Лучшая работа в мире - Перевод репортажа из Top Gear. Июль 1996 (20 фото)

Хотелось бы вам быть на месте этого парня, которому дозволено хулиганить на дорогах общественного пользования за рулем 500-сильного монстра и избежать каких-либо последствий даже если его придется списать в утиль после аварии? Встречайте главного водителя-испытателя Lamborghini и приготовьтесь превратиться в еще одно насекомое, распластанное на радиаторной решетке быстро надвигающегося грузовика.

Мы на встречной полосе, обгоняя большой грузовик, и другой, еще больший, стремительно приближается навстречу нам. Мне кажется, что мы успеем, но это как-то слишком впритык чтобы оставаться спокойным. Мы проскакиваем перед идущей справа фурой, но мое облегчение оказывается непродолжительным потому что водитель решает прохватить заодно мимо еще трех автомобилей.

Я уже могу различить сквозь решетку радиатора двигатель очередного большегруза, летящего на нас. Через секунду мы пополним статистику. Однако в следующий миг перед грузовика исчезает и сменяется хвостом трейлера, в который мы непременно въедем. Конечно, вид другой, но исход будет тот же самый. Неотвратимая смерть от итальянской фуры.

Двигатель за нами взвывает два раза подряд, крепко кусают тормоза и перед нашего автомобиля зависает сантиметрах в пятнадцати-двадцати от массивного заднего бампера.

“Захватывающе, правда?” — интересуется водитель.

Прежде чем я успеваю перевести дух и начать думать над ответом, мы опять срываемся в полосу встречного движения под неумолимым напором 500 лошадей. Лучше бы на моем месте сидел Norris McWhirter (один братьев создателей книги Мировых рекордов Гиннесса — прим. пер.), потому что, возможно, если бы он подтвердил мировой рекорд по обгону, то водитель успокоился бы. В этот раз не хватает времени, чтобы сосчитать мелькающие автомобили; сборная солянка из легковушек, грузовиков и старика на велосипеде.

Караван ползет вверх по дороге, налево и исчезает за весьма слепым мостом. Прямо перед ним нам каким-то образом удается встроиться обратно в свою полосу. Что хорошо, потому что сложно поворачивать вправо или влево когда колеса отрываются от полотна.

За мостом дорога уходит слегка вниз, следует длинный пологий левый поворот, в который втягивается колонна машин, следующая справа от нас. Водитель входит в него словно участвуя в Ле Мане. Всего раз в жизни я перемещался так же быстро, это было с Derek Bell (известный британский автогонщик, в числе прочего многократный победитель Le Mans 24 и Daytona 24 — прим. пер.) на Bugatti. Но это происходило на треке, мы же на обычной дороге.

Однако, я совсем забыл о правилах приличия. Позвольте мне вам представить Valentino Balboni, главного водителя-испытателя Lamborghini за рулем нового Diablo SV.

Diablo Sport Veloce, представленный в этом году на Женевском автосалоне, был создан в честь тридцатилетия Miura и чтобы вернуть водителям возможность прочувствовать бескомпромиссное, не разбавленное ничем, вождение. В связи с этим здесь установлен чуть более форсированный вариант знакомого V12, с мощностью “более 500 л.с.”, укороченные передачи, более жесткие пружины и амортизаторы и усиленная тормозная система.

Поставьте бок о бок стандартный Diablo и SV, и вы сразу увидите различия в дизайне. Однако, далеко не все они в плюс. Передняя часть выглядит более агрессивно с двойными воздухозаборниками для охлаждения тормозов. На SV стандартно устанавливаются иные колесные диски и повсюду сетка — здесь ее больше, чем в колонии строго режима, все отверстия в кузове защищены ей.

Больше всего отличий сзади. Помимо антикрыла здесь вы заметите новую крышку моторного отсека, установленную выше, чем на обычном Diablo. Это, вкупе с большими буквами “SV” на боках, придает автомобилю некоторое сходство со снарядами юных уличных гонщиков.

Valentino, с другой стороны, при всем желании не мог бы быть спокойнее и расслабленнее, чем он есть. Подтянутый и худощавый, 47 лет, в нем нет ни капли напускной мужественности, которая достаточно повсеместна в его профессии. В солнечных очках его можно увидеть только когда ярко светит солнце. Да, он часто носит голубой гоночный комбинезон в стиле 50-х, но он классно смотрится. Его до сих пор дразнят коллеги по поводу случая, когда Jeremy Clarkson попросил его попозировать для Motorworld, поставив руки в боки и заявив: “Меня зовут Valentino и у меня лучшая работа в мире”.

Ferruccio Lamborghini, производитель тракторов, который решил заняться созданием своего автопроизводства после того как не поладил с Enzo Ferrari, взял Valentino на работу 21 апреля 1968 года в качестве подмастерья. Управляющий быстро обратил внимание на молодого механика, перегонявшего автомобили по двору фабрики слишком быстро. Видимо, в свое время он, действительно, делал это весьма бодро, потому что во время нашего визита на фабрику Diablo регулярно перемещались по территории в заносе и практикуя полицейский разворот, никто на это даже не обращал внимания.

Однажды, уже не в первый раз, Valentino застукали за уничтожением задних покрышек Miura, с соответствующими дисциплинарными последствиями. Тогда он и решил подать заявление о переводе в испытательный отдел. Работай он на любого другого автопроизводителя, он, скорее всего, получил бы расчет и вслед за этим коленкой под зад. Но это Италия, это Lamborghini, и поэтому он, вместо столь плачевных последствий, целый год обучался под началом главного водителя-испытателя фабрики и гонщика в одном лице, новозеландца Bob Wallace.

Когда доходит до рассказа о своей профессиональной деятельности, то Valentino становится таинственным словно автомобильный Eric Cantona (известный футболист, прославившийся за годы проведенные в Manchester United, со своеобразной загадочной манерой поведения — прим. пер.). “Понимаете, ” — рассуждает он на распевающем, но в остальном практически совершенном английском, — “в нашей работе мы должны слышать, не используя уши и видеть, не используя глаза.” Глубокомысленное замечание, но совершенно верное. Если вы зарабатываете на жизнь доводя до ума Diablo на дорогах общего пользования, то вам нужно быть очень восприимчивым, обладать отличной реакцией и, по словам Valentino, быть удачливым.

Ошибок просто не может быть. “Нам приходится нащупывать предел возможностей, как наших собственных, так и автомобилей, потому что они обладают очень высокими динамическими показателями. Также нам нужно учитывать и поведение других людей. Мы же не одни на дороге. Мы должны располагать необходимым опытом и везением, чтобы избегать неприятных ситуаций.”

Ах да, неприятные ситуации. Ведь речь идет не о разбитом фонаре или поцарапанном крыле на стоянке перед супермаркетом, правда? Когда стрелка спидометра переваливает далеко за отметку 250 и что-то идет не по плану, то подобный опыт, в самом деле, станет очень неприятным.

Представьте, например, что за два дня до вашего 29-го дня рождения вы летите по дороге на красном Countach. Красивое итальянское летнее утро, дорога прямая, небо голубое, сияет солнце. Жизнь удалась.

Впереди, автомобиль приближается к пересечению дорог. Все в порядке, водитель вас заметил и остановился. Но, все-таки, нет. В следующее мгновение он начинает выезжать на дорогу перед вашим несущимся Countach. Что делать? Протаранить автомобиль или съехать в поле?

Слишком поздно. Если бы вы успели задуматься об этом, то вам пришел бы конец. Valentino отреагировал мгновенно и направил Countach в поле, но даже так он успел зацепить перед другого автомобиля, отчего долго летел кувыркаясь через крышу. Countach замер днищем вверх далеко от дороги, полностью разбитый. Valentino в тот же самый день после обеда опять выехал на испытания, его даже не выговорили.

Несмотря на то, что его любимое ругательство “Jeee Sus Kryst”, он все равно верит, что его судьба решается наверху. “Знаете, ” — говорит он, указывая в небо — “я думаю здесь о нем и надеюсь, что он тоже там думает обо мне.”

Если это так, то Всевышний, получается, не слишком заботится об эффективном полицейском радарном оборудовании. Если вы используете всю долину По в качестве испытательного трека, то встречи с полицией неизбежны и они посулили Valentino, если он им попадется, совсем не радужные перспективы.

“Полиция предупредила меня, что если поймают, то кастрируют, ” — рассказывает с мрачным видом он. Да уж. Так что, останавливали его когда-нибудь? “Нет, потому что меня заботит мой первозданный облик.”

Переходя на более серьезный тон, он объясняет, что его отношения с полицией строятся на взаимоуважении. “Я работаю здесь, я не хочу никого расстраивать или доставлять им проблемы.”

За весь день испытательных скоростных заездов я ни разу не увидел, чтобы кто-то нам сигналил фарами или показывал неприличные жесты. Даже когда в какой-то момент мы оказались втроем в ширину на двухполосной дороге. Попробуйте подобное в Surrey и упадет вся местная мобильная сеть, полиция начнет стягивать подкрепления из Inverness и Plymouth (далеко расположенные города на севере и юге страны, соответственно — прим. пер.) и вас запрут так надолго, что когда вы выйдете, то сможете застраховать свой SV в качестве классического автомобиля.

Тем не менее, по словам Valentino, ситуация на дорогах меняется даже в Италии. “Становится все сложнее и появляется все больше автомобилей на дорогах. Люди меняют свое отношение и нам каждый раз нужно быть все более осторожными.”

Я спрашиваю Valentino почему он никогда не попробовал себя в соревнованиях. Он пожимает плечами и отвечает: “Я гоняю на Lamborghini каждый день; соревнуюсь с полицией.”

Не вся работа проходит на дороге. Valentino подчиняются еще три водителя-испытателя, он часто и свободно общается с клиентами не только на своем родном языке, но и на английском, немецком и французском, а также следит за административной отчетностью на фабрике в Sant’Agata недалеко от Bologna. Он признает, что это не самая любимая часть его работы. “Нет, бумажные дела мне не особо нравятся.”

С клиентами обычно веселее, кроме тех редких случаев, когда они начинают пытаться ему доказать, что водят лучше него. Он вспоминает самый неприятный эпизод. “Много лет назад на фабрику приехал потенциальный клиент за Urraco. Во время пробной поездки он без конца обгонял, проезжал на красный свет и так далее.” Valentino велел ему прекратить, но молодой водитель ответил ему, что он не имеет права разговаривать подобным образом с покупателем. Valentino сказал, что имеет, забрал ключи и отвез его обратно на фабрику в Santa’Agata. Коммерческий директор выслушал их обоих и принял сторону Valentino. Клиент пожал плечами и все равно купил автомобиль.

Кабинет Valentino находится в центре техобслуживания. Пока он разгребает скопившиеся бумаги на столе, я с фотографом гуляю по помещению.

Техника с изображением беснующегося быка на капоте слетается сюда со всего мира на обслуживание и даже реставрацию. Сегодня здесь находится пара LM002 (в гражданском исполнении), Espada, Countach и Miura. Также мы заметили Diablo со значительной коррозией кузова, который проводит все время на побережье в Египте и даже успел соприкоснуться с морем.

Стены повсюду украшены изображениями черных быков и табличками с соревнований по всему миру, огромными фотографиями Countach и Diablo с их колесами навсегда замершими в неистовом обратном рулении и, разумеется, наклейками с дизайном фирменной эмблемы. У многих на рабочем столе статуэтки быка, бьющего копытом. Было бы простительно подумать что вы по ошибке забрели в штаб-квартиру Испанской Ассоциации Матадоров.

Подходит время обеда в фабричной столовой. Здесь мы встречаемся с самым молодым из испытателей, Luigi Moccia. Вряд ли бы вас вызвали на собеседование, если бы вас звали Bill или John.

Luigi предпочитает более традиционный для итальянских водителей-испытателей внешний вид — лихие модные солнечные очки на голове и джемпер, накинутый на плечи. Одна из секретарш сообщает нам, что Luigi настоящий сердцеед. Valentino же сообщает нам, что Luigi очень хороший водитель. Этого достаточно, чтобы оторваться от тарелки с пастой. Оказывается, его переманили из другой компании, узнав о его таланте.

Valentino вспоминает, что в то время, когда начинал Luigi, был еще один молодой парень с производства, которого они обучали одновременно. Он обладал способностями, но забросил карьеру, потому что разочаровался, представляя себе жизнь испытателя более легкой и гламурной, чем она есть на самом деле.

После обеда настало время Top Gun. Luigi с ревом выкатывает из ворот свой красный Diablo. Valentino выезжает более скромно, но даже так, звук выхлопа V12 громко рикошетит от стен фабрики.

Я спрашиваю Valentino как бы он поступил, если бы зазвонил его мобильный телефон (с наклейкой быка) и это был бы звонок из Ferrari, с предложением одинаковой работы за в три раза большую зарплату. Он смеется. “Я не уйду если меня отсюда только не выбросят. Это любовь, это в крови.”

Мы отправляемся на еще один скоростной заезд, скользя при входе и выходе из “шпилек” с абсолютной точностью, мчась сквозь поток движения с ускорениями и замедлениями, которые кажутся невероятными. Я очень надеюсь на то, что Luigi не следует в таком же ритме навстречу нам.

Valentino очень нравится SV. “С “короткой” коробкой передач она отлично разгоняется. Момента всегда хватает и тормоза очень хороши.” Ему также нравится полноприводной VT. “У него другой характер и он вызывает другие ощущения, но с удовольствием от вождения там все в порядке.” Но больше всех Valentino нравится Miura. “Это была моя первая любовь. Звук двигателя и внешний вид были великолепны. Но знаете, она была не слишком устойчивой на дороге и тормоза тоже оставляли желать лучшего. Это был совершенно другой мир в то время. Никаких компьютеров и испытательных приборов. Все делалось на основе опыта и знаний.”

Опыт, знания и, разумеется, дух Lamborghini. “Я думаю, что настоящий дух компании это тот, что мне передал Ferruccio. Он нам рассказывал о настоящей философии. Здесь до сих пор есть несколько пожилых сотрудников, которые начинали работать еще в его времена.” Этот дух сохранился. “За многие годы у компании сменилось много владельцев и директоров, но никто не изменил наше мышление. Я всегда считал, что не столь важно кому принадлежит компания. Мы уважаем их, но Lamborghini это люди, которые работают здесь.” До тех пор пока это мышление живо, бык будет бить копытом.

Valentino не боится что наступит день, когда он будет слишком стар чтобы водить. “До тех пор пока я в добром здравии, я буду водить. Испытатели никогда по-настоящему не стареют. Вождение этих автомобилей дарует молодость.”

Мы возвращаемся обратно и Diablo закрывают на ночь. Valentino, пока светло, отправляется заняться садоводством. Его каждодневный транспорт это Opel Ascona c 1,2-литровым двигателем, который он купил подержанным 20 лет назад. Ему хочется BMW с “автоматом”, но Opel его устраивает. “Если вы любите водить, то все, что катится уже хорошо, однако мне нужно быть поосторожнее на обгонах. Здесь не так много мощности…”

-----
Три вещи преобладают в Diablo SV: ширина, ускорение и тормоза. Чтобы привыкнуть к 204 сантиметрам ширины Diablo, потребуется полдня. К ускорению при разгоне вы будете привыкать всю жизнь и я не думаю, что оно вам когда-либо наскучит. Lamborghini заявляет, что у этого V12 больше 500 л.с. и когда вы утапливаете педаль газа в пол, вы чувствуете всех их до единой. Это самый динамичный Diablo из всех существующих и, если задуматься, то от этого становится страшновато. Он не слишком вас балует комфортом, потому что езда определенно жесткая, но руль необыкновенно живой и информативный. Тормоза здесь лучшие из всех какими я когда-либо пользовался в дорожном автомобиле и, возможно, являются главной причиной по которой я до сих пор существую.