Угрюмые осьминоги: их споры за территорию доходят до абсурда (8 фото)

«Эволюция дала — эволюция взяла» — такая поговорка могла бы быть в ходу у головоногих моллюсков. Они ведь всё-таки лишились своей, пусть и громоздкой, но надежной жилплощади в виде раковины. Но угрюмый осьминог не смирился с судьбой. Он взял в тентакли стройматериалы, нацепил каску и пошел строить дом мечты!

Мрачно-строгие серые, черные и белые тона преобладают на небольшой, в две ладони, тушке. Прибавьте к этому узкие недовольные щелочки глаз — и вот перед вами тот самый злобный сосед за большим забором, который будет кричать на вас за то, что вы смотрите на его участок.

Угрюмый осьминог такой и есть — за риф и двор стреляет в упор. Наслышавшись об австралийской хтони, животина решила крепко взяться за оборону, пусть Австралия и находится за сотню метров мелководья впереди. Начал моллюск с грамотного распорядка дня. Никаких дневных вылазок, пока вокруг хищники! Лишь под покровом ночи осьминог осторожно выбирается из своего логова ради новой порции живых консерв — морских гребешков, улиток и прочих дальних родственников, которых природа не обделила броней. Не погнушается животина и собрата слопать.

Когда же трапеза заканчивается, прозорливый моллюск не оставляет пустые панцири на месте преступления. Всё в дом, всё в семью (из себя). Осьминог тащит панцири к норе, где выстраивает настоящие стены вокруг своего гнездышка. Он архитектор, он так видит. А мы видим кучу наваленных остатков из раковин и створок.

Обычно такие «бастионы одиночества» расположены на приличном расстоянии друг от друга. Но ученые нашли два подводных «города», где осьминоги собираются вместе. Хотя Октополис и Октлантида скорее напоминают склочные дачные кооперативы. Анархия, драки, территориальные претензии и случайные половые связи здесь не прекращаются целый год.

Осьминоги настолько отточили искусство бытовых конфликтов, что научились шмалять друг в друга ракушками! Схема простая: берешь ракушку одним щупальцем, затем вторым, подносишь к сифону и — пли! Ракушка по параболической траектории направляется в хлебало неприятелю. Но обычно до мордобоя не доходит, животины умеют прояснить все границы без драки. Кто слегка струхнул и оказался бледнее при встрече потенциального соперника, тому и придется уступить.

В отличие от войны за гектары, дела амурные у животин проходят тихо. Даже слишком тихо, словно это не продолжение рода, а провоз контрабанды. Самец подплывает к самке и пытается ей втюхать «пакет» со своим биологическим материалом — сперматофор. Если парень приглянулся, дама принимает подарок и плывет себе дальше. Подкатить может еще один ухажер, затем ещё и ещё...

Самка набирает по несколько сперматофоров от разных поклонников — всё ради генетического разнообразия. Вскрывать посылки и становиться мамой она обычно не торопится, может пройти до 100 дней, пока она решит, что пора, пока найдет укромное местечко для кладки яиц. Сомнения молодой мамы объяснимы. Для неё родительская доля — путь в один конец.

Самка будет охранять кладку из 60-200 нитей с микроскопическими яйцами: обдувать ее водой, поправлять и чистить, пока не умрет от истощения и голода. А тем временем крошки-осьминожки станут планктоном, чтобы пуститься в свободное плавание, а потом скрыться от мира в очередной норе спустя несколько месяцев.