заявил: “Давайте урегулируем наши дела на Балканах. Ваши армии находятся в Румынии и Болгарии. У нас есть там интересы, миссии и агенты. Не будем ссориться из-за пустяков. Что касается Англии и России, согласны ли Вы на то, чтобы занимать преобладающее положение на 90% в Румынии, на то, чтобы мы занимали также преобладающее положение на 90% в Греции и пополам – в Югославии”. Пока это переводилось, я взял пол-листа бумаги и написал:

“Румыния: Россия – 90%, другие 10%. Греция. Великобритания с США – 90%, Россия 10%. Югославия – 50:50%. Венгрия – 50:50%. Болгария: Россия – 75%, другие 25%»”

Я передал этот листок Сталину, который к этому времени уже выслушал перевод. Наступила небольшая пауза. Затем он взял синий карандаш и, поставив на листке большую птичку, вернул его мне… Затем наступило долгое молчание. Исписанный карандашом листок бумаги лежал в центре стола. Наконец, я сказал: “Не покажется ли несколько циничным, что мы решили эти вопросы, имеющие жизненно важное значение для миллионов людей, как бы экспромтом? Давайте сожжём эту бумажку”. “Нет, оставьте её себе”, – сказал Сталин».

Иосиф Виссарионович прекрасно понимал, что реальное влияние в этих странах будет определяться совершенно другими факторами, а не какими-то бумажками. Да и в принципе - как можно высчитать и обеспечить это процентное соотношение? К тому же Черчилль ни словом не заикнулся о Польше и Чехословакии - как-будто считал само собой разумеющимся, что они теперь должны перейти «под западное крыло». Сталину такой поворот не понравился.

С 1939 года Лондон поддерживал польское правительство в эмиграции. В 1941 году Сталин тоже их нехотя признал - он подтвердил довоенные границы Польши и её право на Западную Украину. Это была вынужденная мера, чтобы СССР включили в программу ленд-лиза.

Кстати, поляки об этом помнят до сих пор, так что гражданам «незалежной» стоило бы насторожиться - у них под боком сосед, который уже много лет как хочет вернуть свои бывшие территории.

Но в 1943 году дипотношения с польским правительством были разорваны - всё из-за фальшивки, которую они распространяли. В ней утверждалось, что сотрудники НКВД якобы расстреляли «тысячи польских военнопленных офицеров в Катыни». Эту бумажку создали немцы, а поляки бросились радостно её тиражировать. Сталин посчитал это ударом в спину, да к тому же весьма глупым шагом со стороны поляков. А дураков Иосиф Виссарионович не жаловал, поэтому прекратил с ними все переговоры.

Когда летом 1944 года Красная Армия вошла в Польшу, Сталин взял курс на создание просоветского правительства. Видеть в нём клоунов из Лондона он не хотел. Но в дело вмешались западные «союзники» - в кавычках, потому что они не столько помогали нам во время войны, сколько следили, чтобы мы как можно реже побеждали. Даже со своей программой ленд-лиза они нам подгадили, мы рассмотрим это отдельно.

А тогда они прямо на Ялтинской конференции потребовали, чтобы мы включили в состав польского правительства несколько человек из эмигрантского кабинета. Сталин согласился и на это - но уже тогда понимал, что все соглашения с «союзниками» не стоят и ломаного гроша, всё равно они их нарушат. Поэтому хоть несколько поляков и прибыло из Лондона, и их даже включили в правительство, но никакой серьёзной роли они не играли. Все вопросы решали просоветские чиновники. А через некоторое время этих деятелей, которые всю войну отсиживались за Ла-Маншем, вывели из состава правительства.

Черчилль понял, что это не он, а его обманули - и пришёл в ярость. Ещё и затаил обиду, и это стало одной из причин, по которой он произнёс знаменитую Фултонскую речь и объявил СССР холодную войну.

Что касается той бумажки, где Черчилль написал проценты влияния в Восточной Европе: Польша, Чехословакия, Венгрия, Румыния и Болгария оказались на 100% советскими благодаря присутствию там наших войск. Товарищ Сталин и здесь его переиграл.