Анастасия Романова: судьба последней русской царевны

Черногорские принцессы, которых при императорском дворе недолюбливали за пристрастие к мистицизму и называли «черногорскими пауками», имели большое влияние на Александру Федоровну. Именно они познакомили царскую семью с Григорием Распутиным.

Вторая версия выбора имени была изложена Маргарет Игер, написавшей мемуары «Шесть лет при русском императорском дворе».

Она утверждала, что Анастасия была названа в честь помилования, оказанного Николаем Вторым в честь рождения дочери студентам Санкт-Петербургского университета, участвовавшим в антиправительственных волнениях.

Имя «Анастасия» значит «возвращённая к жизни», на изображении этой святой обычно присутствуют цепи, разорванные пополам. Нежданная дочь Когда Анастасия родилась, у царской четы уже было три дочери. Все ждали мальчика-наследника. По Акту о престолонаследии женщина могла занять трон только после прекращения всех мужских линий правящей династии, поэтому наследником престола (при отсутствии царевича) был младший брат Николая II Михаил Александрович, что многих не устраивало.

Мечтающая о сыне, Александра Федоровна при содействии уже упомянутых «черногорок» знакомится с неким Филиппом, который представляется гипнотизером и обещает обеспечить царской семье рождение мальчика. Как известно, мальчик в императорской семье родится — тремя годами позже. Сейчас же, 5 июня 1901 года на свет появилась девочка. Её рождение вызвало неоднозначную реакцию в придворных кругах. Некоторые, например, княгиня Ксения, сестра Николая II, писала: «Какое разочарование! 4-я девочка! Её назвали Анастасия. Мама мне телеграфировала о том же и пишет: «Аликс опять родила дочь!».

Сам император в своем дневнике о рождении четвертой дочери написал следующее: «Около 3 часов у Аликс начались сильные боли. В 4 часа я встал и пошёл к себе и оделся. Ровно в 6 утра родилась дочка Анастасия. Всё свершилось при отличных условиях скоро и, слава Богу, без осложнений. Благодаря тому, что всё началось и кончилось, пока все ещё спали, у нас обоих было чувство спокойствия и уединения».

«Швибз»

Анастасия с детства отличалась непростым характером. Дома за свою веселую неуемную ребячливость она даже получила прозвище «Швибз». У неё был несомненный талант комической актрисы. Генерал Михаил Дитерихс писал: «Её отличительной чертой было подмечать слабые стороны людей и талантливо имитировать их. Это был природный, даровитый комик. Вечно, бывало, она всех смешила, сохраняя деланно-серьёзный вид». Анастасия была очень игривой. Несмотря на свое телосложение (низенькая, плотная), за которое сестры называли её «кубышкой», она ловко лазала по деревьям и часто отказывалась из озорства слазить, обожала играть в прятки, в лапту и другие игры, играла на балалайке и гитаре, ввела в моду среди своих сестер вплетать в волосы цветы и ленты.

Прилежанием в учёбе Анастасия не отличалась, писала с ошибками, а арифметику называла «свинством». Преподаватель английского Сидней Гиббс вспоминал, что младшая княжна однажды пробовала «подкупить» его букетом цветов, потом отдала букет учителю русского Петрову. Фрейлина императрицы Анна Вырубова в своих мемуарах вспоминала, как однажды во время званого приема в Кронштадте совсем ещё маленькая трехлетняя Анастасия залезла на четвереньках под стол и принялась кусать присутствующих за ноги, изображая собаку. За что тут же получила выговор от отца.

Конечно, она любила животных. У неё был шпиц Швибзик. Когда он в 1915 году умер, великая княжна была безутешна несколько недель. Позже у нее появился другой пес - Джимми. Он сопровождал её во время ссылки. Армейская койка Несмотря на свой игривый нрав, Анастасия все же старалась соблюдать принятые в царской семье нравы. Как известно, детей император с императрицей старались не баловать, поэтому в некоторых вопросах дисциплина в семье соблюдалась почти спартанская. Так, Анастасия спала на армейской кровати. Что показательно, эту же кровать княжна брала с собой в Ливадийский дворец, когда уезжала на каникулы. На этой же армейской кровати она спала во время ссылки.

Распорядок дня у княжон был достаточно однообразен. Утром полагалось принимать холодную ванну, вечером теплую, в которую добавлялось несколько капель духов. Младшая княжна предпочитала духи Кити с запахом фиалок. Такая «ванная традиция» соблюдалась в царской династии ещё со времен Екатерины Первой. Когда девочки выросли, обязанность носить ведра с водой в ванну стала вменяться им, до этого за это отвечали слуги.

Первое русское "сэлфи"

Анастасия увлекалась не только шалостями, но и была неравнодушна к новомодным веяниям. Так, она всерьез увлекалась фотографией. Многие неофициальные фото царской семьи были сделаны рукой младшей великой княжны. Одно из первых «селфи» в мировой истории и, вероятно, первое русское «сэлфи» было сделано ею в 1914 году на камеру Kodak Brownie. В записке отцу от 28 октября, которую она приложила к снимку, было написано: «Я сделала это фото, глядя на себя в зеркало. Это было непросто, так как мои руки дрожали».Для стабилизации изображения Анастасия поставила камеру на стул.

Патронесса

Анастасия Во время Первой мировой войны Анастасии было только четырнадцать. По малолетству она не могла, как старшие сестры и мать, быть сестрой милосердия. Тогда она стала патронессой госпиталя, отдавала собственные деньги на закупку лекарств для раненых, читала им вслух, давала концерты, писала под диктовку письма их близким, играла с ними, шила им белье, готовила бинты и корпию. Их фотокарточки после хранились у нее дома, она помнила раненых по именам и фамилиям. Некоторых неграмотных солдат она обучила читать и писать.

Лжеанастасия

После расстрела царской семьи в Европе появилось три десятка женщин, заявлявших о том, что они - чудом спасшиеся Анастасии. Одной из наиболее известных самозванок стала Анна Андерсон, она утверждала, что солдат Чайковский сумел вытащить её раненой из подвала дома Ипатьева после того как увидел, что она ещё жива. При этом Анна Андерсон, по свидетельству герцога Димитрия Лейхтенбергского, у которого она гостила в 1927 году, не знала ни русского, ни английского, ни французского языка. Говорила только по-немецки с северогерманским акцентом. Не знала православного богослужения.

Также Димитрий Лейхтенбергский писал: «Доктор Кострицкий, дантист Императорской Семьи, письменно засвидетельствовал, что зубы госпожи Чайковской, слепок с которых, изготовленный нашим семейным дантистом в 1927 году, мы ему переслали, не имеют ничего общего с зубами Великой княжны Анастасии Николаевны».

В 1995 и 2011 годах генетический анализ подтвердил уже имевшиеся предположения, что Анна Андерсон была на самом деле Франциской Шанцковской, рабочей берлинского завода, получившей во время взрыва на заводе психический шок, от которого она не смогла оправиться до конца жизни.