Программа Т4 (2 фото)

Определённые к уничтожению. Как немцы расправились с пациентами Березанской психиатрической колонии

80 лет прошло, как закончилась та страшная война, о которой мы, казалось бы, знаем всё. Но то и дело на поверхность из глубин истории всплывают многие подробности происходивших в то время страшных событий. В такие моменты становится понятно: о той войне мы знаем лишь малую часть, и многое ещё предстоят узнать - и о Героях, и о подвигах, и о палачах и нелюдях, и о творимых ими жестокостях. Об одном таком трагическом эпизоде Великой Отечественной войны стало известно не так давно, когда Управлением ФСБ Краснодарского края были рассекречены документы о жертвах фашистов в Березанской психиатрической больнице. Это произошло в 1942 году, но подробности случившегося стали известны только спустя десятилетия… Как показывают эти документы, фашисты, пришедшие на чужую землю, чувствовали себя здесь полноправными хозяевами, которым было подвластно всё: они не щадили ни грудных детей, ни женщин, ни стариков, ни душевнобольных и решали, кому из этих «недочеловеков» жить, а кому - умирать…

Ещё до начала Второй мировой войны в Германии в соответствии с проводимой политикой «очищения нации» неизлечимо больные и умственно неполноценные люди всячески истреблялись, и делалось это не только ради сохранения чистоты арийской расы, но и по экономическим соображениям: работать они не способны, а на их содержание требовались немалые бюджетные средства. Поэтому и было решено, чтобы медики «предоставляли возможность неизлечимо больным людям спокойно умереть». Под «спокойной смертью» Гитлер подразумевал токсичный оксид углерода в газовых камерах, специально смонтированных в немецких психиатрических больницах. Программа эвтаназии получила название Т4, а количество граждан, которых необходимо было подвергнуть этой процедуре, насчитывалось более 70 тысяч человек. И наиболее частыми её жертвами становились больные с диагнозом «шизофрения» - трое из каждых четырёх пациентов, имевших этот диагноз, приговаривались к смерти.

Подобная практика проводилась не только в Германии, но и на аннексированных территориях: так, в 1939 году эсэсовцы уничтожили обитателей многих приютов для умственно отсталых в Польше - спецкоманды СС в массовом порядке расстреливали немецких и польских пациентов лечебниц, а сами заведения освобождали для надобностей СС и вермахта. Когда же гитлеровцы пришли в СССР, то продолжили применять опыт программы Т4 - впервыми на захваченных территориях безальтернативно уничтожались обитатели психиатрических больниц, интернатов, детских домов и богаделен. Те, кто не мог стать даже временной рабочей силой для фашистской Германии. И нередко пациенты этих учреждений уничтожались вместе с персоналом.
⠀
Широко известен случай, произошедший в октябре 1941 года в Московской области, когда фашисты выгнали в лес несколько десятков обитателей Лотошинской психиатрической больницы. Ослабевших от голода, почти раздетых, еле-еле стоящих на ногах… Дали им немного времени, а затем устроили на них охоту на лошадях. Не пощадили никого, а убитых оставили в лесу на съедение волкам. Ни могил, ни обелиска у них нет. Всего за короткий период времени было уничтожено (в том числе отравлено газом и ядами, а так же расстреляно) около 700 пациентов Лотошинской психлечебницы. Многих из них бросали в выкопанные ямы ещё живыми. «После расстрела пациентов прикапывали, - рассказывает краевед Надежда Самарина. - Жители окрестных домов ещё какое-то время с ужасом слышали стоны, доносящиеся из-под земли…»
⠀
Подобное случилось и в психиатрической больнице в Виннице на Украине, врачи которой получили указание военной администрации выдавать больным лишь 100 г хлеба в день. Запасы продовольствия больницы, имевшей большое подсобное хозяйство, были изъяты вермахтом. В ответ на протесты врачей областной комиссар заявил: «Для психически больных и 70 граммов слишком много». Однако смерть от голода была недостаточно быстрой, поэтому осенью 1941 года 800 больных были расстреляны и 700 - отравлены ядом. После этого вермахт использовал территорию больницы в качестве санатория и казино…

Подобных эпизодов «войны против психически больных людей» на оккупированных территориях было очень много - последователи Гитлера не щадили никого, в том числе детей: нередко в приютах расстреливали детей-инвалидов, как, например, в Приславле под Днепропетровском (158 жертв) или умственно отсталых детей, как, к примеру, 47 воспитанников Нижне-Чирского детского дома в возрасте от 4 до 12 лет. И многие обстоятельства этих страшных событий время от времени продолжают выходить на поверхность - становятся известны общественности, когда снимается гриф секретности и появляются словно из небытия свидетели тех творимых нацистами зверств. Так случилось и с трагедией, произошедшей в Березанской психиатрической колонии, которая располагалась в посёлке Заречном на территории Выселковского района Краснодарского края. В период нацистской оккупации все пациенты этой больницы были уничтожены.
⠀
После рассекречивания документов стали доступны протоколы допросов нескольких свидетелей - работников больницы, которые были составлены в рамках открытого в 1970 году сотрудниками КГБ СССР дела для установления личностей конкретных членов Зондеркоманды 10а Айнзацгруппы Д и их советских пособников, «причастных к геноциду мирных жителей Кубани». В 1972 году предварительное следствие по делу было приостановлено, его результаты нам неизвестны. Однако сохранившиеся документы содержат некоторые подробности о событиях, происходивших во время оккупации, и личностях оккупантов, так как советские следователи, в соответствии с задачами уголовного дела, ставили задачу идентифицировать всех тех, кто был ответственен за массовые убийства пациентов Березанской психколонии.
⠀
Так, бывшая санитаркой Варвара Никитична Носенко в 1972 году показала: «7 сентября в колонию приехали несколько немецких офицеров в гестаповской форме на легковой автомашине. … Осмотрев колонию, они выбрали для пребывания одноэтажный дом, в котором проживал медперсонал. Человек 10 немцев жили в указанном доме до конца оккупации. Вся власть в этот период находилась в их руках, так как и администрация, и местная полиция действовали по их указаниям. Даже своим присутствием немцы наводили на всех страх».

«Перечисленные немцы ведали колонией, отправляли из неё продукты в Краснодар, а также продуктами снабжали проезжающие воинские немецкие части, варили самогон, пьянствовали, к ним приезжали из станицы Березанской из комендатуры немцы, - рассказывала следователям работавшая в подсобном хозяйстве психколонии Ольга Горобинченко. - А главным среди них был немец примерно 40 лет – высокий, с продолговатым худощавым лицом и светло-рыжими волосами, с суровым взглядом. Особенностью этого немца было то, что, когда он разговаривал, были видны два клыка… Звали его Гансом, фамилия его мне неизвестна. Ганса часто можно было видеть на территории колонии, когда он шёл с большой овчаркой, держа её на поводке». Как вспоминала в 1971 году бывшая работница подсобного хозяйства психколонии Тамара Гринкевич, «шеф колонии Ганс с больными никогда не говорил, а когда с ним говорили о больных, то он прямо свирепел, кричал, что я всех уничтожу… Я предлагала выздоравливающим больным побыстрее выписываться, так как знала, что больных скоро уничтожат».
⠀
Содержать душевнобольных нацисты действительно не планировали. Первые массовые убийства пациентов колонии были совершены ими уже в сентябре 1942 года. Для этих целей на территории колонии были размещены так называемые машины-душегубки - «мобильные камеры смерти», которые работали по принципу газовой камеры. Их герметичная конструкция в форме короба имела отверстия для шлангов, через которые подавали удушающий газ из баллонов. А «разработали» такие «машины смерти» в 1941 году, посте того, как глава СС Генрих Гиммлер решил поприсутствовать на массовом расстреле белорусских евреев — шефа нацистов тогда стошнило. И он решил, что следует искать кровавой бойне альтернативу - сердца «впечатлительных» арийцев следовало избавить от нервных потрясений.

Вот как описывал устройство подачи газа в кузов «газенвагенов» шофер Буланов, участник Харьковского судебного процесса над нацистами, прислужник фашистов: «автомобиль на двух осях, весом около 5-7 тонн, окрашен в серый или чёрный цвет. Мотор имел шесть цилиндров. Двухстворчатая дверь кузова была герметично подогнана. Изнутри кузов обит железом, низ кузова оборудован решёткой из дерева — она и была полом, на который вставали приговоренные к смерти. Внизу душегубки была вмонтирована выхлопная труба, по которой и шёл в кузов машины от мотора отработанный газ». По словам Буланова, согласно инструкции по управлению машиной, водителям запрещалось до отказа жать на акселератор, с целью ускорить процесс умерщвления людей. А на «мелкие» недочёты нацисты не обращали внимания: часть приговоренных просто теряла сознание, и их закапывали заживо.
⠀
В материалах дела по Березанской психиатрической больнице содержатся показания свидетелей истребления 390 мужичин и женщин, находившихся на лечении в колонии, а также копии и фото таблиц с местом расположения танковых рвов, куда скидывались тела убитых. При этом большая часть больных была подвергнута умерщвлению в машинах-душегубках, а 60 человек - расстреляно. «Жандармы и полицейские сажали больных, донага раздетых, в машину – по 10-40 человек за раз, после чего увозили с территории колонии и душили угарным газом. Некоторые охотно садились в эту машину, даже оттесняли друг друга, чтобы скорее попасть в неё. Но были и такие, которые нехотя шли к автомобилю, сопротивлялись. Таких немцы заставляли садиться в машину под дулами автоматов. Одна из больных по имени Маруся умоляла, чтобы её не забирали и, наконец, в исступлении крикнула: «Придут наши и отомстят за нас!». Немец-офицер избил эту больную прикладом винтовки до крови, поранив ей лицо и голову. Помню и больного Лобунцова, который пытался бежать, но был убит выстрелом из винтовки. … После казни тела скидывали в противотанковый ров, находящийся в 5 километрах от колонии», - поведала следователям врач больницы Елизавета Шаповалова.

Позже, в октябре 1942 года, у Шаповаловой, знавшей немецкий язык, произойдёт беседа с неким немецким офицером-доктором (его личность неизвестна), приехавшим из Краснодара проследить за уничтожением пациентов Березанской психколонии. Советский врач поинтересовалась у немецкого коллеги, как они поступают с пациентами психиатрических клиник у себя в Германии. Тот ответил ей, что «своих больных они сначала лечат в течение двух лет, и, если за это время те не выздоравливают, их истребляют, но не в массовом порядке, а поодиночке с помощью уколов».
⠀
Местная жительница Зинаида Павловна Рванина в один из дней казни работала в поле, «метрах в 10 от дороги, идущей к противотанковому рву». «В этот день по дороге из колонии промчалась легковая машина с немцами, а вслед за ней шла чёрная закрытая машина. Я слышала, что из чёрной машины неслись стоны, слышен был какой-то шум. Что происходило в машине, и кто находился в ней, я тогда не знала. Через некоторое время обе эти машины шли обратно по направлению в колонию. В машине уже было всё тихо», – рассказала Зинаида Рванина следователю.
Машина-«душегубка», убивающая газом, вернулась в колонию через полчаса, сделав потом ещё пару рейсов…
⠀
Сотрудники Березанской психколонии назвали следователям много фамилий и имён отравленных газом и расстрелянных в 1942 году пациентов. Но были среди жертв фашистов и сотрудники колонии. Вот что рассказала жительница станицы Березанской Приходько Дарья Григорьевна: «13 января 1943 года была публично расстреляна кладовщица колонии тов. Осмолова Н.Н., содержавшаяся в колхозном сарае без пищи в течение 9 суток, факт расстрела совершался самым варварским образом: вначале стреляли по ногам, потом все выше и выше, последний выстрел был дан из нагана в висок. После расстрела она была раздета донага и зарыта на местном кладбище. Рассказывали, что она всячески сопротивлялась тому беспределу, который творило нацистское зверьё на территории колонии».

К декабрю 1942 года Березанская психколония была полностью «освобождена» от пациентов. Но были ли немцы наказаны за свои преступления? Известно, что в 1972 году четыре года заключения получил «врач Краснодарского гестапо» унтерштурмфюрер СС доктор медицины Генрих Герц, но мы не знаем, был ли в его уголовном деле эпизод с Березанской психколонией. О судьбах остальных названных свидетелями немцев нам ничего неизвестно: пережили ли они войну или погибли на фронте, здравствовали ли в Германии или проживали в других странах, достоверно сказать не представляется возможным.

Известно только о судьбе одного коллаборациониста - санитара Березанской психколонии Михаила Ластовины, который понёс ответственность. «Указанный Ластовина активно помогал немцам в истреблении вывезенных к противотанковому рву (в декабре 1942 года) 60 выздоравливающих пациентов», – говорится в обвинительном заключении по делу о зверствах немецко-фашистских захватчиков и их пособников на территории Краснодарского края. Обвинённый в 1943 году по статье «измена родине» Михаил Ластовина был одним из восьми приговорённых к смертной казни через повешение. Приговор привели в исполнение 18 июля 1943 года на центральной городской площади Краснодара в присутствии 30 тысяч человек.