Мины и десант против линкоров и авиации. Корейская война (6 фото)

К началу войны флот Северной Кореи имел в своем составе всего три морских охотника ОД-200, 5 торпедных катеров Г-5, два бывших американских тральщика типа YMS и один бывший японский. Кроме того, в состав флота входили два полка морской пехоты и артиллерийский полк береговой обороны. С началом войны было дополнительно мобилизовано около сотни небольших судов. Этим силам поначалу противостоял также весьма небольшой флот Южной Кореи

Десантные операции начального этапа войны

На начальном этапе войны северокорейский флот занимался высадкой десантов и диверсионных групп в тылу и на флангах противника для помощи наступающим сухопутным войскам.

Специальных десантных кораблей флот Северной Кореи не имел. Для перевозки войск использовались мобилизованные рыбачьи шхуны и кунгасы. Как правило, такие суда вооружались оружием, имеющимся у десантников. Из-за слабости северокорейского флота ставка делалась на внезапность — расстояния были невелики, и переброска десанта морем занимала одну ночь.

Примером может служить десантная операция в районах Каннын и Самчхок, где в течение ночи было перевезено и высажено несколько пехотных батальонов Корейской Народной Армии. В этой операции в качестве сил прикрытия были задействованы северокорейские тральщики, охотники за подводными лодками и торпедные катера. После того как десантники завязали бой на берегу, к месту высадки подошли два тральщика флота Южной Кореи. Северокорейский тральщик вступил с ними в бой и потопил один из них. Другой южнокорейский корабль ушел, не приняв боя.

Северокорейский флот провел также ряд успешных десантных операций на прибрежных островах. Южнокорейский флот либо не оказывал помощь гарнизонам островов вовсе, либо оказывал её с опозданием.

Со вступлением в войну объединенных сил ООН десантные операции стали весьма затруднены. Малочисленный флот Северной Кореи понес значительные потери и не мог более обеспечивать поддержку. Северокорейцы пытались высаживать десанты по ночам. Высадка проходила успешно, но с наступлением дня к берегу подходил флот ООН и в свою очередь высаживал десант. Оставшиеся без поддержки северокорейские десантники были обречены.

Кроме того, корабли ООН вели регулярные артиллерийские обстрелы наступающих войск Северной Кореи. Огонь наносил им большие потери, что препятствовало продвижению северокорейцев вперед.

Действия боевых кораблей

Столкновения между кораблями Северной Кореи и кораблями ООН носили эпизодический характер. Самым ярким эпизодом войны стала атака северокорейскими торпедными катерами отряда американских кораблей.

Поздней ночью 2 декабря 1950 года четыре торпедных катера Г-5 вышли из базы Сокчё. На рассвете в районе Чумунджина они обнаружили отряд кораблей противника в составе американских тяжёлого и лёгкого крейсеров, а также эсминца. Катера двигались со стороны темного берега, и поэтому остались незамеченными. Американцы не ждали нападения с моря. Катера выпустили торпеды с дистанции менее 500 м. По данным северокорейской стороны, тяжёлый крейсер получил попадания двух торпед, а лёгкий — одной. Корабли были повреждены, но смогли вернуться на базу. Ответным огнём американцы потопили два катера. Ещё один Г-5 был сильно повреждён и выбросился на берег. Лишь один катер сумел уйти с места боя, прикрывшись дымовой завесой.

Чтобы не допустить повторения подобных атак, противник приступил к регулярным бомбардировкам предполагаемых мест базирования катеров.

Переход к обороне. Минные постановки

После того, как объединённый флот ООН приступил к активным действиям у берегов Северной Кореи, перед  её флотом встала задача организации обороны своего побережья. Для этого в июле 1950 года был разработан план постановки оборонительных минных заграждений. Минированию подлежали подходы к военно-морским базам и главным портам. Но флот Северной Кореи оказался к этому не готов. Согласно плану требовалось 4 тысячи мин, однако перед войной их имелось совсем немного. Лишь к августу 1950 года количество мин довели до 2 тысяч штук. Также ощущалась острая нехватка квалифицированных минеров. За несколько месяцев с помощью советских инструкторов удалось подготовить 23 запальные команды.

Специальных минных заградителей в составе флота не было. Пришлось вновь прибегать к подручным средствам. К началу сентября в минные заградители были превращены 11 шхун и 24 кунгаса водоизмещением от 60 до 120 тонн. Эти плавсредства, как правило, не имели двигателей. Для их буксировки предполагалось использовать боевые корабли, но после их потери пришлось применять обычные буксиры. Ингода шхуны действовали самостоятельно — под парусами. Имели место случаи постановки мин с гребных лодок и плотов.

Так как силы ООН безраздельно господствовали как на море, так и в воздухе, минные постановки проводились ночью. Из-за недостатка мин ставить плотные минные поля большой протяженности было невозможно. Мины обычно ставились не сплошными полями, а минными банками — по несколько мин в банке. Расстояние между банками достигало 500 м и более. В районах наиболее важных участков побережья число выставленных банок доходило до 10. Плотность минных заграждений была невысокой — от 20 до 40 мин на милю. В основном использовались якорные контактные мины различных систем. В значительно меньших количествах устанавливались донные неконтактные мины.

Задача минных заграждений заключалась не в блокировании доступа к побережью, а в затруднении маневрирования вражеских кораблей. Также ставилась цель заставить противника тратить силы и время на траление мин. Исходя из этого, для оказания психологического давления на противника, минные постановки часто носили демонстративный характер. Были случаи, когда северокорейские минеры намеренно выставляли мины на полную длину минрепов. Плавающие на поверхности воды мины должны были создать видимость большого минного заграждения.

В целях усиления психологического давления на противника на больших пространствах часто разбрасывались плавающие мины.

Всего за годы войны было выставлено более 3 тысячи мин. По северокорейским данным, на них подорвалось и затонуло 2 эсминца. Четыре эсминца, 10 тральщиков и сторожевой корабль были повреждены. Из-за этого крупные корабли противника опасались приближаться к берегу ближе, чем на 50 миль.

Из-за отсутствия в составе северокорейского флота быстроходных кораблей, подводных лодок и морской авиации, активные минные постановки на путях движения кораблей противника практически не производились. Почти все минные заграждения были чисто оборонительными.

Северокорейские минные заграждения сильно стесняли действия флота ООН и вынуждали выделять для их траления значительные ресурсы. Так для этих целей были задействованы почти все тральщики японских ВМС.

Действия береговой артиллерии

Чтобы затруднить противнику траление мин и высадку десантов, северокорейский флот использовал береговую артиллерию. Из-за малого количества специальных орудий береговые батареи часто оснащались полевыми пушками калибра 76 и 107 миллиметров. Такие орудия имели небольшую дальность стрельбы — от 13 до 15 км. Но и этих орудий не хватало. Приходилось применять так называемые «кочующие» батареи. Так 4 августа 1950 года одна такая батарея была выдвинута в район порта Чуманжин. Там американский эсминец обстреливал северокорейские войска. Расположившись у самой воды, батарея с дистанции около 4 км открыла огонь прямой наводкой. Цель была сразу же поражена. На эсминце возник пожар, и он стал отступать, ведя ответный огонь.

В начале мая 1952 года американский эсминец, находясь на расстоянии менее 3 км от берега, обстреливал дорогу у Сончжиня. Внезапно по нему открыли огонь 10 орудий береговой артиллерии. Получив в течение короткого времени 6 попаданий, эсминец отступил.

Опыт боев показал — полевые пушки небольшого калибра на малых дистанциях были относительно эффективны. По данным северокорейского командования береговые батареи потопили два фрегата, четыре десантных корабля и несколько вспомогательных судов. Повреждения получили 12 эсминцев, 2 фрегата и 1 тральщик. Но эти успехи объяснялись тем, что корабли противника вынужденно или по неосторожности подходили к берегу слишком близко. Если же противник находился на большом удалении или имел броню, огонь по нему становился малоэффективен.

Временами корабли ООН вступали в продолжительные и часто успешные перестрелки с береговыми батареями. Например, 17 июля 1951 года в заливе Юнгхин эскадра противника, состоящая из трех эсминцев, двух канонерок, двух тральщиков и нескольких вспомогательных судов, тралила и обстреливала береговые объекты. На берегах залива северокорейцы подготовили позиции для шести батарей с пушками калибра 76 мм и 107 мм. По сигналу их орудия открыли огонь по противнику. Эсминцы, увеличив ход, открыли ответный огонь. Вскоре к ним присоединились канонерские лодки. Они обрушили на береговые батареи залпы своих реактивных установок. Береговые орудия выпустили по противнику в общей сложности 273 снаряда. Канонерки и эсминцы получили несколько попаданий, но продолжали вести интенсивный огонь. Всего они выпустили более 2 тысяч снарядов. Из-за невысокой эффективности своего огня и ограниченного боекомплекта батареи Северной Кореи были вынуждены прекратить огонь и уйти в укрытия. На следующий день в залив вошли линейный корабль, крейсер и пять эсминцев противника. Своим огнем они разрушили позиции двух батарей. Остальные батареи были вынуждены прекратить огонь и уйти в укрытия.

В целом мощь береговых орудий калибра 107 мм и 76 мм оказалась явно недостаточна даже для борьбы с небольшими кораблями противника. Тем не менее, силы ООН были вынуждены отвлекать на борьбу с береговыми батареями значительные силы флота и авиации.

Итоги боев

Таким образом, флот Северной Кореи, несмотря на свою малочисленность, показал относительно высокую эффективность. Высадкой десанта на начальном этапе он существенно помог сухопутным войскам в наступлении. С переходом Северной Кореи к оборонительным действиям ее флот обеспечивал защиту побережья от атак противника, чем сумел затруднить действия объединенного флота ООН.

Материал подготовлен волонтёрской редакцией «Мира Кораблей»