Как бессовестный сквоттер отжал дом у английского пенсионера и выиграл суд (5 фото)

Знакомьтесь: Кит Бест, строитель и сквоттер. Он фактически украл трехкомнатный двухквартирный дом в Ньюбери-Парк (восточный Лондон). А украл он его у пожилого Колина Кертиса, который ранее жил в нем со своей матерью, но в конце 1990-х годов переселился в дом престарелых, оставив родительский дом пустым. И самое главное — Колин Кертис после смерти матери по незнанию не оформил нужные документы.

Заметив пустующий дом во время строительства по соседству, Кит Бест начал за ним «присматривать», занялся его ремонтом и официально переехал в него вместе с женой и ребенком в 2012 году. Через несколько месяцев он обратился в суд с просьбой о передаче ему в постоянное владение дома, который на тот момент стоил около 400 000 фунтов стерлингов. Он выиграл дело после апелляции, несмотря на то, что судья признал, что он совершил преступное вторжение.

Прожив в доме почти восемь лет, Кит Бест продал его, получив прибыль в размере 540 000 фунтов стерлингов.

Новый владелец дома, 35-летний Атик Хаят, рассказал:

«Эта недвижимость была продана нам Китом Бестом, который был ее законным владельцем.

Его имя фигурировало во всех документах, связанных с этим домом, все было сделано правильно, и нам не о чем беспокоиться. Я никогда не встречал мистера Беста, но мои сестры видели его дважды, когда приезжали посмотреть на дом. Продажа была оформлена как положено, через юристов».

Сестра мистера Хаята подтвердила, что Кит Бест показывал им дом и рассказывал о том, сколько работы он проделал и какой это прекрасный район. Новые владельцы почти ничего не знали о непростом прошлом своего дома — пока к ним не наведались журналисты.

«Я не понимаю, как такое могло произойти. Как можно просто занять пустой дом и сделать его своим, разве это не кража? Для меня это не имеет смысла. Как суд мог позволить ему стать законным владельцем? — изумляется Атик Хаят. — Я в шоке от того, как мистер Бест получил этот дом. Он нам ничего не говорил. Некоторые соседи упоминали об этом, но мы никогда не слышали всех подробностей. Это безумие — думать, что можно увидеть пустой дом и просто захватить его, а суд будет не против».

Судебная сага вокруг дома началась после того, как Кит Бест подал заявление о признании права собственности, согласно которому сквоттер может получить права на то, что ему не принадлежит по закону, если докажет, что имел «контроль» над зданием или землей в течение значительного периода времени.

Первоначально главный земельный регистратор отказал ему, поскольку его иск поступил всего через несколько недель после того, как сквоттинг был признан уголовным преступлением в соответствии с Законом о правовой помощи, наказании и наказании правонарушителей.

Однако в 2014 году Высокий суд отменил это решение, постановив, что решение регистратора было «основано на ошибке в законе», и в этом случае должно применяться предыдущее законодательство, рассматривавшее сквоттинг как гражданское дело. В результате Кит Бест стал законным владельцем дома.

Судья также постановил, что «неправомерное владение» по-прежнему возможно в отношении любой частной собственности, если прошло не менее десяти лет «без эффективных действий со стороны владельца».

Мистер Кертис, скончавшийся в 2018 году в возрасте 80 лет, подал тогда, в 2014-м, встречный иск, но судья Элизабет Кук отклонила его на том основании, что он не был зарегистрированным управляющим имуществом своей матери и не имел законного права бороться за ее дом.

Дорис Кертис умерла без завещания, а ее сын не знал, что ему нужно подать заявление на получение статуса управляющего имуществом.

Дом в Ньюбери принадлежал миссис Кертис, которая умерла в конце 1980-х годов в возрасте 88 лет.

Ее разведенный сын проживал в нем до 1996 года, а затем переехал в дом престарелых. Несмотря на то что Колин Кертис продолжал платить муниципальный налог, он редко посещал дом и почти не ухаживал за ним, что дало Киту Бесту идеальную возможность завладеть им.

Кит Бест утверждал в суде, что присматривал за домом более десяти лет, что давало ему право стать его законным владельцем.

В своем заявлении он сказал: «В 1997 году я начал работать над этим домом. Затем я вкладывал время и деньги в уход за домом. С 2001 года я отношусь к дому как к своему собственному».

Выступая после проигрыша своего дела, Колин Кертис негодовал: «Это несправедливо. Закон — это задница. Это как если бы кто-то сел в вашу машину, а потом заявил, что она принадлежит ему, потому что он в ней сидит. Люди не верят, когда я им об этом рассказываю. Они не понимают, как такое могло сойти кому-то с рук».

Потеря дома семьи Кертис, в котором они жили со времен Второй мировой войны, стала для мистера Кертиса еще одним потрясением после того, как его сын и дочь погибли в трагически юном возрасте.

И его, и его мать до сих пор с нежностью вспоминают на пригородной улице, где находится их бывший дом.

Один из соседей сказал: «У этого дома очень непростое прошлое, потому что Бест никак не должен был получить его в свои руки бесплатно. Многие люди здесь до сих пор очень злятся, что ему все сошло с рук и что закон поддержал его».

КАК ЗАКОН ПОДВЕЛ МИСТЕРА КЕРТИСА

В сентябре 2012 года в Англии и Уэльсе сквоттинг был признан уголовным преступлением. За совершение такого действия в жилом доме грозит шесть месяцев тюрьмы, а также штраф в размере 5 000 фунтов стерлингов.

Однако до введения уголовной ответственности сквоттеры могли претендовать на право собственности на недвижимость, проживая в ней в течение определенного времени.

Если земля была незарегистрированной, нарушитель мог предъявить права на нее через 12 лет так называемого «неправомерного владения». Если земля была зарегистрирована, то после десяти лет проживания на ней он мог претендовать на статус владельца. У первоначального владельца было до двух лет, чтобы получить право владения, но если этого не происходило, право владения переходило к сквоттеру.

Попытка Кита Беста зарегистрировать право собственности на дом Колина Кертиса сначала была отклонена, поскольку была предпринята через несколько недель после изменения закона.

Однако в 2014 году он получил право собственности в соответствии с решением Высокого суда.

Судья постановил, что в этом случае должно применяться прежнее законодательство, которое рассматривало самовольное заселение как гражданское дело.