Заниженная Lamborghini Miura и утонувший в озере Ferrari Enzo: девять очень крутых суперкаров, на которые покусились тюнеры (35 фото + 1 видео)

«Если звёзды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно». Только словами Маяковского можно объяснить появление тюнингованного Chiron. Но есть и оправдание: Mansory Centuria родился в те дни, когда не было ни трекового Pur Sport, ни ориентированного на прямые Super Sport 300+. А, приехав на тусовку членов списка Forbes или к масонской ложе на «обычном» Chiron, вы уже никого не удивите. Ох уж эти миллиардеры…

Пока мы не начали охать по поводу гротескной внешности «Центурии», стоит отдать Mansory должное — терпения им не занимать. Очередь на «Широны» растянулась на полтора года вперёд, и вряд ли немецким тюнерам давали поблажку. Поэтому, несмотря на цену в 4,25 миллиона евро, Centuria — один из самых простых способов получить Bugatti здесь и сейчас. Правда, придётся мириться с некоторыми отхождениями от оригинала.

Например, с прессованным углепластиком. Из него выполнено всё: от бамперов и юбок до крышки моторного отсека. Выдвижное антикрыло заменили стационарным, а колёсные диски обзавелись аэродинамичными накладками, как на последних моделях ABT. А для выбора сочетания цветов в салоне позвали кого-то, чей спектр зрения явно отличается от человеческого. Ядовито-бирюзовая сыпь поразила и сиденья, и центральную консоль, и даже коврики. Благо техническая часть Chiron осталась нетронутой: всё те же космические 1500 лошадиных сил и 420 км/ч максимальной скорости.

Если при взгляде на SLS AMG вам кажется, что ему срочно нужны кузов из голого углепластика и фары от Ferrari 599, вам стоит обратиться к терапевту. Или отправить резюме в Mansory.

При разговоре о Mansory Cormeum очень хочется ограничиться простым описанием характеристик. Здесь мог бы быть сухой перечень: «карбоновый кузов снизил массу на 90 килограммов, мощность двигателя выросла до 660 лошадиных сил благодаря новому выхлопу, а разгон до сотни — меньше трёх с половиной секунд»… И не пришлось бы говорить, что на крышке багажника SLS AMG поселилось гипертрофированное антикрыло. А сам факт пересадки итальянских «глаз» немецкой двухдверке заставляет скрипеть зубами даже серьёзных мужчин с крепкой психикой. Но есть и хорошие новости. Во-первых, раз Cormeum так быстр, то вряд ли вы успеете его разглядеть.

При этом сочный звук атмосферного V8 никуда не денется! А во-вторых, Mansory собрала всего 15 таких машин, что делает шанс увидеть одну из них вживую близким к нулю.

Даже стандартная Carrera GT — автомобиль редкий (1270 штук) и опасный. И второй факт усиливает первый: из этих 1,2 тысячи машин сотня (или даже две) уже разбиты. Казалось бы, вот он, сигнал: слишком много дури в этом 5,7-литровом V10, не надо с ним шутить! Однако 25 богатых безумцев всё-таки потыкали во льва палкой.

Ателье Gemballa — один из пионеров доработки Porsche. Но когда Carrera GT только появилась, немецкие тюнеры к ней приближаться не спешили. Может, побаивались, а может не предоставилось возможности. Лишь когда производство суперкара подошло к концу, Уве Гембалла снял покрывало с Mirage GT.

Страшно, когда за твоей спиной рычат 672 лошадиные силы. Ещё страшнее, когда вся их ярость обрушивается на заднюю ось. А поняв, что со всем этим придётся управляться через шестиступенчатую «механику», даже матёрый пилот заработает пару седых волос. Не спутать «Мираж» с обычной Carrera GT помогает новый обвес с соплом воздухозаборника на крыше, внушительное антикрыло и чёрные колёсные диски с центральной гайкой. А ещё инженеры не побоялись вмешаться в интерьер: приборную панель увенчал сенсорный (в 2007 году!) дисплей мультимедиа.

Каким бы безумным ни был «Мираж», ему далеко до Porsche 962. Ведь пока Уве Гембалла дорабатывал Carrera GT, в гаражах трёх миллионеров уже 16 лет пылились настоящие звери.

962 — даже не дорожный автомобиль! С середины восьмидесятых он зарабатывал победы в Ле-Мане и чемпионате IMSA GT. Последний золотой кубок он поставил на полку в 1994 году. Но ещё до выхода на пенсию болид приглянулся не одной тюнинг-конторе. Самой первой была Koenig — её вы можете вспомнить по широченным Mercedes-Benz и баркетте на базе Lamborghini Diablo.

Любой на месте Koenig ограничился бы доводкой машины для дорог общего пользования. Поменять оптику, поставить пружины помягче — вот и готов шоу-стоппер, который на любой выставке облепят журналисты и арабские шейхи. Но мастера из Мюнхена не успокоились, пока не выжали из болида всё. Объём трёхлитрового оппозитника увеличили до 3,4 литра, блок управления перепрошили — результат оказался настолько чрезмерным для начала девяностых, что мощность пришлось ограничить на значении в «чуть больше восьмисот». Максимальная скорость достигла 378 км/ч. И на такой скорости никто бы не услышал ваш крик: ярко-синяя кожа в салоне отлично поглощает звук, а окна на полулегальном звере открыть не получится.

Луиджи Колани — один из самых известных дизайнеров ушедшего века. Его талант был востребован везде: он рисовал автомобили, фотоаппараты, компьютеры и даже рояли. Но всё-таки машины принесли ему наибольшую славу. Он работал над Fiat 1100 и Porsche 959, а однажды даже создал концепт на базе «Нивы»!

В начале девяностых к нему обратилась Lotec, на счету которой есть несколько болидов для гонок Group C. Когда Колани получил в свои руки Ferrari Testarossa, чего-то скучного получиться просто не могло. Но концепт, названный «Lotec Colani Testa D’Oro», вместо автосалонов отправился на соляное озеро Бонневилль!

Там необычная Ferrari побила мировой рекорд скорости для автомобилей с каталитическими нейтрализаторами, разогнавшись до 351 км/ч. На самом деле, удивительного тут мало — 12-цилиндровый мотор обзавёлся двумя турбинами и стал выдавать 750 лошадиных сил. А Колани привлекли к разработке не просто так: он был известен не только как мастер эпатажного дизайна, но и как знаток аэродинамики.

В том же году Lotec показала ещё одну модификацию Testarossa — TT100. Хоть Луиджи к ней не прикасался, она всё равно выглядела необычно: при взгляде сзади её легко можно было спутать с Ferrari F40. Двигатель от Testa D’Oro стал мощнее ещё на 30 лошадей, а максимальная скорость выросла до 355 км/ч. Это заслуживает уважения, ведь не так-то просто разгоняться по прямой с таким внушительным антикрылом.

Как ни странно, Ferrari Enzo не раз и не два подвергался доработкам. Первое время к нему допускались только «близкие друзья» марки: Maserati взяла полсотни машин для постройки MC12, Pininfarina — ещё одну в качестве основы для P4/5… Но безумцы из Edo Competition дождались своего часа и построили единственный в своём роде суперкар с необычной судьбой.

Всё началось с Захира Раны, владельца канадского автосалона экзотических автомобилей ZR Auto. Он увидел Ferrari FXX (812-сильный гоночный Enzo), которому строго запрещено выезжать за пределы треков, и задумал исправить такую несправедливость. Бизнесмен отправил заводской Enzo в Edo Competition, и те с ним церемониться не стали: объём шестилитрового V12 вырос на 5 процентов, получил новые распредвалы, головки цилиндров, шатуны и новые электронные «мозги». И без того лёгкий Enzo XX Evolution сбросил ещё сотню килограммов, а мощность достигла 840 лошадиных сил.

Обрадованный Захир забрал готовый автомобиль и тут же начал участвовать на нём в локальных гонках. Длилось беззаботное существование суперкара до 2011 года, пока Рана…не утопил его в озере. Хозяин не пострадал, но вот итальянское купе хорошенько наглоталось воды. Впрочем, Захира это не сильно расстроило: он отправил машину обратно в тюнинг-ателье, приложив к ней чек на 2,3 миллиона долларов, и попросил их вернуть Enzo к жизни. Но в Edo Competition немного увлеклись — повысили мощность до 950 лошадиных сил, максимальная скорость ушла далеко за цифру в 350 км/ч, а выглядеть купе стало точь-в-точь как гоночный FXX Evoluzione, которому такие характеристики и не снились. Остаётся надеяться, что обновлённый Edo Enzo ZXX будет держаться подальше от рек и озёр.

Ах, японцы. Именно они подарили нам шакотан и босозоку, широченные Porsche с огромными «китовыми хвостами» и хромированные Lamborghini с подсветкой покруче новогодней ёлки. Наши восточные соседи не раз и не два доказывали, что в автомобильном мире для них нет ничего святого. Стоит ли удивляться, что один из них посягнул на Pagani?

На самом деле вряд ли хоть один из клиентов итальянской марки задумывался о тюнинге. Если у него есть какие-то необычные идеи — можно обратиться к Горацио и он что-нибудь обязательно придумает. Так родились ультимативная Huayra Imola и сверхдорогая Zonda HP Barchetta. Но в Японии ты герой, если своими руками сделал что-то интересное, а не оплатил работу и пошёл ждать в фойе. Потому Йосука Ямада из Токио, также известный как Anija, самостоятельно начал перекраивать свою «Зонду».

Не спешите пугаться: атмосферный V12 от AMG никто не трогал, равно как и другие технические компоненты. Зато на внешности Йосука отыгрался на славу. Старые «четырёхглазые» фары и бампер сменились птицеподобным «клювом» с грозным прищуром, место четырёх выхлопных труб заняла одна огромная (точь-в-точь сопло ракеты), а прежнее антикрыло сменилось огромной «лавкой» в стиле Zonda R. В 2017 году Ямаде такая внешность надоела, и он решил её освежить: перекрасил машину в синий, двери и задние крылья покрылись «шрамами», а новое двухсекционное антикрыло походит на крылья самолёта. И это не считая чёрно-сине-оранжевой кожи в салоне.

Казалось бы, суперкары Koenigsegg — уж точно высшая лига. Сегодня они пускают пыль в глаза даже авторитетам из Bugatti. Но кому-то это показалось недостаточным.

Вернёмся в далёкий 2004 год. Шведская марка празднует десятилетие и показывает CCR. Мощность — всего-то 806 лошадиных сил, задний привод, шестиступенчатая «механика», ценник в полмиллиона евро… Звучит как-то слабо. Именно так мог подумать неназванный владелец одной из двадцати машин, пока вёз её мастерам из Edo Competition. И те всего за 40 тысяч евро (сущие копейки в сравнении с ценой машины) показали, что умеют.

Первое, что ждало машину — новое имя: Edo Competition Evo 817. И вряд ли трёхзначная цифра в названии что-то означает, потому что мощность битурбированного V8 повысили до 891 лошадиной силы. И некоторые характеристики даже ухудшились. Так, крутящий момент упал с 920 до 900 Нм. Максимальная скорость была огромной, а стала просто очень большой: снизилась с 395 до 390 км/ч. Может, и не стоило ничего менять… А чтобы на парковке хозяин не перепутал суперкар с другими CCR, купе получило новый передний бампер и колёсные диски.

Подождите плеваться и скрипеть зубами — эта широченная Miura высотой меньше метра и не «Миура» вовсе! Это Ford GT40. Слава Богу, не настоящий — просто реплика. Но как искусно сделанная…

И додуматься до такого могли только японцы. Компания Liberty Walk готова занизить и расширить всё на свете — от кей-каров Daihatsu Copen до Lamborghini Aventador SV и McLaren 620S. Поэтому нет ничего удивительного, что их руки дошли и до «Миуры». Но брать для этого настоящий суперкар даже для них было бы кощунством (да и просто слишком дорого), а его репликами никто не занимается. Выходом стала компания GTD, которая строит копии Ford GT40. Японцам осталось тут подкрасить, там подварить — вот и готов близнец итальянского «быка».

Выглядит результат ошеломительно: весь кузов покрыт заклёпками, спереди красуется губа в стиле Jota SVR, а сзади — аккуратный дактейл. Колёсные диски — 15-дюймовые SSR, а приводится в движение эта сборная солянка огромным V8 от Ford. А чтобы оставшиеся в сознании пуристы всё же упали в обморок, японцы решили оставить салон GT40 без изменений.