И тут зазвонил дверной звонок (2 фото)

… В этот раз приглянулась мне одна, очень симпатичная женщина с весьма прогрессивными взглядами на свободную любовь и гуру в области практического применения Кама Сутры. И пока я сообразил что к чему, то уже закуривал сигаретку на смятой кровати. Все в ней было прекрасно, и фигурка, и личико, и широкая кровать подкрепленная ее опытом и знаниями… В общем одни достоинства. Но имелся и один недостаток – муж. И все бы ничего, но муж у ней был размера устрашающего и периодически, по пятницам, напоминал сошедший с ума бульдозер. Вот знаете, есть люди, которые вроде и спортом не занимаются, но при их рождении слоны съеживаются от страха. И растут эти люди вне спорта и, почему то, крепнут день ото дня. И вырастают в огромадных особей, от чиха которых срутся в страхе даже смелые и гордые львы в разных Африках.

Вот и этот муж, непонятно с чего, вымахал в такую зверь-машину. Теперь вы понимаете, на какой грани я балансировал своим хлипким телосложением, закуривая в его спальне? Если бы я сразу знал вот про такой подводный камешек, то плюнул бы на инстинкт половой и прислушался бы к инстинкту самосохранения. Но к сожалению про “камешек” я узнал постфактум.

Да, честно говоря я долго не подозревал о “судьбе, готовившей мне жопу”, пока в один прекрасный момент, как раз после замятия чужой постели, не зазвонил дверной звонок. Глаза моей дамы приняли образ Байкала и в их глубине я увидел, что наступил тот самый момент, который я тысячу раз смотрел в различных фильмах.

- Куда?
- На балкон!
- Холодно же!
- Жить хочешь?!

Жить я в тот момент хотел как никогда раньше и поэтому не раздумывая, подхватив одежду, голым дрыщем поскакал на балкон.

На балконе стояла холодная осень, старые лыжи и бутылка с каким то пойлом. Пришлось стать четвертым к этой компании.

Я весь в загадочном волнении, прыгая на одной ноге как прима в Большом, всунулся в брюки, носки и прочие предметы помятого гардероба. Одетым я почувствовал себя намного уверенней. Прильнув к стеклу, сквозь в щелочку между шторами я увидел, как в комнату из коридора вошло ЭТО! Чуть пригнув голову и повернувшись боком что бы не вынести на себе дверной косяк, муж просочился в комнату и плюхнулся на кресло. Кресло зашлось в предсмертном скрипе, а у меня почему то екнуло сердце, а вслед за ним и весь организм. Походу он тут надолго, мелькнула в голове логическая мысль и принесла с собой бесчисленный отряд мурашек, которые отталкивая друг друга, холодной волной прокатились по спине и сконцентрировались в районе копчика.

Через некоторое время пришло ощущение, что сука осень добралась до самого сокровенного. Во всех местах стало холодно и неуютно. Не отрывая одного глаза от смотрящего телек и кажется задремавшего мужа, вторым глазом я раскорячися обозревая пространство. Взгляд уткнулся в бутылку.

… Странно, но в емкости оказалась вполне вкусная наливочка, градусов тридцати.

- Ну, Серега, за твое здоровье пить уже бесполезно. Тогда за осень! – и я по скоренькому перекачал все тридцать градусов в свой организм.

Муж продолжал сидеть перед телевизором, я продолжал стоять на балконе, а жена продолжала делать вид, что все в порядке. Идиллия, блин…

Но самое страшное потрясение ждало меня, когда я оторвав взгляд от гипнотизировавшего меня своими габаритами мужа, обозрел окрестности и понял, что этаж то первый! Хоть дом и на сваях, но если аккуратно сползти, то есть шанс уйти. Почему я это не сообразил сразу, можно приписать только к волнению человека, впервые попавшему в такую ситуевину.

Один прыжок и я радостный, правда без куртки, но зато живой, похромал до дому. Все таки немного подвернул ногу.

.. А через два дня меня ждало вечернее потрясение. В сумерках, около дома, кто то догнал меня и положив руку на плечо серьезно так засопел мне в макушку. Обернувшись я увидел мужа, а заодно и всю свою прошедшую жизнь. В его глазах отражался я – перспективный инвалид и возможно даже на костылях.

- Ты сволочь! – обиженным голосом пригвоздил мою совесть муж и красноречиво потряс рогами.

Мне сразу стало стыдно и невесть откуда взявшиеся мурашки опять активизировались на спине. И как то захотелось жить, пусть даже и в такой слякотный, осенний вечер.

- Сволочь ты! – совершенно не разнообразя свой лексикон опять начал обижать меня муж. – Ты сволочь и мою бутылку выпил зачем. Убью! – грустно обозначил свои дальнейшие действия мужик.

Я бы может быть и убежал, но этот грандиозный человечище держал меня в ладони, как школьник канарейку в кулаке. Такого если даже на математическом семинаре встретить, и то можно обосраться от страха, а уж в темном переулке, так вообще, диарея гарантирована. Хорошо, что я не обедал сегодня.

- Это не я! – по пионерски твердо и убедительно отрекся я от обвинений.
- А кто? – пригвоздил меня логикой мужик.
- Не знаю! – я расправил плечи и приготовился гордо принять жестокое унижение в виде забодания меня рогами, обильно ветвившимися на голове мужа.

- А люди говорят, что ты! – он нагнулся и посмотрел на меня подозрительным глазом. Сразу возникло ощущение, что древний дуб склонился надо мною.

- Врут люди! Завидуют! – отверг я смешное обвинение, а про себя сматерился на маленький поселок в котором все про всех знают.
- А если не врут? – муж хитро прищурился, чем активизировал затихших было мурашек.
- Врут! – я был убедителен как шестнадцать адвокатов – Врут и клевещут!

И уловив сомнение в глазах роговладельца, вогнал решающий, логический гвоздь: – Кто то сам, наверное выпил, а теперь подозрение отводит.

Гвоздь удался. Муж еще немного посомневался глазами и плюнув в лужу, тяжелой поступью пошел проч. Земля вибрировала под его ногами, по лужам расходились круги и затихали мурашки на спине.

А я с тех пор в чужие спальни не хожу. Где угодно, только не в чужой спальне. Да.