43k
2 года назад · 6 фото · 4258 просмотров · 9 комментариев
Как защищали могилы от разграбления (6 фото)
Во все времена существовала практика нарушения покоя усопших. При том, чем старше могила, тем соблазнительнее казалась перспектива ее разграбить.
Содержимое склепов обычно уходило в частные коллекции, так как было частенько дорогого родственника провожали в последний путь, снабдив семейными драгоценностями.
На кладбищах Европы Средневековья кладбищенский вандализм был очень распространён и богатые семьи пытались защитить склепы металлической решёткой. Их ещё позже стали называть мортсейфы и первые появились на кладбищах Англии в 18 веке.
Иронично, но европейские кладбища больше всего страдали в эпоху Просвещения. Такая профессия как патологоанатом была запрещена вплоть до 18 века - по религиозным причинам. Но медики нуждались в исследованиях человеческого тела, они понимали, что решение многих терапевтических проблем, находится в понимании устройства тела. Парламент Англии разрешает аутопсию и на научные цели отдавали тела тех, кого приговорили к смерти. Причём, была введена квота (в силу нехватки экспонатов) - не больше четырёх вскрытий в год. Понятно, что этого было катастрофически мало, для качественного исследования.
Так и появился нелегальный и выгодный бизнес - поставка патанатомам свежие трупы, ввозимые из-за границы, а то и осквернение местных свежих могил. Разумеется, выкопав тело, грабители не ограничивались поставкой тела - они собирали с трупа всю одежду, личные вещи, драгоценности. Причём, даже если их ловили на месте преступления, то к ответу призвать было нельзя - эскгумация была разрешена официально. И лишь через полвека, в 1832 году, волей парламента стало можно покупать тела для исследований абсолютно легально. Но к тому времени могил было разворошено и ограблено столько, что традиция ставить мортсейфы стала очень распространена.
Церковь со своей стороны восприняла разрешение эксгумации негативно. Они вообще как-то к медицине были неласковы и предлагали вместо лекарств отдаться воле Божьей.
Церковники не переставая читали проповеди, где в жутких подробностях рассказывали о муках, ждущих того, чьё тело подвергли надругательству после смерти. Паства в ужасе старалась защитить любимых покойников от вандализма.
Создавались особые отряды, численность которых частенько могла доходить до тысячи людей. За плату, сторожа брали на себя охрану могилы. Вблизи погостов устанавливали смотровые башни.
Но даже несмотря на охрану и посменные караулы могилы всё равно умудрялись раскапывать.
Но все эти меры были уделом обеспеченных горожан. Беднякам приходилось выкручиваться по-своему: могилы родственников заваливали грудой камней, накрывали слоем дёрна, перекапывали захоронение, чтобы сделать вид, что его уже ограбили, высаживали вереск.
В 1781 году некий англичанин изобрёл металлические гробы и получил патент. Они внешне не отличались от обычных, но для грабителей становились вполне ощутимым препятствием. Но их могли себе позволить лишь богатая часть населения, на и вес таких гробов был намного тяжелее обычных.
Чаще всего мортсейфы выглядели как один из трёх вариантов:
- высокая ограда в два человеческих роста и её ставили сразу на несколько могил. Даже если грабитель мог перебраться через неё, то перенести труп на ту сторону было непросто;
- клетка. Над свежим захоронением ставились железные штыри и сверху они переплетались в решётку. Сверху клетку придавливали тяжеленными валунами;
- мортбашня. Очень высокий склеп, где были ниши для всех членов семьи. Снаружи на такие башни вешали тяжёлый замок и часто не один.
Метки: #Англия #Прошлое #варварство #интересное #история #кладбища #медицина
Студент-медик Лобанов вышел из читальни и побрел по улице. Надежд на получение комнаты у него уже не оставалось. А зима на носу. В свободное время он бродил наудачу по улицам. Лобанову казалось невероятным, чтобы в таком сравнительно большом городе не подвернулась для него возможность внедриться в одно из многочисленных зданий.
«Много ли мне надо? думал он. Всего-то пустяки. Так, угол какой-нибудь!..» На этот раз назойливые мысли об угле незаметно сменились более приятными мыслями об учебе. Лобанов и не заметил, как вышел на окраину города, к заброшенному старообрядческому кладбищу.
Он пролез через брешь в ограде и пошел по заросшим дорожкам между холмиками осевших могил.
От вянущей травы, желтеющих листьев и деревьев пахло волглым осенним лесом.
Остановившись перед большим, облицованным мрамором и обнесенным оградой мавзолеем, Лобанов подумал: «А чем это не дом?..»
Вошел внутрь. Комнатка ничего себе. Только загромождена памятниками. На всех фамилия «Аршинов».
«Семейный склеп», подумал студент и стал рассматривать живопись на стенах.
Неожиданно он рукой свалил еле державшийся камень на одном из памятников. Камень глухо ударился о противоположную стену.
Лобанова удивило, что каменная стена загудела, как бочка. Он стукнул сапогом по тому месту, куда ударился камень. Стена была, очевидно, лишь разрисована под камень, а на самом деле деревянная. Лобанов тщательно исследовал ее и в углу под лепным орнаментом нащупал железное кольцо. Студент с трудом повернул кольцо, и перед ним открылась тяжелая дубовая дверь. Из темноты пахнуло затхлостью и прохладой подземелья.
Лобанов зажег спичку. Перед ним были ступеньки, уходившие вниз, во тьму. Он осмотрел дверь: с другой стороны такое же кольцо. Лобанов зажег пучок веток и начал спускаться. Насчитав пятьдесят ступеней, он уперся в глухую стену. И здесь в углу он нащупал кольцо. Открыв вторую дверь, Лобанов очутился в коридоре. Пройдя шагов двести, он открыл еще одну дверь под лестницей, поднялся на пятьдесят ступеней в обширный мавзолей. На памятниках стояла фамилия Бондаревых. Стекла в решетчатых окнах были целы, и даже изнутри имелись железные ставни. В уголке спряталась полуразрушенная кирпичная печка.
Эге! произнес студент, переводя дыхание. Чем же это не жилплощадь? Да как будто кто-то и жил здесь.
Наружная дверь еле открывалась. Мавзолей был обсажен кругом ивами и сиренью. Выйдя за чугунную ограду, Лобанов увидел прямо на север мавзолей Аршиновых, через который он вошел в подземелье.
«Отлично, решил Лобанов, поселюсь здесь. А чтобы не привлекать внимания любопытных к своему жилью, буду ходить подземным ходом через аршиновскую усыпальницу».
В тот же вечер Лобанов устроился на новой квартире.
Печку он починил. В закоулке между двумя памятниками у окна сделал откидной столик. Притащил чурбачок для сиденья. Повесил полочку для книг. Свою немудреную кровать устроил на возвышении у двери. Постельные принадлежности решил спрятать на потайной лестнице.
Лампу Лобанов сделал под стать своему жилищу: из отполированного временем черепа, поставив внутрь его самодельную коптилку.
Покончив с «меблировкой», студент уселся за свой столик и с упоением стал читать «Анатомию» Зернова.
Свет, падавший двумя лучами из глазниц новой лампы, придавал его жилищу довольно жуткий вид.
«Вот бы теперь пустить сюда кинооператора! Вдоль и поперек заснимал бы!» подумал Лобанов и достал жестяную коробочку, где лежала щепотка английского трубочного табака, подаренного товарищем.
Лобанов выдрал лист из найденной в углу трепаной книги. Свернул козью ножку. Однако курить оказалось невозможным: бумага не бумага, а черт знает что! Закашлявшись, Лобанов бросил окурок в отдушину и начал рассматривать книгу, из которой выдрал листочек. Книга старинная, рукописная. Странички аккуратно испещрены славянской вязью, а заглавные буквы алые, с красиво изогнутыми завитушками. Лобанов выругал себя невеждой, поставил книгу на полку и улегся спать.
Николай Железников. "Искатели кладов".
Автор просто скопировал.
Читать было интересно,но немного глаза слезились от обилия ошибок.
А бетоном залить не догадались?
Познавательно - еще бы ошибки исправить и можно было бы читать...
А как же охранный пистолет, когда прочитал про него в энциклопедии оружия А. Б. Жука офигел, по сути картечная растяжка на один выстрел, не помню уже сколько их осталось, но игрушка очень редкая, да и энциклопедии под рукой нет скрин кинуть.
А уже было про них на "Фишках".
Правда, довольно давно.