Архитектор, художник, первый «машинист» (25 фото)

Советский и российский художник-график, архитектор, музыкант-барабанщик, один из основателей группы Машина Времени (и автор самого названия группы — Машины времени, или Time Machines) Юрий Иванович Борзов родился 15 июня 1953 года в Ленинграде, в семье лётчика, участника Великой Отечественной, Героя Советского Союза (1944), маршала авиации (1972), с мая 1962 года — командующего авиацией Военно-Морского флота СССР Ивана Ивановича (1915-1974,) и профессиональной певицы Лен-, а потом и Москонцерта Клавдии Парфентьевны (1915-2008) Борзовых.

Родители познакомились на концерте в честь празднования Нового 1944 года, где мать, тогда музыкальный редактор Москонцерта, исполняла песню «Я на подвиг тебя провожала». В блокаду она ездила по фронту с концертами. Может, поэтому и выжили, потому что на фронте артистов кормили.

Отец всю жизнь был связан с авиацией и флотом. В войну летал сначала на тяжёлых бомбардировщиках «ТБ» — первых в мире серийных цельнометаллических 2-моторных бомбардировщиках, а потом на торпедоносцах 1-го минно-торпедного авиационного полка ВВС Балтфлота. Его 2 раза сбивали, и оба раза он возвращался в строй, переходя линию фронта.

В 1996 году в Москве на бывшем здании штаба авиации ВМФ была установлена мемориальная доска И.И. Борзова. В 2007 году в г. Шатура Московской области (на родине лётчика) был открыт памятник маршалу авиации И.И. Борзову. Имя Героя присвоено улице в Калининграде, проспекту (пр. Маршала Борзова) в Шатуре, а так же: гидросамолёту «Бе-200» МЧС РФ, самолёту «Ту-142МК» авиабазы «Кипелово», рыболовецкому траулеру. В 2009 году — общеобразовательной школе в с. Середниково (Шатурский р-он Московской обл.), где был организован его музей с экспозицией. В 2007 году также была учреждена и ведомственная медаль «Маршала авиации И.И. Борзова».

Мать почти 30 лет проработала музыкальным редактором Москонцерта, где более 25 лет возглавляла партийную организацию, была организатором художественной самодеятельности, руководила женсоветом. Преподавала вокал.

Похоронены родители на Новодевичьем кладбище Москвы.

Кроме Юрия, в семье были ещё старший брат Иван и сёстры Полина и Надежда.

В декабре 1957 года отца назначили 1-м заместителем Командующего авиацией ВМФ СССР, и семья переехала в Москву.

Там, в Москве, Юра пошёл в школу. А в 7-м классе перешёл из простой общеобразовательной школы в «английскую» спецшколу №19 им. Белинского (хотя, особой тяги к языку и не имел), где подружился с уже учившимся там Андреем Макаревичем. Причём, сошлись они первоначально на почве общей страсти к рисованию.

«Юра Борзов скромным своим видом и тихим поведением полностью разрушал моё представление о генеральском сыне… Голос его мы впервые услышали несколько дней спустя, на перемене, когда шла оживленная дискуссия на тему, может ли человек разорвать кошку. Спор, естественно, носил чисто теоретический и отвлечённый характер, самые разнообразные аргументы приводились и за, и против. Юра некоторое время слушал, склонив голову, затем вдруг тихо и твёрдо сказал: «Ребята, не спорьте. Кошку разорвать нельзя». «А ты, что ли, пробовал?» — съязвил я в запале. «Пробовал», — просто ответил он и отошёл. Позже я познакомился и с его кошкой Марфой, и с трактиром «Не рыдай», но это уже было позже. А пока выяснилось, что Юра — битломан. Но если я битломан, то Юра — битломан в квадрате, в кубе, не знаю, в чём ещё. Мы подружились» (из книги А. Макаревича «Всё очень просто…», 1991).

Поступал Борзов учиться по классу фортепиано и в музыкальную школу, но вскоре её бросил.

Во время учёбы в школе, Юра познакомил с Макаревичем своего друга детства Сергея «Японца» Кавагое, с которым он проводил много времени на каникулах в деревне под Солнечногорском. Кстати, знакомство это оказалось полезным и в плане того, что японские родственники Сергея иногда помогали в их дальнейшей музыкальной деятельности, «подгоняя» кое-чего из «фирменной» аппаратуры или каких-нибудь «примочек».

Будучи уже тогда битломаном, свою творческую деятельность Борзов начал барабанщиком в организованном Макаром школьном квартете The Kids.

«Помню, вышел фильм «Вертикаль». С экрана впервые прозвучали песни Высоцкого «Лучше гор могут быть только горы», «Если друг оказался вдруг». Андрей стал их петь в школе, нам и учителям. Подыгрывал себе на гитаре, буквально 3-4 аккорда, но казалось очень круто. Из репертуара Окуджавы тоже кое-что пели вдвоём с Мишей Яшиным» (из интервью Ю. Борзова журналисту и медиаменеджеру Евгению Додолеву, журнал «Однако», октябрь 2019).

В состав группы The Kids входили: Макар (акустическая гитара), Михаил Яшин (сын поэта и писателя А. Яшина, акустическая гитара), Лариса Кашперко (вокал) и Нина Баранова (вокал).

Репертуар был англоязычным, пели они песни протеста — «We Shall Overcome» и прочие. Группа  выступала на вечерах самодеятельности, давала концерты в других московских школах, где удавалось договориться. От Дворца пионеров ездили в «турне» по подмосковным городам, где в ДК исполняли эти свои несколько песенок протеста, однако особого успеха не имели.

Позднее, в старших классах Кавагое, Борзов и Макаревич организовали группу Машины Времени, название которой Юрий в 1969 году предложил друзьям в виде Time Machines/Машины времени. В состав группы вошли: Макар (гитара, вокал), Игорь Мазаев (бас), Борзов (барабаны), Александр Иванов (ритм-гитара), Павел Рубин (бас) и Кавагоэ (клавишные).

«На горизонте уже появились The Beatles, у них вокалисток не было, и это решило всё! Должно быть 4 мужика — и точка. Девчонок слили. Поскольку я ни на чём играть не умел, но мог отстукивать ритм. Так и возникла наша команда. Название придумывали все, хотелось, чтобы звучало и на русском, и на английском. Помню, я предложил 2 варианта: Time Machines и Летающие Тарелки. Всё во множественном числе, так полагалось. Остановились на первом. Андрей натянул на обод большого барабана простыню и написал: «Машины времени» (из интервью Е. Додолеву).

Обод этот, кстати, должен хранится где-то в музее МВ — Юрий нашёл его как-то у себя в гараже и подарил Макару на концерте во Дворце спорта в честь 30-летия группы.

Попутно, в том же 1969 году, Кавагое, Борзов и Мазаев, организовали в школе №20, где учился Японец (а в 1983-84 гг. снимался фильм о девочке Алисе Селезнёвой — «Гостья из будущего»!), группу Дюрапонские Паровики, но она просуществовала недолго, и вскоре воссоединилась с Time Machines.

Родители Юрия были против увлечения сына, но позволяли им репетировать, когда их не было дома, у них — в «Доме на Набережной», на ул. Серафимовича,2 (в том самом трактире «Не рыдай»). Там была достаточно мощная звукоизоляция. Ну и соседи были своеобразные, «старой закалки», которые не придут со скандалом, и участкового не будут вызывать.

«Конечно, они были против. Матушка моя не верила в это, она, как профессиональный музыкант, говорила: «Вы все слухачи; у вас нет школы, что вы можете вообще сделать?» Но у нас-то перед глазами были другие примеры. Были «Битлы», «Роллинги», которые тоже были все «слухачами». И вообще кто там профессионалом тогда был, кроме Градского?

И отец как-то всерьёз это не воспринимал...

К «хаерам» были претензии, и меня периодически гоняли стричься.

— А идеологический аспект рок-музыки обсуждался? Влияние Запада…

— Такого не было. А потом, мы могли ведь, что и делали, когда играли на свадьбах, например, исполнять «Ой, при лужку, при луне», «Чайки за кормой» или «Полюшко-поле», мы это всё умели и в нужный момент исполняли» (из книги Е. Додолева «Машина времени». История группы. Юбилейное издание», 2018).

С Машинами Юрий принимал участие в записи первого магнитоальбома с англоязычными песнями, названного «Time Machines», из которого уцелела лишь одна — «This Happened to Me», изданная только в 1990-е гг. Борзов также и автор фразы «внештатный командир Земли», ставшей  впоследствии названием одного из  альбомов МВ.

«У Макаревича имелась тетрадка, куда он на слух записывал тексты битловских песен. «Исходники», переписанные по 10 раз с одного магнитофона на другой, были ужасными. В тетради они выглядели уж совсем полной белибердой — сплошное «бейби, бейби, лав ми, бейби»... Впрочем, годилось всё, что казалось похожим по звучанию. Хотя и ранние битлы, на мой взгляд, — откровенная попсятина» (из интервью Е. Додолеву).

Концерты Машины давали в ДК «Энергетик» вместе с Александром Градским, у которого тогда уже была группа Скоморохи (Игорь Саульский — клавишные, Юрий Фокин — барабаны, Александр Лерман — бас-гитара, вокал, Градский — гитара, вокал). Также выезжали иногда на Николину гору — пели для «творческой интеллигенцией» и случайных дачников.

Вслед за Скоморохами «машинисты» начали включать в репертуар песни и на русском (за авторством Макара). Одна из первых таких была «Дом» («Где-то в лесу дремучем…»), которую, говорят, Градский даже просил отдать им. Не дали…

« — Машина Времени была авторитетным коллективом в Системе? Среди хиппи?

— Ну, думаю, да. Но меня как-то не вдохновляли эти хождения по «стритам»… Не знаю, почему.

— А вещества какие-нибудь? Только портвейн и ничего кроме?

— Нет, слава Богу, в те времена доставать наркотики могли только очень избранные люди. Не знаю, мы не баловались, Бог миловал. Слава тебе, Господи. Портвейна хватало вполне.

И не хипповали. В школе у нас таким хипповским образом был Мичурин. Иван Владимирович Мичурин. Преобразователь природы. Это было с подачи моего старшего брата, я принёс Мичурина, мы очень быстро научились с Макаром его рисовать. Это был наш такой хипповый идол. Человек, который выращивал яблоки, разные ягоды, новые сорта. Вот нам казалось, что он и есть тот самый человек, который соединяет человечество с природой. Немножко это стёб был, конечно… Мы провозгласили его величайшим из великих. Школьного Мичурина мы в 5-м классе прошли и забыли. А потом возродили уже в виде такого главного хиппи, который противостоит всей этой бумажной карьерной рутине… Занимается человек прекрасным делом, яблоки выращивает. Мы слагали про него легенды!» (Е. Додолев, «Машина времени». История группы»).

После окончания в 1970 году школы, Юрий год проучился в МАИ/Московском Авиационном институте, куда поступил «по стопам отца». Но затем, так как «не тянул» программу, перешёл в МАРХИ/Московский Архитектурный Институт, к поступлению в который его подготовил Макаревич-старший, который и окончил, получив диплом архитектора.

«Макаревич мне сказал: «Чего ты маешься? Ты прекрасно рисуешь, давай мы тебя поднатаскаем немножко сейчас, и сдавай экзамены к нам, поступай».

И стали все меня там учить: подружки, друзья Макара. И как-то вошёл в комнату Вадим Григорьевич, отец Андрея, посмотрел на всё это дело и сказал: «Пошли все вон отсюда, я буду сам заниматься». И меня за 2 месяца, даже меньше, натаскал по рисунку, я сдал экзамены… Обучил академическому рисунку. Поставил мне руку, глаз, всё это… Едва к экзаменам успели. Люди занимаются, ходят на курсы год, 2, 3, а Вадим Григорьевич всему меня наспех обучил, очень быстро. И я ему необыкновенно благодарен. До сих пор, когда беру в руки перо, какой-то частью головы вспоминаю его. Ну, а остальное — физика, математика — там были для меня, как семечки» (Е. Додолев, «Машина времени». История группы»).

В 1972 году Борзов ушёл из Машин в группу Алексея Романова с экзотическим названием Ребята, Которые Начинают Играть, Когда Полосатый Гиппопотам Пересекает Реку Замбези (Романов — гитара, вокал, Александр Шадрин — бас, Сергей Цвиликов — гитара, Виктор Кистанов — фортепиано) распавшуюся, правда, уже через год.  

« — Сила группы не в том, что она лучше всех поёт, играет и барабанит.

— А в чём?

— Вот не знаю, в чём! В том, что у неё вот это получается как-то, что она чем-то объединена.

— Кто-нибудь думал тогда о том, чтобы стать профессиональным музыкантом?

— Такие планы появились позже, когда я уже ушёл. Я ушёл как раз в тот момент, когда понял, что назревает решение: либо заниматься работой, либо только музыкой, потому что это очень много времени стало отнимать — и репетиции, и какие-то поездки… Соответственно, бросить всё остальное» (Е. Додолев, «Машина времени». История группы»).

В Машину же после него пришёл на барабаны Максим Капитановский из Удачного Приобретения. А ушедшего в армию Мазаева сменил на басу Александр Кутиков.

«Это было для нас очень тяжёлой утратой — Юрка был истинным генератором духа нашей команды. Но беда его заключалась в том, что какой-то внутренний орган, который заставлял бы его лучше и лучше играть на барабанах, отсутствовал у него начисто. И мы все это чувствовали, и, конечно, сам Юрка. Я думаю, он просто не хотел быть плохим барабанщиком» (А. Макаревич, «Всё очень просто…»).

После ухода из группы Юрий работал по основной своей специальности — архитектором. После окончания института 3 года трудился в одном закрытом «ящике», куда был распределён. Там за время его работы по его проекту соорудят лишь 1 объект — парадный въезд в пионерлагерь. Устав от такого бессмысленного времяпрепровождения, Борзов уезжает в деревню. Забирается в самый глухой уголок Смоленской области. Там он прожил целый год в колхозе, много читал, размышлял.

А в 1988 году получил премию на проходившем в Японии международном конкурсе «Образ моста будущего».  Конкурсы такого рода собирают проекты так называемой «концептуальной архитектуры» — своеобразные банки идей. И проекты эти не рассчитаны на сиюминутное претворение в жизнь.

«Мост» Борзова — это широкий вал земли, напоминающий крепостные валы в городах прошлых веков, только более масштабный. Такие мосты-валы прорезают скопления домов и тянутся от одного города к другому. На поверхности моста — леса, рощи, овраги, луга, озёра. Здесь же вьются тонкие нити ручейков и пешеходных троп. Название проекта — «Мост для обитателей лесов и долин». А суть — уникальный способ восстановления разрывов, причинённых природе строительством городов или промышленных объектов. От города же мост ограждён подпорными стенами, в толще которых размещены городские службы — коллекторы, подсобные помещения, гаражи, склады и т.д.

« — Что надо сделать, чтобы стать победителем в подобных мероприятиях?

—  Неделю подумать, потом 2-3 дня покорпеть  над  техническим воплощением замысла!» (из интервью Ю. Борзова журналу «Знание — сила», ноябрь 1988).

О его работе один из членов жюри — а входили туда виднейшие японские архитекторы — сказал: «Проект Борзова показал, что если в прошлом мост рассматривался как искусственное сооружение, вторгающееся в естественный ландшафт, то в будущем он станет включением природы в технический мир людей».

Затем Юрий перебрался в Переславльское охотничье хозяйство, где 2 года проработал егерем.

Продолжал Борзов и профессионально рисовать, участвовал в «сборных» художественных выставках. На картинах художника преобладают сюжеты с обнажёнными женщинами, лошадьми и птицам. Лошадей он очень любит, у него даже есть своя конюшня, где он организует катания для всех желающих.

В 2018 году художник организовал в московской галерее «Роза Азора» выставку своих работ под названием «Письма от незнакомых дам». Поздравить художника приходили его друзья и коллеги.

Параллельно с рисованием, с 1985 года, Юрий входит в состав группы «Братство святого Георгия», где занимается поисковой деятельностью и перезахоронением останков солдат времен II Мировой. Вместе с ним поисками занимался и его брат Иван — так же художник, выпускник Московской Государственной художественно-промышленной Академии им. С.Г. Строганова, работавший в Московской Епархиальной иконописной мастерской.

«Я — сапёр! Я реализую свою военную специальность сапёрную, которую я получил в архитектурном (у нас была военная кафедра). И я страшно благодарен этим преподавателям (я их всех прекрасно помню, ещё дедов-фронтовиков настоящих, которые нас учили), за то, что я получил специальность, я её отработал полностью. С чистой совестью. То есть на мне этих мин, снарядов всех систем и калибров, которые я нашёл и уничтожил, вместе с моими ребятами — огромное количество.

На своей земле я поставил часовню в честь Георгия Победоносца. И у неё пристройка — костница. Мои знакомые хорошие находят во время раскопок останки солдатские и свозят их туда… А начинали мы с того, что ставили кресты, выбирали сами место, где будет братская могила… Мы ни у кого не спрашивали разрешения. Потом власти волей-неволей регистрировали, ставили памятники» (Е. Додолев, «Машина времени». История группы»).

Борзов до сих пор поддерживает дружеские отношения с Макаревичем и Кутиковым, хотя позицию первого и не одобряет:

«В обществе всегда есть деление: кто-то за, кто-то против. Если, допустим, я говорю глупость какую-то, с меня спрос небольшой. А человеку публичному надо, конечно, быть осторожнее с высказываниями некоторыми, которые звучат обидно. Даже и для меня некоторые его высказывания…

Для меня история моего народа — очень болезненная и родная тема. Тема моего сердца. Всё, что было с моей страной, — очень серьёзная и тяжёлая тема. Здесь нужно взвешивать каждое слово. А брякнуть что-то неосторожное, сгоряча… Редкий человек не говорит глупостей. Таких людей не бывает. Я, например, практически не видел людей, которые бы когда-либо не сказали какую-нибудь глупость».

P.S. Я тут в начале года писал уже об одном бывшем «машинисте» — Александре Зайцеве (https://fishki.net/4348972-propavshij-klavishnik.html), и мне в комментариях прилетело за «излишнее» упоминание личности объявленного иноагентом Макара. К большому сожалению, ссылаясь на Машину, ну никак невозможно обойтись без этой персоны! Также и с фото… Потерпите уж…

Источники:

М. Марголис «Машина Времени», серия «Легенды нашего рока», вып.2 (СПб: «Амфора», 2014); 

Журнал «Знание — сила», №11 за 1988 г.;

https://biography.wikireading.ru/348631

https://dzen.ru/media/russian_rock/pervyi-barabanscik-mashiny-vremeni-5da86bad23bf4800b2a94f69

https://gallerix.ru/tribune/vystavka-yuriya-borzova-pisma-ot-neznakomyx-dam/

https://warheroes.ru/hero/hero.asp?photo_id=1866

https://redday.ru/people/Borzov_Yurij_Ivanovich

https://rus.team/people/borzov-yuriy-ivanovich

https://aif.ru/culture/showbiz/ty_pomnish_kak_vsyo_nachinalos_pervye_muzykanty_mashiny_vremeni

https://www.yaplakal.com/forum2/topic1806561.html

https://bibliotekar.ru/evrika2/133.htm