Ужас какой-то!

Когда-то в 80-е годы прошлого столетия работал я в одном НИИ.
Тогда было модным устраивать творческие встречи коллективов с любимыми артистами.
Вот и к нам в провинцию пожаловал сам Станислав Садальский.
Тогда, как раз, по стране прошелся знаменитый сериал “Место встречи изменить нельзя” и в лучах славы Владимира Высоцкого купался и Садальский со своим Кирпичом.
Актовый зал нашего НИИ был битком набит, даже в проходах стояли зрители. Вечер проходит по накатанной колее: отрывки из фильмов, рассказы о себе любимом, вопросы из зала.
Артист старался изо всех сил понравиться публике, активно общался с залом, шутил, и где-то в начале, рассказывая о себе, пафосно заявил, что есть у него в жизни мечта, большая мечта - сыграть Гамлета.
Ни больше, ни меньше.
Наверное, мало кто на это обратил внимание: Кирпич – он и есть Кирпич.
Но в самом конце вечера на сцене погас свет и в свете софитов Садальский прочитал монолог Гамлета.
Прочитал, как умел, но ведь запоминается последнее.
После монолога в зале воцарилась тишина, и тут я громко засмеялся.
Точнее, заржал, некультурно так, не по-доброму. Садальский недовольно посмотрел в мою сторону, но тут раздались бурные и продолжительные аплодисменты.
После творческой встречи состоялась неформальная беседа народного любимца с кофе, коньяком, конфетами-пирожными и с творческой интеллигенцией НИИ, куда попал и я.
И во время застолья Садальский увидел меня и недобро так спросил:
- Что, мой Гамлет тебе не понравился?
- А разве - это был Гамлет? - удивился я.
Прошли годы: Садальский так и не сыграл Гамлета и слава богу.
Был Гамлет-Высоцкий, Гамлет-Смоктуновский, а тут какой-то Гамлет-Садальский.
Ужас какой-то. Может оно и так, а может я тогда убил его детскую мечту.
В жизни поосторожнее надо быть с Гамлетами.