Джонатан Свифт — Человек на все времена⁠⁠ (13 фото)

В мире нет ничего постоянного, кроме непостоянства.
Джонатан Свифт

Как закалялась сталь

17-й и первая половина 18-го века в истории Англии — время почти бесконечных смут, наложившее несмываемый отпечаток на судьбу людей той эпохи. Своя доля испытаний выпала и семье Свифтов. Дед великого сатирика был видным священнослужителем англиканской церкви и фанатичным сторонником короля Карла I Стюарта. Естественно, после проигранной роялистами гражданской войны (1642—1648) режим Кромвеля выжал из семьи Свифтов все соки, разорив подчистую. Один из сыновей опального священника Джонатан отправился искать счастья на родину предков, в Ирландию, где сумел устроиться мелким чиновником. Там он проработал несколько лет и умер — за 7 месяцев до рождения сына Джонатана-младшего, которое случилось 30 ноября 1667 года в Дублине.

Молодой Свифт

Детство юного Джонатана было невеселым. Остро нуждавшаяся мать фактически сбагрила сыночка деверю Годвину Свифту, который больше преуспел в жизни. Годвин был человек серьезный и суровый, племяннику спуску не давал, и уже в четыре года мальчика с головой погребли под учебниками. Образование Джонатан получил по тому времени приличное. Сначала он учился в школе графства Килкенни, а в 15 лет оказался в престижном Тринити-колледже Дублинского университета, где получил степень бакалавра философии. Вырвавшись из-под жесткой опеки дядюшки, студент Свифт дал себе волю — но не в пьянках-гулянках, а в возможности думать не по указке. Вместо зубрежки канонических опусов по риторике и теологии Джонатан с упоением читал самые разнообразные книги, в том числе и вольнодумные. Однако новые знания не поколебали планов Свифта на будущее: еще с детства он был уверен в своем предначертании — пойти по стопам деда, став священником. К тому же дядя с младых ногтей сумел внушить Джонатану крепкие религиозные устои и отвращение к революционным преобразованиям.

Сочинять Свифт начал еще в колледже, написав несколько напыщенных од, однако его литературный талант сформировался чуть позже, под влиянием весьма любопытной личности. Дублинскую учебу Джонатана прервала очередная заваруха, связанная с событиями «славной революции» 1688 года — государственного переворота, лишившего престола короля Якова II Стюарта. Сторонники свергнутого монарха подняли в Ирландии мятеж, жестоко подавленный графом Мальборо. От греха подальше Свифт покинул родину и переехал в поместье Мур-Парк (графство Суррей), которое принадлежало дальнему родственнику матери, отставному дипломату сэру Уильяму Темплу. Из милости Темпл взял нищего родича библиотекарем, но затем, оценив острый ум Джонатана, сделал его доверенным секретарем.

Собрание сочинений Свифта в трёх томах, издательство Терра, 2000 г.

В начале славных дел

В 1694 году Свифт по протекции сэра Уильяма получил сан англиканского священника и приход Килрут в округе Коннор ирландского графства Антрим. Должность приходского пастора в захолустье не прельщала Джонатана — он был весьма честолюбивым молодым человеком. Как секретарю Темпла Свифту довелось поучаствовать в большой политике, ибо сэр Уильям активно консультировал короля Вильгельма III в его непростых взаимоотношениях с парламентом. В это же время у Свифта случился бурный роман с юной Джейн Уоринг. Джонатан даже собирался жениться, но получил отказ. В общем, тогда ему было не до духовной карьеры, и уже через два года Свифт возвращается в Мур-Парк. На это время приходится появление первого значительного произведения Джонатана — памфлета «Битва книг» (1697), где он поддержал позицию Темпла в полемике о сравнительных достоинствах античной и современной литературы. Свифт показал себя мастером убийственной иронии. Правда, в печати памфлет появился лишь в 1704-м, как преамбула к знаменитой «Сказке Бочки».

В 1699-м Свифт пережил тяжкую утрату — умер его благодетель и наставник Темпл. Некоторое время Джонатан оставался в Англии: редактировал мемуары сэра Уильяма, заодно прощупывая почву насчет получения должности, достойной его амбиций и способностей. Он даже рассчитывал на место подле короля, — однако надежды оказались тщетны. Пришлось довольствоваться должностью секретаря и духовника верховного судьи Ирландии графа Беркли. Однако, прибыв в Дублин, Джонатан обнаружил, что секретарское место уже занято. Через пару месяцев Свифту удалось получить небольшой приход Ларакор милях в двадцати от Дублина. Делать там Джонатану было абсолютно нечего: количество прихожан насчитывало едва ли полтора десятка. Поэтому большую часть времени он проводил в столице как капеллан графа Беркли, иногда наведываясь в Англию.

«Сказка Бочки» (обложка пятого издания) и иллюстрация к «Битве книг»

В феврале 1702-го Свифт получил степень доктора богословия в Оксфорде. Вскоре он вернулся из Англии в сопровождении двух юных леди. Сирота Эстер Джонсон (Свифт называл ее Стеллой) была воспитанницей Темпла. Когда девочке исполнилось 8 лет, Свифт стал ее учителем. Отношения между ними сложились более чем доверительные. Некоторые биографы Свифта считают, что он тайно женился на Эстер в 1716 году, хотя официальных доказательств тому нет. Как бы там ни было, Стелла всегда находилась рядом со Свифтом. Вместе с Эстер в Ирландию приехала и ее подруга-компаньонка Ребекка Дингли.

Свободного времени у Свифта было полно, и он активно осваивал деятельность памфлетиста, понемногу завоевывая известность. Общественная жизнь в Англии бурлила, острые дискуссии вспыхивали по разным поводам: политика, религия, литература... А памфлеты в то время были чем-то сродни современным интернет-дневникам.

Джон Гэй и Александр Поуп: знаменитые писатели и верные друзья

По своим взглядам Свифт был консерватором, однако работой «Рассуждение о раздорах и разногласиях между знатью и общинами в Афинах и Риме» (1701) выступил на стороне либералов-вигов. Этот трактат поспособствовал победе вигов на очередных парламентских выборах, и, окрыленный успехом, Свифт смог опубликовать «Сказку Бочки» (1704), ставшую настоящей сенсацией. Эта притча о трех братьях (олицетворявших католиков, протестантов-англикан и протестантов-пуритан), которые не сумели сберечь в целости завещанные им отцом (Христом) кафтаны (веру), определила репутацию Свифта как мастера желчного остроумия и беспощадной сатиры. Часть общества ею восхищалась: Свифту удалось заполучить в друзья знаменитых писателей Александра Поупа и Джона Гэя. Но у других книга вызвала резкое отторжение, самым значительным критиком Свифта стала королева Анна Стюарт.

Политическое влияние Свифта росло. Дошло до того, что он стал главным ходатаем интересов ирландского духовенства, которое жаждало равенства в правах с английским клиром. И когда премьер-виг лорд Годолфин отверг притязания Свифта, тот перешел под консервативные знамена. В качестве редактора газеты Examiner Свифт активно поддерживает тори, а в 1713 году даже помогает виконту Болингброку в заключении Утрехтского мира, завершившего участие Англии в войне за испанское наследство.

В это время у Джонатана завязались тесные отношения с еще одной сиротой, мисс Эстер Ваномри, известной в его письмах как Ванесса. В 1714-м, после падения обвиненного в государственной измене Болингброка, Свифт вернулся в Ирландию, и Ванесса последовала за ним. Так сложился довольно пикантный треугольник с участием Стеллы, который разрешился лишь после смерти Ванессы в 1723-м. Кстати, в те же годы Свифт крутил еще один роман — с некой Энн Лонг. .

Это интересно

• Первое издание «Путешествий Гулливера» было не из дешевых: один том стоил 8,5 шиллингов. В то время на 100 фунтов (2000 шиллингов) можно было очень прилично жить целый год.
• Придуманное Свифтом слово «лилипут» как синоним чего-то мелкого вошло во все основные мировые языки. В английском языке слово «йеху» равносильно понятию «хулиган» или «головорез», а brobdingnagian в оксфордском словаре служит синонимом гигантского.
• В 1728 году немецкий композитор Георг Тилеман сочинил скрипичную «Сюиту Гулливера».
• Виднейший венгерский фантаст Фридьеш Каринти написал повести «Путешествие в Фа-ре-ми-до» и «Капиллария», где поведал о новых приключениях Гулливера. По стопам Каринти пошел другой венгр, Шандор Шатмари, навязав герою Свифта в романе Kazohinia еще одно приключение. Романы британцев Уиллиса Холла и Роуэн Барнс-Мерфи The Return of the Antelope и The Antelope Company повествуют о похождениях трех моряков из Лилипутии, потерпевших крушение в Англии.

Женщины Свифта: Стелла и Ванесса

• Скрытое или прямое цитирование «Путешествий Гулливера» встречается в известных фантастических произведениях. Так, в романе Роберта Хайнлайна «Астронавт Джонс» звездолет героев оказывается на планете, где похожие на лошадей плотоядные существа господствуют над человекообразными дикарями. Гулливер выступил одним из основателей Лиги выдающихся джентльменов в одноименном комиксе Алана Мура. Летающий остров задействован в аниме Хаяо Миядзаки «Небесный замок Лапута». Отсылки к Свифту также имеются в цикле Джеймса Блиша «Города в полете» и «Хрониках Амбера» Роджера Желязны, романе Рэя Брэдбери «451 градус по Фаренгейту», поэме Сильвии Плэтт «Гулливер», комиксе Fables, фильме Стэнли Кубрика «Доктор Стрейнджлав», телесериале «Доктор Кто», играх EarthBound и Kingdom Hearts II.
• Насчитывается более десятка прямых экранизаций «Путешествий Гулливера»: от немой короткометражки Жоржа Мельеса до анимационного телесериала Уильяма Ханна и Джозефа Барбера (создателей «Тома и Джерри»). Одним из лучших фильмов считается новаторская для своего времени советская лента «Новый Гулливер», которую в 1935 году поставил Александр Птушко.

Самое долгое плавание

Разочарованный крахом политической карьеры, Свифт окопался в Ирландии, заслужив стойкую репутацию местного патриота блестящими памфлетами «Письма суконщика» и «Скромное предложение». Его друзья-тори перед самым концом своего правления обеспечили Свифту теплое местечко настоятеля (декана) главной церкви Ирландии — дублинского собора святого Патрика, так что Джонатан не бедствовал и спокойно мог предаваться литературным занятиям.

С начала 1720-х в письмах Свифта появляются упоминания о работе над «Путешествиями Гулливера». Надо отметить, что жанр путевых записок — реальных и вымышленных — занимал в европейской литературе тех лет почетное место. Возможно, сочиняя историю о невероятных приключениях Лемюэля Гулливера, честолюбивый Свифт решил утереть нос Даниэлю Дефо с его невероятно популярным «Робинзоном Крузо» (1719). Впрочем, Свифт замыслил свою книгу гораздо раньше...

Декан Свифт и кафедральный собор святого Патрика

Летним вечером 1726 года лондонский издатель и владелец типографии Бенджамен Мотт получил рукопись капитана Гулливера, при которой имелось сопроводительное письмо некоего Ричарда Симпсона, где тот клятвенно заверял, что все рассказанное в книге — истинная правда. Рукопись показалась Мотту весьма занимательной, однако он был не дурак и вовсе не хотел угодить в тюрьму за антиправительственную пропаганду. Время тогда было неспокойное: заговоры якобитов, пытавшихся вернуть престол свергнутым Стюартам, сменяли друг друга. В общем, Мотт подверг рукопись цензуре, вырезав из нее самые опасные метафоры вроде восстания Линдалино — явный намек на якобитский мятеж 1715-го и волнения в Ирландии (кстати, этот фрагмент был возвращен в текст «Путешествий» только в издании 1899 года!).

26 октября 1726 года в магазинах Лондона появился пухлый том, озаглавленный «Путешествия в некоторые отдаленные страны света Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей», куда вошли описания приключений героя среди лилипутов и великанов. В феврале 1727-го вышел еще один том о третьем и четвертом путешествиях Гулливера. По нынешним меркам роман стал настоящим бестселлером, этаким «Гарри Поттером» 18 века: стартовый тираж разлетелся менее чем за неделю. И, конечно, несмотря на «анонимность», образованная публика ни на йоту не обманулась в определении автора, ибо стиль Свифта невозможно было подделать. Почему он скрыл поначалу авторство? Ну, мало ли как находившиеся у власти виги могли отреагировать на его язвительные подколки. К счастью, власть имущим хватило ума сделать вид, будто перед ними — всего лишь безобидная сказочка.

А ведь верный себе Свифт вовсе не собирался придумывать причудливые заморские земли, чтобы просто потешить читателя. Хотя сегодняшним поклонникам Гулливера многое может быть невдомек, но современники Свифта раскалывали на лету его сатирические метафоры. За многолетней войной тупоконечников с остроконечниками, готовыми остервенело резать друг друга из-за способа разбивать птичьи яйца, просматривается вражда двух ветвей британского протестантизма — официальной англиканской церкви и диссидентов-пуритан. Партии высоких и низких каблуков — явные виги и тори. Порядок избрания лилипутского премьер-министра, при котором претендент должен умело балансировать на канате, перекликался с участью британского главы кабинета. Ибо премьеры в Англии подчас сменяли друг друга с калейдоскопической быстротой, причем лишиться высокого поста можно было по совершенно идиотской причине. А как переменчива милость правителя! Гулливер спасает семью императора лилипутов и его дворец (пусть и не совсем приличным способом), но монарх, легко поддавшись наушничеству завистливых придворных, видит в этом злой умысел. Ведь «величайшие услуги, оказываемые монархам, не в силах перетянуть... чашу весов, если на другую бывает положен отказ в потворстве их страстям».

Впрочем, если бы весь назидательно-сатирический заряд «Путешествий Гулливера» был нацелен исключительно на сиюминутное восприятие, эта книга не вошла бы в «золотой фонд» мировой литературы. Свифт вложил в «Гулливера» всего себя — в результате почти каждый эпизод приобрел форму притчи, сказки с двойным дном. Автор сталкивает своего героя, обычного англичанина, с необычными культурами, заставляя его (а следовательно, и читателя) взглянуть под иным углом на казавшиеся незыблемыми основы привычного бытия.

Иллюстрации к «Путешествиям Гулливера»

В книгах о путешествии в земли лилипутов и великанов от Свифта сполна досталось политикам, придворным, военным, церковникам, правителям. Третья часть, повествующая о посещении Гулливером летающего острова Лапута, где проживают безумные ученые и отвратительные в дряхлом бессмертии струльдбругги, — фактически первая в истории критика технократии. Ведь научные знания не самоцель, в стремлении их получить должен присутствовать какой-то смысл. А технический прогресс не сделает людей счастливыми просто фактом своего существования. Как быть с душой, господа лапутяне? В четвертой же части Гулливер попадает в страну разумных лошадей-гуигнгнмов, которым неведомы война, ложь, похоть. Идиллия? Вот только находящиеся в услужении у гуигнгнмов йеху, впавшие в животное состояние люди, совсем не походят на фундамент цивилизованного общества. Ибо «человек естественный», лишенный веры и томимый лишь низменными желаниями: поспать, пожрать, совокупиться — оказывается омерзительным скотом. Мощный удар по наивным представлениям гуманистов-просветителей! Грустно, что книга Свифта ничуть не устарела: ныне йеху просто кишмя кишат...

Осень патриарха

Почти сразу после выхода «Путешествий Гулливера» книга была переведена на немецкий, французский и голландский языки. Джонатан Свифт прославился на всю Европу, однако его статус на родине никак не изменился. Нет, в Ирландии Свифт пользовался колоссальным авторитетом и значительным политическим влиянием. Лорд-наместник однажды даже сказал: «Я правлю Ирландией с позволения декана Свифта». Но правительство вигов вкупе с сидящими на престоле Ганноверами как бы «не замечало» Свифта, отчего его самолюбие порядком страдало.

Бюст Свифта в соборе святого Патрика в Дублине

Вскоре Свифта покинула преданная Стелла: 28 января 1728 года Эстер Джонсон умерла. Он не пришел на похороны, отговорившись болезнью. Но позже, уже после кончины писателя, в ящике его письменного стола нашли прядь Эстер, обернутую листком бумаги с надписью «Волосы единственной женщины». Похоже, он действительно ее любил...

Смерть стала часто навещать Свифта. Один за другим уходили лучшие друзья: в 1732-м — Джон Гэй, три года спустя — Джон Арбетнотт. А с 1738-го самого Свифта стали мучить признаки душевной болезни, через четыре года с ним случился удар, после чего писателя объявили недееспособным и взяли под опеку. В 1744-м умер Александр Поуп. Вскоре, 19 октября 1745 года, скончался и сам Свифт. По его просьбе он был захоронен рядом с Эстер Джонсон. Большая часть немалого состояния писателя досталась психиатрической лечебнице святого Патрика, которая существует до сих пор.

Среди поздних произведений великого сатирика выделяется незаконченный памфлет «Наставления слугам», где Свифт пародирует знаменитый трактат Никколо Макиавелли «Государь». А в 1731-м Свифт сочинил собственную эпитафию, в которой пожелал остаться в памяти потомков «упорным заступником мужественной свободы».

* * *

«Путешествия Гулливера» ожидала непростая судьба. Конечно, книгу часто переиздавали, но... В викторианской Англии ее объявили «непристойной», постоянно сокращали, выбрасывая оттуда огромные куски (особенно четвертую часть — торжествующим йеху она явно пришлась не по шерсти). Да и сейчас многие ли могут похвастать тем, что читали полный текст великой книги, а не ее адаптированный пересказ? Ведь, оставаясь одной из любимейших детских сказок, «Путешествия Гулливера» предназначены прежде всего для взрослого и, главное, мыслящего читателя, ибо человеческая природа за минувшие 300 лет осталась неизменной. Так что великому путешествию Джонатана Свифта еще не скоро придет конец...