Линдеберг – отважный журналист, чуть не лишившийся головы, но сломавший систему (4 фото)

Но, как говорится, на каждого неординарного в этой жизни находится если не более, то уж точно не менее выдающийся персонаж.

Таковым был журналист и театральный деятель Андерс Линдеберг, из-под пера которого в 1834 году вышла статья, где он жёстко раскритиковал политику действующего правителя. Собственно, ничего такого крамольного Линдеберг не опубликовал: смуту не сеял, к революции не призывал. Единственное, чем был недоволен Андерс, был запрет на открытие в столице нового театра. Виной чему являлась устаревшая королевская монополия. Но подобные публикации были расценены как оскорбление монархии в целом и Его Величества в частности.

А в соответствии с древними, но действующими законами дерзость каралась смертью. Наглецу должно было лишиться головы. Конечно, в эпоху прогресса Карлу XIV совершенно не хотелось прослыть среди поданных самодуром, живущим по законам седой древности. Поэтому он милостиво заменил казнь тремя годами заключения.

Но не тут-то было: упорный журналист категорически отказался от помилования, заявив, что если уж положено лишиться головы из-за проявления свободомыслия, то так тому и быть. И пусть смерть его послужит примером для новых горячих сердец и голов.

Препирательства между королём и поданным получили широкую огласку, и вся страна с любопытством наблюдала за их боданием. Дело дошло до абсурда: надзиратели стали уламывать узника согласиться на побег. Тогда дело бы разрешилось к вящему удовольствию если не обеих сторон, то монарха точно. Но журналист не только упёрся, но и подбросил веток в костёр упорства, потребовав, чтобы казнь состоялась аккурат в его юбилей: 8 ноября 1834 года Линдебергу должно было исполниться 45 лет.

Знаковый день настал, и в камеру упрямца пришёл священник, чтобы отпустить грехи. А позади него маячила толпа грустных тюремщиков, умолявших заключённого бежать.

«Рубите!» – молвил Андерс. И королю пришлось из-за одного единственного человека объявить амнистию для всех политических заключённых, приурочив сие событие к своей очередной годовщине восхождения на престол.

Но мужчина, в отличие от своих довольных собратьев по казематам, продолжал упорно сидеть в камере и не хотел её покидать. Хотел на плаху, чтобы всё по справедливости.

Тюремщики нервничали. Они устали. И решили проблему элементарно и гениально – они  просто не пустили заключённого обратно в тюрьму, когда тот вернулся с прогулки.

А смелый Андерс сломал систему и открыл в Стокгольме собственный театр.