Владимир Турчинский выступает с номером - удержание мотоциклов возле входа в фитнес клуб «Марк Аврелий». Москва, 1999 год.
Из интервью Владимира Турчинского:
Свой технический институт я бросил на третьем курсе и пошел в армию, в десант. Еще я думал о своей десятидолларовой зарплате, о мешках, которые приходилось таскать по ночам, съемках для журналов, работе телохранителя… Все было суетно, хлопотно, денег приносило мало… Но в детстве меня учили, что надо быть приличным человеком, и идти в бандиты я не захотел.
Подумал: как это я, взрослый, неглупый и неслабый человек, буду ходить по офисам и магазинам и требовать: «Ребята, вы тут заработали, теперь поделитесь со мной…» Получается, я убогий какой-то. Нет, это не для меня…
Так что бандитом я не стал, зато пошел в ЧОП – надо сказать, грань между тем, чем занимались чоповцы и рэкетиры, тогда была достаточно зыбкой. Те из моих друзей, что связались с криминалом, тоже обещали коммерсантам обеспечить их безопасность, но я в отличие от бандитов не делал ничего противозаконного. Мы работали легально, по договору, не требуя от коммерсантов процента от дохода, и уж тем более не отбирали бизнес.Я работал с разными людьми – некоторое время моим начальником смены был Александр Васильевич Коржаков. В конце концов моим начальником стал отец – он вышел в отставку и возглавил охранное предприятие. Тут- то и случилось событие, после которого я мог навсегда распрощаться со спортом, а то и с жизнью.
Однажды вечером в мою дверь позвонили. Открываю, на пороге стоит незнакомый человек. -Вы Турчинский? Когда я ответил «да», он выстрелил мне в ногу из обреза. Падая, я подумал, что с ногой придется распроститься, и теперь я буду заниматься армрестлингом. Врагов у меня вроде бы не было, до сих пор не понимаю, в чем тут дело. Скорее всего это было послание, адресованное моему отцу: на него пытались воздействовать, кто-то его о чем-то предупреждал. Но он мне ничего не рассказывал, а теперь спрашивать уже поздно…
В середине девяностых я оставил охранный бизнес. Меня затянуло международное шоу гладиаторов, с которым я объехал полмира. Все шло к тому, чтобы остаться за границей, но этому помешала любовь: в 1998 году я вернулся домой, чтобы оформить документы на постоянное жительство в Австралии, и встретил девушку, на которой вскоре женился.
В России я узнал, что многих из тех, с кем работал в ЧОПе, больше нет. После моего ухода там перестреляли очень много народа. А по тем, кто пошел в бандиты, смерть прошлась косой еще гуще, и я до сих пор благодарен родителям, за то, что они вложили в меня, здоровенного амбала, с которым школьные хулиганы не могли справится ни поодиночке, ни целой командой, великий принцип: -Не делай другому того, чего сам себе не желаешь.
Из интервью Владимира Турчинского:
Свой технический институт я бросил на третьем курсе и пошел в армию, в десант. Еще я думал о своей десятидолларовой зарплате, о мешках, которые приходилось таскать по ночам, съемках для журналов, работе телохранителя… Все было суетно, хлопотно, денег приносило мало… Но в детстве меня учили, что надо быть приличным человеком, и идти в бандиты я не захотел.
Подумал: как это я, взрослый, неглупый и неслабый человек, буду ходить по офисам и магазинам и требовать: «Ребята, вы тут заработали, теперь поделитесь со мной…» Получается, я убогий какой-то. Нет, это не для меня…
Так что бандитом я не стал, зато пошел в ЧОП – надо сказать, грань между тем, чем занимались чоповцы и рэкетиры, тогда была достаточно зыбкой. Те из моих друзей, что связались с криминалом, тоже обещали коммерсантам обеспечить их безопасность, но я в отличие от бандитов не делал ничего противозаконного. Мы работали легально, по договору, не требуя от коммерсантов процента от дохода, и уж тем более не отбирали бизнес.Я работал с разными людьми – некоторое время моим начальником смены был Александр Васильевич Коржаков. В конце концов моим начальником стал отец – он вышел в отставку и возглавил охранное предприятие. Тут- то и случилось событие, после которого я мог навсегда распрощаться со спортом, а то и с жизнью.
Однажды вечером в мою дверь позвонили. Открываю, на пороге стоит незнакомый человек. -Вы Турчинский? Когда я ответил «да», он выстрелил мне в ногу из обреза. Падая, я подумал, что с ногой придется распроститься, и теперь я буду заниматься армрестлингом. Врагов у меня вроде бы не было, до сих пор не понимаю, в чем тут дело. Скорее всего это было послание, адресованное моему отцу: на него пытались воздействовать, кто-то его о чем-то предупреждал. Но он мне ничего не рассказывал, а теперь спрашивать уже поздно…
В середине девяностых я оставил охранный бизнес. Меня затянуло международное шоу гладиаторов, с которым я объехал полмира. Все шло к тому, чтобы остаться за границей, но этому помешала любовь: в 1998 году я вернулся домой, чтобы оформить документы на постоянное жительство в Австралии, и встретил девушку, на которой вскоре женился.
В России я узнал, что многих из тех, с кем работал в ЧОПе, больше нет. После моего ухода там перестреляли очень много народа. А по тем, кто пошел в бандиты, смерть прошлась косой еще гуще, и я до сих пор благодарен родителям, за то, что они вложили в меня, здоровенного амбала, с которым школьные хулиганы не могли справится ни поодиночке, ни целой командой, великий принцип: -Не делай другому того, чего сам себе не желаешь.
