Викинг. Вся правда о фильме

Повествование, вероятно, получится довольно сумбурным, так как мыслей много, да и от прочитанных рецензий «бомбит».

ОСТОРОЖНО СПОЙЛЕРЫ!
Прежде чем начать разбирать фильм, стоит отметить, что смотреть его нужно через призму противодействия трех сторон (давайте договоримся, что мы будем постоянно вспоминать по ходу статьи):

1. Официальная позиция Кремля
2. Пропаганда РПЦ
3. Авторское виденье

Первая сторона подарила нам главного героя в лице Владимира и прицел на точность исторической составляющей. Как-никак, но Мединский пока историк по образованию.
Вторая сторона привнесла в фильм линию православия, которая тянется через весь фильм, а также сделала из Владимира размазню вместо Великого князя и превратила персонажа Даниилы Козловского в «ни рыба, ни мясо», как говорится в народе. Чего стоит только тот факт, что Владимир полноценно не принял участия ни в одном из боев в фильме, постоянно попадая в нелепые ситуации. Видимо, это сделано в угоду благочестия будущего крестителя Руси.

Ну и наконец третья сторона незаметно подменила главного героя и подарила нам неожиданный взгляд на концовку фильма.

Немного о самом фильме: совершенно непонятно, почему у многих рецензентов возникло какое-то непонимание относительно образа жизни славян той эпохи вплоть до того, что создателей «Викинга» обвинили в русофобии. Друзья, вы пересмотрели мультфильмы «Мельницы», где на Руси вечное лето. Фильм же выдержан в стилистике канадско-ирландского сериала «Викинги», может, вы им предъявите за скандинавофобию? Обращаю ваше внимание, что в сериале славяне даже не упоминаются, однако скандинавы показаны очень близко к отечественному блокбастеру. Надеюсь, про нормандскую теорию вы знаете? Краткая справка: Нормандская теория (норманизм) — направление в историографии, развивающее концепцию того, что народ-племя Русь происходит из Скандинавии периода экспансии викингов, которых в Западной Европе называли норманнами. Сторонники норманизма относят норманнов (варягов скандинавского происхождения) к основателям первых государств восточных славян: Новгородской, а затем Киевской Руси.

Даже не зная нормандской теории, как вы себе представляете жизнь на территории Киевской Руси? Или вы забыли, в каких погодно-климатических условиях живете? Смешно, друзья.

Теперь немного о жанре: фильм, безусловно, задумывался как эпичная историческая драма. Что-то вроде голливудской «Трои» с Бредом Питтом. Почему не получилось? А вот здесь мы возвращаемся к противодействию сторон. Вторая сторона оставила нас без эпичного героя, каким должен был быть Владимир, и без финальной битвы, какой должна была стать осада Корсуни (она же Херсон).

Вместо этого мы получили усиление линии христианства, которое, в отличие от того же сериала «Викинги», преподносится нам крайне не умело и весьма топорно, что делает из Владимира еще большего дурачка.

И вот здесь, я понимаю, что мозг у людей выключился, так как режиссеру удалось довольно удачно (хотя учитывая, что никто не понял, может и не очень) выкрутится из положения.

И так, давайте разбираться. Во-первых, главный герой фильма вовсе не Владимир. Великий Князь лишь выставлен напоказ, но с главным героем мы знакомимся значительно раньше – он сразу приветствует нас закадровым голосом и почти сразу появляется в первой сцене. Именно он является катализатором развития основной сюжетной линии. Это не кто иной, как Свенельд, который на самом деле никакой не Свенельд, а Добрыня. Однако сделать Добрыню Добрыней помещала первая сторона, чтобы сильно не отвлекать внимание от Владимира, который нужен по политическим соображениям. Третьей стороне было необходимо не распыляться на персонажей в угоду смотрибельности и хронометражу, поэтому персонаж Максима Суханова совмещает в себе трех воевод того времени: Свенельда, Добрыню и Блуда. Но режиссер настойчиво указывает нам на то, что Свенельд – это именно Добрыня, так как поступки Свенельда и Блуда в фильме присуще Добрыне периодически, в то время как образ Добрыни сохраняется в нем на протяжении всего фильма.

Добрыня Свенельд на протяжении всего фильма является идеологом и инженером всех ключевых решений, принимаемых Владимиром, кроме, конечно же, православной линии (к этому вы вернемся чуть позже при обсуждении концовки фильма). Режиссер на протяжении всего фильма в угоду второй стороне оставляет открытым вопрос, насколько Владимир был осведомлен и причастен к основным событиям рассказанной истории, помимо необъяснимой тяги к слову «благодать». Свои показания Великий Князь меняет в зависимости от собеседника и даже во время импровизированной исповеди в храме города Корсунь не дает однозначного ответа. Владимир, по примеру Иисуса Христа, (привет второй стороне) берет на себя грехи своего народа, что не оставляет нам однозначного ответа, к каким событиям он причастен напрямую, а к каким опосредованно.

Наконец пришло время поговорить о концовке. Волей второй стороны в фильме крещение не могло быть показано «огнем и мечом», но режиссеру удалось выкрутиться. И здесь я, конечно, остаюсь под впечатлением от рецензентов, часть из которых не сумели понять, что крещение, представленное в фильме, только кажется Владимиру, так как после этой сцены нас возвращают на берег Черного моря, где все так же на коленях стоит Великий Князь. Кстати, здесь присутствует еще один непрозрачный намек на то, что Свенельд – это Добрыня, и на авторский взгляд относительно финального выбора Владимира, так как именно с Добрыней связано известное выражение, что Русь крестили огнем и мечом. Вот вам старинная новгородская поговорка: «Путята крестил мечом, а Добрыня огнём».

Теперь, когда мы знаем, что главный герой вовсе не Владимир и что противодействие сторон на протяжении всего фильма заставляло выкручиваться режиссера, где же авторский взгляд на крещение Руси? Он – в словах и планах Добрыни Свенельда, который после успешный осады Корсуни предлагает Владимиру план, как убить императора ромеев, на что Великий Князь отвечает: «Я не буду больше никого убивать. Смерти нет»
Стоит отметить, что словосочетание «Смерти нет», регулярно повторяют все христиане в фильме, то есть именно через этот тезисы персонажи рассуждают о христианстве. Это важно для того, чтобы понять финальную речь, в которой и сосредоточено авторское отношение к выбору Владимира.

После отказа Великого Князя реализовать план Добрыни Свенельда между ними развязывается скоротечный конфликт, исходом которого становится отказ Владимира биться с воеводой. Добрыня Свенельд призывает героя Данилы Козловского встать с колен и взять меч: «Не будь рабом! Возьми меч!». На что Владимир отвечает: «Я раб Божий, но больше ничей». Свенельд выкидывает меч в море и уходит.

Для многих на этом моменте православная линия как будто бы закончилась, далее все обратили внимание только на счастливое крещение, которые, как мы уже выяснили, является плодом воображения Владимира.

Однако настоящий главный герой последнего слова то еще не сказал! И вот его речь:
«Шум моря говорит мне о вечности, но когда я закрываю глаза, я вижу зимний лес. Холод и белый снег говорят мне о смерти. Почему я его не убил? Он стал частью меня в этой жизни, а другой у меня уже не будет».

Что сказал нам Добрыня Свенельд? Он поведал нам, что хорошо размышлять о том, что смерти нет на берегу Черного моря (читай «смерти нет» как православие), но когда он понимает, что им возвращаться обратно в Киевскую Русь, а там снег и холод, он понимает, что смерть есть. То есть главный герой не согласен с Владимиром и его выбором, а вот здесь уже вступает вторая часть финальной речи: «Почему я его не убил? Он стал частью меня в этой жизни, а другой у меня уже не будет». То есть Добрыня Свенельд смирился не потому, что поверил или понял князя, а просто осознав, что начинать все сначала у него уже нет времени. В этом и заключается авторский взгляд на фильм, который оставляет для нас фактически открытую концовку, заставляя нас задуматься, правильный ли выбор сделал Владимир?