Софья Аверичева-амурская девушка удивительной судьбы (5 фото)

Со столетним юбилеем ее поздравил Президент России Владимир Путин. А через восемь месяцев, на следующий день после 70-летия Великой Победы, она тихо ушла во сне.
Софья Аверичева — личность удивительная и судьба ее полна ярких событий. Она — единственная советская актриса, которая во время Великой Отечественной войны служила разведчицей и автоматчицей, удостоенная восемнадцати боевых наград. Однако на ее малой родине, в селе Большой Невер, сегодня о ней почти не помнят. Накануне юбилея Победы о прославленной землячке рассказала «Амурская правда».

Дочь мелкого золотопромышленника
Софья появилась на свет в сентябре 1914 года в поселке Ларинском (позже переименованном в Большой Невер). В семье Аверичевых было восемь детей, и Софья была предпоследней. Она называла отца горнорудником, хотя в детстве вряд ли до конца понимала суть его занятий. Как писал амурский краевед Павел Афанасьев, Петр Александрович Аверичев, сын отставного казачьего хорунжего и мелкого золотопромышленника, занимался торговлей и золотодобычей, унаследовав доли Янканского прииска. Семья не была богатой, но и к беднякам ее отнести нельзя.

Отец Софьи принял новую власть, возглавил Ларинский крестьянский комитет и организовал кооператив для доставки грузов на прииски «Союззолота» в Алдан. Однако в 1928 году его арестовали по обвинению во вредительстве и отправили на два года в лагерь в Свободный. Мать, Анерия Ивановна, умерла раньше, когда Софья была еще ребенком. Поэтому после ареста отца девочке пришлось начать работать.

Крутила баранку
Как вспоминала сама Софья Петровна, ее во многом воспитывал старший брат Александр. Вместе они ходили по сопкам с отцовским ружьем, так что навыки обращения с оружием у нее были с детства. Уже в четвертом классе за успехи в военной подготовке она получила удостоверение «отличник-пулеметчик». «Я жуткая хулиганка была», — говорила она о себе. Неудивительно, что в 14 лет Софья пошла ученицей слесаря и отлично освоила механику. В начале 1930-х в Большом Невере появились первые машины в связи со строительством Амуро-Якутской дороги.

Профессия шофера тогда была редкой, а техника — плохо приспособленной к суровому северному климату. Но это не остановило Софью: она окончила курсы и стала водить грузовик по трассе Большой Невер — Алдан. Работа была тяжелой и неженской: глухая тайга, опасные горные перевалы, зимние снежные заносы, которые расчищали вручную. Однако у девушки появилось сильное увлечение, которое манило ее в Алдан: там был создан Театр рабочей молодежи (ТРАМ), где для старателей ставили спектакли.

Дебют в ТРАМе
«Я привожу артистов, ставлю машину — и бегу за кулисы. Учу текст, запоминаю, куда и когда выходит актриса», — рассказывала Софья Петровна. Однажды исполнительница главной роли заболела, и отменять спектакль для зрителей, преодолевших снежные заносы, не стали. Софья уговорила выпустить ее на сцену.

Этот дебют оказался настолько успешным, что актеры уговаривали ее: «Бросай баранку! Иди на сцену!» Но девушка из Невера не сразу осознала свое призвание. Она продолжала возить грузы и артистов, параллельно играя в спектаклях.
Лишь в 21 год Софья уехала из родных мест. За последующие четыре года она сменила несколько театров в Уфе, Ленинграде, Орле и Ростове. В Ростове, куда было сослано много столичной интеллигенции, она, не имея специального образования, жадно впитывала опыт профессионалов. Один из них помогал ей работать над ролью Норы в пьесе Ибсена.

В 1939 году на смотре областных театров в Ярославле ростовская постановка «Норы» получила высокую оценку жюри, и молодую актрису пригласили в Ярославский драматический театр, которому она оставалась верна почти шестьдесят лет.

«Все ходят на цыпочках и говорят шепотом. Война!»
Война застала актрису на гастролях в Рыбинске. 22 июня состоялся митинг, а вечером… «в огромном зале Дворца культуры 18–20 человек. Открыли занавес. От пустого зала стало на душе холодно. За кулисами все ходят на цыпочках и говорят шепотом. Война!» — писала она в дневнике.

Вернувшись в Ярославль, Софья сразу же подала заявление в военкомат с просьбой отправить ее на фронт. Не получив ответа, она обратилась в областной военкомат, где ей посоветовали получить военную специальность. Софья окончила автомотоклуб, получила права на мотоцикл, но ей всё равно отказывали.
Днем она занималась в народном ополчении, изучала оружие, помогала в госпитале, а вечером выходила на сцену. Несмотря на аншлаги в спектакле «Парень из нашего города», она рвалась на фронт, писала во все инстанции, но везде слышала: «Не время, подождите».
«С питанием всё хуже и хуже. Черный хлеб, чечевичный суп без мяса. У меня часто кружится голова. С утра обливаюсь холодной водой, закаляюсь, чтобы легче было на фронте», — отмечала она в дневнике.

Уроки немецкого
В конце октября, когда враг стоял под Москвой, а в Ярославле было объявлено угрожаемое положение, Софье поступило необычное предложение — готовиться к подпольной работе. Для этого нужно было выучить немецкий язык и освоить оружие. К ней ежедневно приходил инструктор, учивший обращаться с пистолетами, и преподавательница немецкого, фрау Ольга.

«К нам в театр привезли бочку глюкозы, колбасу, яйца, хлеб. Я получила целых два килограмма глюкозы, килограмм колбасы и буханку черного хлеба. Ах, как всё вкусно пахнет!.. Вместо положенных десяти яиц мне выдали два килограмма картофеля», — записала она 11 ноября 1941 года.
После разгрома немцев под Москвой и снятия угрозы Ярославлю подготовка к подполью прекратилась. Софья снова стала проситься на фронт и только в июле 1942 года была направлена в моторазведроту Ярославской коммунистической стрелковой дивизии.

Судьба старшего брата
У Софьи было пять сестер, судьба которых неизвестна — возможно, они вышли замуж и уехали. В Большом Невере сегодня нет жителей с фамилией Аверичевы. О судьбе двух братьев — Иллариона и Александра — писал Павел Афанасьев.
Илларион тоже воевал, а жизнь старшего, Александра, сложилась трагично. Рожденный в 1905 году, он работал учителем, затем бухгалтером. В ноябре 1937 года его арестовали по обвинению в принадлежности к контрреволюционной организации на основании показаний одного человека. «Сына крупного золотопромышленника» приговорили к 10 годам лагерей. По всей видимости, он отбыл срок полностью, так как в 1956 году приговор был отменен. Однако в «Книге памяти жертв репрессий Амурской области» его фамилии нет.

Разведчик по имени Соня
Софья Аверичева стала бойцом отдельной 225-й разведроты и прошла с ней до Победы. В донесении политотдела 234-й стрелковой дивизии говорилось: «В операции под деревней Крутой товарищ Аверичева первая ворвалась в траншею противника, захватила языка… первой бросилась на приближающихся немцев и в упор начала расстреливать их… Звание разведчика красноармеец Аверичева оправдала за короткое время…»
Из наградного листа от 18 июня 1943 года: «Красноармеец роты автоматчиков… В неоднократных операциях… проявляла исключительную храбрость… Ворвалась в ячейку… захватила контрольного пленного. Достойна награды — ордена Красного Знамени».

Аверичеву знала вся дивизия, называя «нашей Соней». Народная артистка СССР Александра Яблочкина писала ей на фронт: «…Мой упрямый, храбрый ефрейтор! Не забывайте наказ: помнить всегда о том, что вы — актриса… чтобы потом со сцены сильно и ярко рассказать о пережитом…»

Дневник разведчицы
С июня 1941 года Софья вела дневник, просто и искренне описывая военные будни, друзей и потери. Она делала записи в перерывах между боями — в окопах, землянках, госпитале. Среди описаний сражений встречались и бытовые зарисовки: «Я получила посылку из театра. В ней зубной порошок, духи, одеколон… Наодеколонилась вся рота. Ребята даже носы напудрили. Смеются: «Немцы нас сегодня почувствуют на расстоянии».
Последняя запись датируется 30 января 1944 года: «Сейчас нет ни времени, ни возможности вести дневник. Надолго прощаюсь с тобой, мой милый спутник… Наше наступление — это радость всего советского народа и вместе с тем — моя личная радость».
Позже Софья воевала автоматчиком, а в 1945 году — разведчиком-наблюдателем в пешей разведке.

Пешком по Смоленщине
Демобилизовавшись в 1945 году, Софья вернулась в Ярославский театр. Но уже не одна: на фронте она познакомилась с подполковником Василием Малковым, который стал ее мужем. Вместе они много сделали для увековечения памяти павших.
Василий Иванович долгие годы возглавлял совет ветеранов, а Софья Петровна занималась восстановлением памятников, обустройством воинских захоронений и созданием музея боевой славы. В 1965 году она издала книгу «Дневник разведчицы» по своим фронтовым записям, которая позже дважды переиздавалась.
Через пять лет после войны супруги прошли по смоленским дорогам, где воевала их дивизия, с группой энтузиастов. Где нельзя было проехать на машине, шли пешком. Позже были еще поездки с ветеранами дивизии. В 1983 году Софья Петровна отправилась в такую поездку уже одна, так как муж скончался в 1975 году.

Последняя роль
Софья Аверичева была живой легендой. Это единственный случай в истории, когда действующая актриса в годы войны не выступала в творческих бригадах, а воевала с оружим в руках. О ней много писали, но чаще как о разведчице, что ее немного задевало.
«Меня как актрису как-то забывают, все говорят обо мне как о фронтовичке. Я ведь была и актрисой! Получается, что моя военная биография перевесила актерскую», — говорила она. При этом всегда добавляла: «Дивизия и театр — моя жизнь».

В театре она служила до 1991 года, сыграв за последние десятилетия около сотни ролей. Снялась в двух фильмах, пусть и во второстепенных ролях: в 1968 году с Ниной Ургант и Николаем Рыбниковым, в 1978 — с Ией Саввиной и Георгием Жженовым.
Даже уйдя из труппы, она не пропускала спектаклей, а когда здоровье стало подводить, всегда оставалась в курсе театральных новостей. До последнего она сохраняла живой ум, интерес к жизни и чувство юмора, которое отмечали все, кто ее знал.
Свое 100-летие Софья Петровна отмечала в стенах родного театра. Поздравление ей направил Президент России Владимир Путин, а губернатор вручил высшую медаль «За заслуги во благо земли Ярославской».
А через несколько месяцев, 10 мая 2015 года, ее не стало. На прощании театральный критик Маргарита Ваняшова сказала: «Софья Петровна говорила, что доживет до Дня Победы, а потом уйдет… По существу, она… написала своеобразный сценарий своего невероятного ухода. И в этом сценарии сыграла свою последнюю роль».