История одного автографа на Рейхстаге (2 фото)

А начиналось всё, как в песне. «Жил-был в Славянске электрик один…». Но тогда зазвучали иные раскаты — «Вставай, страна огромная!». И когда одни его сограждане по УССР привечали парадами «освободителей» из Третьего Рейха, 18-летний Семён Усачёв по призыву вступил в РККА. Было в нём тогда 43 кг «живого веса». Поэтому его откомандировали в связисты.

Победный май 1945 года Семён Усачёв встретил в 45 км от Берлина. До того он прошёл бои за Таганрог, Крым, Беларусь. Был ранен. В августе 1944-го его дивизия вышла на государственную границу СССР. И рванула дальше — без отдыха и остановок. Варшава, Восточная Пруссия, Кенигсберг, Гдыня, Одер.

Из представления к медали «За отвагу» : «8 февраля в районе населенного пункта Лихтенхайн, что на 8 км севернее г. Пруст, огневая позиция была атакована гитлеровскими фашистами. В отражении атаки немецких фашистов т. Усачёв проявил себя смелым и отважным воином. Под сильным пулеметным огнем он устранил 6 порывов. Во время устранения порывов на т. Усачева набросились 4 гитлеровца. Из личного оружия он уничтожил троих немцев, а одного пленил».

До Берлина его подразделение не дошло 50 км. Но 9 мая командир дивизиона майор Крестинин сказал: «Около Берлина быть и не увидеть поверженный рейхстаг?! А ну, стройсь!» И отдал приказ лучшим бойцам погрузиться в «студебеккер». Вот так младший сержант Семён Усачёв, уже командир отделения связи 7-й батареи 3-го дивизиона 56-й пушечной артбригады 26-й артиллерийской дважды Краснознаменной ордена Суворова II степени дивизии попал к Рейхстагу.

«Кто-то сунул мне в руку мел, — вспоминал ветеран впоследсьтвии. — Но я ведь роста невысокого, вот и попросил водителя «студебеккера» подъехать задом к стене. А сам встал на цыпочки на краешек борта и написал «9.5.45. Усачев» - первое, что в голову пришло. Да и много не распишешься, автомат тяжелый за спиной очень мешал. А уже вечером, когда уезжали обратно в расположение дивизии, увидел над куполом рейхстага наше красное знамя. Победа!».

Потом оказалось, что этот момент сфотографировал Анатолий Морозов, корреспондент газеты «Фронтовая иллюстрация». И 40 лет спустя кадр попал на победные открытки.

А Семён Усачёв прожил долгую жизнь. После демобилизации онпоехал в Славянск навестить сестру. Там как мальчишка влюбился в местную девушку и остался жить. Трудился на стройках, построил дом, вырастил не только дерево, но целый сад. В семье фронтовика родились две дочери, которые выросли, вышли замуж, родили замечательных внуков.

А в 2014 году в дом ветерана снова постучалась война. Украинский снаряд разорвался совсем рядом, и его осколки застряли в стене, прямо над кроватью старика, вся «вина» которого была в том, что он хотел и до конца жизни говорить на привычном русском языке. Вот тогда солдат, прошедший столько сражений и повидавший множество смертей, в первый раз заплакал…

Семён Усачёв ушёл из жизни в 2019-м, слава Богу, не увидев нынешних событий. А «граффити» его так и осталось на стенах поверженного символа гитлеровского нацизма.

Теперь более понятно, с кем и с чем воюют нынешние идейные побратимы тех, ещё бандеровских приспешников Третьего Рейха?

И почему именно за них вписались немецкие сторонники Рейха Четвёртого, внуки и внучки эсэсовских ветеранов?