ВСЕМ МУЖИКАМ, КТО В БРАКЕ МНОГО ЛЕТ, ПОСВЯЩАЕТСЯ!

Поссорился с женой. И этот факт
Уже не напрягает и не гложет.
На чистоту я этой ссоре очень даже рад,
Ведь крика шум, мембрану логики тревожит.

По сути, вроде бы, она права.
Пришел «не жив не мертв» я на рассвете,
Но вот больная вусмерть голова мне тихо вторит,
А причем тут на хер дети?"

Причем тут светлая и юная любовь?
Причем тут «я не сплю ночами»?
За что вываривать в половинке мне кровь?
За то, что я почестному бухнул с друзьями?

За то, что я, всё приближая смерть,
Карабкаюсь на верх от цели к цели?
Но шутки в сторону. Во мне проснулся зверь!
В пол локтя правду я не буду мерить.

Да! Выпил! Каюсь!
Но блин на хрен в чём ???
Да! Каюсь! Выпил! Но ведь был я целомудрен!
При чём тут «младшенькая Саша» и «мне надо к трём»?
При чём тут «Если б не хотел, то ты б не пил под утро»?

Да я хотел! Любимая! Да! Я хотел!
Надраться в пабе в пятницу с друзьями!
Я заслужил надгробие «ушел, оставив жизнь свою он не удел»?
Похоронил всё то, что было между нами?

Я что желал «горите вы в аду»,
Семье своей примерзко нелюбимой,
Когда идя у друга я на поводу,
Вливал в себя пол литра некрасивый?

Иль может мыслил: - «Ща нажрусь и оторвусь»,
«Всё остопи z дело и омерзлело боле»?
«Жена и дети вот он - тяжкий груз,
А я ведь сокол ясный, мне пора на волю!"?

Затем, конечно, трахал в туалете мерзких баб!
Которые своими дутыми губами,
Визжали мне «Давай! Работай раб!».
И я покорно шейкал кандалами.

Всё было именно любимая вот так.
Вот так всё именно любимая и было!
А если б был бы просто алко-там-пустяк.
То в пять утра любовью б нас накрыло.


Конечно если б я тебя любил «как двадцать лет назад»,
То не было бы никаких у нас секретов.
И я б дарил тебе веселый нежный взгляд.
Цветы, медведей мягких и конфеты.

Да я тебе куплю конфетный магазин!
Я фабрику тебе готов построить из ванили!
И по привычке потяну все этот за двоих один,
Чтобы с налоговой не часто мне звонили...

Я знаю ты - Иисус.
А я - твой тяжкий крест,
Тебе изранивший венком терновым душу.
И я конечно "только что с лианы с лез".
И я конечно "жизнь твою разрушил".

Конечно в жизни все через пастель!
И не бывает никогда иначе.
И засыпает располневший зверь,
Пытающийся как-то стать богаче.

Любимая всё знает. Ей видней.
Что нужно точно знает и что нудно!
Каких мне радостей не хватка для затей,
И как существовать мне не занудно.

Но знаете друзья, живя в кошмарный век,
В век потребительства и потребления всяких близких,
Заметил я, что леди наши наш успех,
Разглядывают через собственную призму!


Никто! Никто из жен не говорит!
Вообще из жён и в том числе из жен моих друзей, сурово!
«Мне кажется рейнджоровер этот нашим чувствам навредит,
Он мой? Но он такой… какой-то слишком чёрно-бело-новый!»

"Как я (никто и никогда не говорит),
Поеду (вся такая) по проспекту"?
А говорит: - «А как включаются тут милый габариты?
Да нет, любимый, для детей в рейндже нормально места».

Твою приватность у тебя украв,
Поскольку не хватает часто аргументов веских.
С утра глаза свои тяжелые продрав,
Читаю телефона эсэмэски.

«Пальто» (каких-то) восемь тыщ УЕ!
«Сапожки» сука в том же магазине.
И на вопрос «не до хрена ли… э?»
Я скупо слышу: - «Это ведь Рачини».

И понимаю, миром правит хрень.
И так до истеченья будет века.
Молитесь на своих ребят богинь!
Коль нам досталась участь человека.