Тренировки крыс - саперов (26 фото + 1 видео)

Африканская хомячковая крыса (названная так из-за защечных сумок, в которых переносит еду) — ночное животное. Она слабо видит, зато прекрасно слышит и различает запахи. На этом и построена тренировка.

В возрасте пяти недель крысу начинают кормить со звуком щелчка. Позже привычный щелчок раздается лишь тогда, когда крыса обнаруживает запах взрывчатки. Тренировка длится от восьми месяцев до года. После этого крыса становится сертифицированным специалистом по разминированию. Она способна за метр унюхать и металлическую мину, и пластиковую, и гранату, и даже простой патрон. Главная тренировочная база расположена на территории Сельскохозяйственного университета имени Эдварда Сокоине в городе Морогоро в Танзании, но основная работа ведется в соседнем Мозамбике. После 16 лет гражданской войны там осталось большое количество мин и неразорвавшихся снарядов. По оценкам газет и общественных организаций: от 500 тысяч до миллиона. Настоящее количество подсчитать невозможно.

В отличие от обитателей городских трущоб, живущих в неволе два-три года, африканская хомяковая крыса живет до восьми лет. До пенсионного возраста, который наступает в шесть-семь лет, крыса может успешно работать. Ее удивительный нюх и небольшой вес (от одного до полутора килограммов) делают работу маленького сапера эффективной. Из Танзании в Мозамбик приезжают профессионалы, способные работать в «боевых» условиях. Но даже им требуются постоянные тренировки, чтобы не утратить свои навыки. В мозамбикской деревне Чамане построен полигон для тренировок. Гектар земли разбит на квадраты 10×10 метров. На каждом закопано по две-три мины.

Число мин столь велико, что надеяться только на сапёров-людей – значит ждать ещё многие годы, прежде чем немалые участки земли снова можно будет отдать под сельское хозяйство или иное использование. Крысы-сапёры – несколько неожиданный, но, как показало развитие этого проекта, прекрасный выход из положения (фото HeroRAT) В реальных условиях для очистки такого участка саперу с металлоискателем требуется до трех дней. Сегодня команда из крысы и двух тренеров тратит не более получаса. Тренеры растягивают над участком трос, к которому цепляют поводок с крысой. Она бежит вперед и обнюхивает полосу шириной в полметра. Если ничего подозрительного не обнаружено, то добежавшую до конца участка крысу разворачивают обратно и начинают проверку следующей полосы. Если крыса ведет себя нестандартно, волнуется, крутится на месте, роет землю-это сигнал что мина здесь. На тренировке точно известно, где спрятана мина, и за хорошую работу вручают грызуну награду: арахис или кусочек банана. Во время настоящей работы их не награждают. Точное местонахождение мины неизвестно. И стоит мохнатому саперу один раз ошибиться и получить за это награду, как животное начинает жульничать, подавая ложные сигналы.

Команда выезжает на поле дважды в день: в 6.30 и в 16.00, чтобы избежать дневной жары. Ночные грызуны терпеть не могут яркое солнце — у них обгорают нежные розовые ушки, может даже развиться рак. Поэтому перед выездом на поле чувствительные уши смазывают обычным кремом от загара. Каждая крыса трудится не больше часа в день (проверяя до 200 квадратных метров территории) при пятидневной рабочей неделе. «Кто не работает, тот не ест» — это закон! Небольшая порция еды выдается за каждую найденную на учебном поле мину. Во время тренировки площадки постоянно меняются, чтобы ленивые грызуны не запоминали местоположение мин. Лишь по выходным и в плохую погоду крысам дают отдохнуть и кормят орехами, морковью, кукурузой, рыбой и иногда насекомыми. А после настоящей работы саперу полагается деликатес — яблоко или авокадо. Сейчас в «АРОРО» работают 35 лицензированных крыс и 50 сотрудников. Чтобы ускорить процесс поиска, пробуют новый способ работы: один человек-одна крыса.

Тренер удерживает животное на шнурке, прикрепленном к удочке. Конструкция напоминает живой металлоискатель. Крысу Фиби не хочется работать. Он останавливается, начинает вылизывать себя, пытается поймать жука или вовсе удрать с площадки. Это потому, что сегодня понедельник, — защищает Фиби его тренер Джаред Мкумбо. В понедельник им всем тяжело работать. Слишком уж хорошо кормят в выходные. Животные отличаются по работоспособности. По статистике, из десяти тренируемых крыс семь успешно проходят испытания, а три — слишком медлительны, не могут сконцентрироваться. Нерадивых работников оставляют для получения потомства. Профессионалам не до размножения — надо трудиться. Все, как у людей: или карьера, или личная жизнь. Как правило, крысы не устают от рутинной работы. В этом их преимущество перед собаками. Собака слишком радуется найденной мине и на некоторое время теряет способность работать. Да и найденную мину тут же нужно обезвреживать, чтобы не допустить взрыва. Крыса же не подвергается опасности и сохраняет сосредоточенность в работе. Ее цель — заработать как можно больше орехов или бананов.

Еще одно преимущество крыс — они не привязываются к одному хозяину. На базе «АРОРО» мохнатые работники живут комфортно. У них отдельные клетки с автопоилками. В каждой клетке напоминающий пустую тыкву глиняный шар-спальня. Во дворе огорожены игровые площадки, где можно прыгать и гоняться друг за другом после работы. Крысы-саперы ищут мины в Мозамбике с 2004 года, очищают подозрительные участки для строительства дорог. На задании им помогает бронированный экскаватор. Вместо ковша приспособлен нож для резки кустов. Экскаватор очищает территорию от лишней растительности. Участок разбивают на квадраты, протягивают маркировочные шнуры, оставляют узкие дорожки для прохода. Каждый квадрат проверяют дважды: следом за первой крысой пускают вторую. Подозрительные места отмечают прищепками на маркировочных шнурах. В конце дня, после проверки этих мест сапером с миноискателем, найденные мины взрывают.

Министерство обороны Мозамбика предоставляет «АРОРО» свои склады для хранения взрывчатки. На этом поддержка заканчивается. В Африке разминированием занимается не армия, а западные неправительственные организации. Армия только устанавливает мины, — говорит Лоренс Комбане, тренер-крысовод из Танзании. Он участвует в проекте с самого его начала. Первые опыты молодых танзанийских студентов и их бельгийских руководителей окружающие не воспринимали серьезно. В Африке крыс традиционно считают или вредителями, или добавкой к скудному дневному рациону. — У всех способов поиска противопехотных мин есть недостатки, говорит он. Металлоискатели не отличат мину от ржавого гвоздя. Бульдозеры эффективны только на ровной поверхности. Собаки быстро устают, а если ошибаются — взлетают на воздух. Крысы — другое дело.

Эффективностью работы крыс-саперов заинтересовались и в соседних странах. Организацию приглашают работать в Анголу и Конго. Сами же специалисты «АРОРО» продолжают исследования. Их крысы уже умеют диагностировать по образцам слюны серьезные инфекционные заболевания, такие как туберкулез. Кроме того, животных учат искать пострадавших под завалами обрушенных зданий после землетрясений. Изобретательные бельгийцы нашли и оригинальный способ финансирования своих «крысиных школ»: зайдя на интернет-сайт организации, каждый сочувствующий может «усыновить» одну из крысок, оплатив ее содержание и обучение в лаборатории. В обмен «AРОРО» присылает «приемным родителям» регулярные сообщения об успехах и достижениях их питомицы. В сентябре этого года организация получила миллионный грант на свою многообещающую работу.

Основал APOPO в 1998 году Барт Уитдженс (Bart Weetjens), впечатлённый ужасающей статистикой смертей от мин, доставшихся многим странам в наследство от вооружённых конфликтов конца века. В развивающихся странах Африки, к примеру, специалистов по разминированию должного уровня не так уж много, а время их стоит достаточно дорого. Применение же, допустим, тренированных собак — тоже дорогое удовольствие, если обследовать нужно не аэропорты или магазины, а огромные открытые территории.

Свою работу в Африке Уитдженс начал ещё до проекта HeroRAT: Барт помогал в поставках африканцам протезов ног. Тогда-то он и узнал, сколь велики масштабы бедствия: примерно каждые 20 минут где-то в Африке человек подрывается на мине. Бельгиец понял, что при таком размахе заминированных полей на всех не напасёшься ни собак-ищеек, ни металлоискателей, к тому же некоторые мины – пластмассовые (фото HeroRAT).

ут-то Уитдженс вспомнил про способности крыс. В детстве он держал грызунов в качестве домашних животных и успел попросту полюбить их. Крысы сообразительны, отлично чуют запахи и в качестве «массовой» армии сапёров могут обойтись совсем недорого. Поиск по научным публикациям подтвердил догадки бельгийца: ещё в 1970-х американские учёные установили, что лабораторные крысы способны различить запах взрывчатых веществ. Но каких-то особых последствий это открытие не возымело. Потому Барт решил начать собственные опыты. В подборе кандидатов на лучших искателей мин и в натурных экспериментах Барту помогали биологи из университета Антверпена (Universiteit Antwerpen), сыгравшие большую роль и в организации всего проекта. В результате на роль сапёров определили гигантских африканских (гамбийских) сумчатых крыс (Cricetomys gambianus).

Гамбийские сумчатые крысы являются местным для значительной части Африки видом, хорошо приспособленным к её условиям, а в Африке Барт изначально и намеревался применить свой метод разминирования. Эти крысы хорошо размножаются в неволе. Они выносливы и устойчивы к болезням. Они хорошо обучаются и при этом обладают сравнительно большим сроком жизни, так что могут работать долго. И главное — у этих ночных животных просто превосходное обоняние. После первых экспериментов в Бельгии, подтвердивших работоспособность идеи Барта, в 2000 году проект перебрался в Танзанию, в Морогоро (Morogoro), под крыло местного агропромышленного университета (Sokoine University of Agriculture), чьи специалисты взялись помогать «десанту» из Европы. Именно тут открылась «крысиная школа». В неё зверьки поступают в возрасте пяти недель, когда их забирают у матери. Тут грызунов начинают знакомить с большим внешним миром: они привыкают к громким звукам техники, бегают по мокрой траве, их катают на грузовике, они знакомятся с новыми людьми и так далее. Потом начинаются тренировки в полном соответствии с заветами великого Павлова. Сначала крыс учат связывать щелчок пальцами с получением угощения – банана или арахиса. Потом им предъявляют кусочки взрывчатки и другие предметы, связывая положительную реакцию на нужные запахи со щелчком.

После того как в лаборатории крысы демонстрируют узнавание нужных «ароматов», тренировки переводят на воздух, где зверьки начинают знакомиться с тактикой противоминных работ. Чтобы обнаружить мины на реальном минном поле, сначала сотрудники HeroRAT обращаются к специалистам-военным, которые отмечают границы опасной зоны и проделывают ряд узких проходов (вручную или при помощи техники). В конечном счёте поле стараются разбить на отдельные участки 5 х 20 метров, по границам которых могут спокойно проходить люди. Два «крысиных тренера» становятся по разные стороны от прямоугольника и натягивают между собой струну, удерживая её около земли. По струне скользит кольцо, привязанное коротким поводком к шлейке, надеваемой на крысу. Такое ограничение необходимо вовсе не для того, чтобы зверёк не убежал. Просто постепенное смещение троса гарантирует, что крыса не оставит без внимания ни одну пядь внутри отмеченного прямоугольника.

Схема работы крысы-сапёра. Красным заштрихованы дорожки безопасности, расчищенные заранее (иллюстрация HeroRAT).

За один проход зверёк обрабатывает полоску шириной полметра. 40 перестановок струны — и участок обнюхан. Эти 100 квадратных метров крыса-герой обследуют всего за полчаса, что заметно быстрее, нежели тут работал бы человек. И безопаснее. Кстати, самим крысам ничего не грозит — они слишком легки, чтобы вызвать срабатывание противопехотной мины. Если крыса унюхала взрывчатку, в этом месте она начинает скрести землю лапками. После достижения края участка маленький «нюхач» получает от человека кусочек банана или ещё что-нибудь вкусное, тренеры же тем временем отмечают мину флажком — потом её извлекут сапёры или дистанционно взорвут. Для большей уверенности работники HeroRAT иной раз пускают на тот же участок вторую крысу и сверяют их «показания».

В общем-то точно так же проходят и тренировки в «школе» HeroRAT, в ходе которых крысам-курсантам дают возможность обследовать смоделированное минное поле, в котором люди припрятали кусочки взрывчатки.

В конце обучения, которое длится порядка одного года, крысам устраивают экзамены с прохождением нескольких фиктивных минных полей. Только самым смышлёным и чувствительным выпускникам доверяют реальное разминирование, остальные крысы могут найти работу в других проектах организации. Например, для быстрого разминирования дорог специалисты HeroRAT придумали несколько иную технологию, которая пока только тестируется. Как известно, сапёры-люди могут эффективно очистить точно очерченную зону от мин, но проблема в том, чтобы сначала определить на многокилометровой дороге потенциально опасные участки. На это может уйти очень много времени.

HeroRAT отмечает, что удаление всех мин, оставленных где-либо на Земле после военных конфликтов, в случае традиционных методов обнаружения потребует 500 лет работ. И Африка тут – один из самых проблемных регионов мира, потому именно сюда направили свои стопы Уитдженс и его единомышленники Удалённое детектирование (Remote Explosive Scent Tracing — REST) предусматривает следующую процедуру. Сначала военные специалисты обезвреживают тропки по краям дороги. По ним передвигаются команды HeroRAT и каждые 100 метров берут пробы воздуха при помощи специальных насосов и фильтров, задерживающих даже следовые количества взрывчатых веществ. Эти пробы привозят в лабораторию, где обученные крысы обнюхивают фильтры и мгновенно указывают на те, что пахнут взрывчаткой. Так становится ясно — на какие участки трассы военные должны обратить особое внимание. По сравнению с другими методами поиска мин крысиный оказывается не только самым быстрым, но ещё и самым дешёвым. Кстати, свою благородную работу APOPO ведёт исключительно на средства спонсоров, в числе которых — бельгийское правительство. Спасает затею и то, что в ней принимает участие немалое число подвижников-добровольцев.

Успехи HeroRAT складываются из множества небольших эпизодов, зачастую вроде и незаметных, однако для тысяч людей — это настоящие поворотные точки в жизни. Так нынешней осенью сотрудники HeroRAT обезвредили минное поле близ селения Pfukwe в Мозамбике. Опасный участок размером 50 х 100 метров был расположен крайне неудачно и мешал подвести линию электропередачи в целый район Mabalane, насчитывающий 10 тысяч жителей. Сотрудники национальной энергетической компании EDM попросту отказывались работать в данном месте.

И, очевидно, электрики боялись не напрасно. Крысы обнаружили на поле 32 неразорвавшиеся противопехотные мины Gyata и ПМН, встреча с которыми человека обычно заканчивается гибелью, а в лучшем случае — потерей конечностей. Сразу же после разминирования электрики приступили к установке столбов для проводов. Сейчас в Мозамбике на работах по разминированию трудятся свыше 30 хвостатых выпускников «школы сапёров Уитдженса». А первые операции по разминированию HeroRAT провели тут в 2003-м. Они были удачными.

Крысы невелики, их проще прокормить, чем собак, и их легко транспортировать. При этом крысы из проекта HeroRAT ведут себя как ручные животные и с удовольствием гуляют со своими «учителями», исследуя новые места (фотографии HeroRAT). Ныне HeroRAT постепенно распространяет деятельность на другие африканские страны — несколько государств выразили заинтересованность в маленьких мохнатых помощниках. И правда, в скольких странах Чёрного континента полыхали конфликты за последний десяток-другой лет? Вторым направлением деятельности HeroRAT стали тесты на туберкулёз. Эксперименты, начавшиеся в 2004-м, показали, что гигантские африканские крысы при соответствующей тренировке прекрасно распознают туберкулёзные бактерии в образцах слюны, причём выполняют это намного быстрее, чем лабораторное оборудование, дешевле и даже точнее. К примеру, в сентябре 2009-го крысы из проекта HeroRAT определили туберкулёз у 24 человек, ранее прошедших (без результата) стандартные тесты. Вот такие «солонки» нередко используются для тренировок крыс в полевых условиях. Их зарывают в почву вместо мин… (фото HeroRAT) Участники проекта HeroRAT отмечают, что такое определение заболевания на ранней стадии может послужить важным дополнением другим методам и что оно способно спасти миллионы жизней. Тут огромную роль играет скорость, с которой крысы справляются с задачей. Один хвостатый «лаборант» может обнюхать 40 проб за 10 минут, точно отметив «проблемные». Человеку с медицинским оборудованием (микроскопом) на ту же работу требуется два дня. Эту работу HeroRAT ведёт в самой Танзании, в том же Морогоро, в районах, где заболеваемость туберкулёзом довольно велика. Еженедельно крысы выявляют примерно 5-10 заболевших. Возможно, что именно вмешательство HeroRAT позволяет вовремя предоставить этим людям медицинскую помощь. После всего этого посмеиваться над «героическим» названием проекта как-то не хочется. А ведь в конце 1990-х в Бельгии, когда Уитдженс излагал слушателям свои планы по привлечению крыс к поиску мин, над ним просто смеялись. Но он отвечал, что любит этих зверьков и докажет всем — грызунам можно поручить столь опасное дело.

…А это уже реальный крысиный «урожай» после обезвреживания (фото HeroRAT). А вот какие сведения проходили в прошлом году: Армия США заказала создание автоматизированной системы обучения крыс поиску взрывчатых веществ R.A.T.S.. Как сообщается в пресс-релизе Армии, созданием такой системы занимается компания Barron Associates совместно с учеными из Исследовательской лаборатории Армии США и армейскими инженерами из Вест-Пойнта. На первом этапе исследователям предстоит выяснить, можно ли научить крыс искать взрывчатые вещества и как это сделать. Военные намерены научить крыс искать даже небольшие количества взрывчатки, зарытой в землю. С этой задачей отчасти справляются собаки, однако она нередко оказывается не по силам автоматическим электронным системам (особенно если речь идет о малых концентрациях веществ). Преимуществом использования крыс для решения подобного рода задач является дешевизна метода и простота транспортировки животных. Как ожидается, расходы на обучение крыс саперному делу будут невысокими. Кроме того, масса взрослой крысы невысока, поэтому мины не срабатывают под их весов. Наконец, обученных крыс можно использовать и для поиска людей под завалами зданий. По словам Уильяма Грессика (William Gressick), руководителя проекта R.A.T.S. в компании Barron Associates, в войсках крысы не заменят поисковых собак, натренированных на обнаружение взрывчатки. Грызуны должны будут увеличить возможности саперных отрядов при поиске самодельных взрывных устройств. Впервые американские военные проявили интерес к использованию крыс для поиска взрывчатки в 2010 году. Тогда был проведен ряд консультаций с военными Танзании, уже несколько лет использующими гамбийских хомяковых крыс (Cricetomys gambianus) для обнаружения самодельных взрывчатых веществ. К недостаткам дрессированных грызунов танзанийские военные относят их малую производительность — за день крыса может обследовать только 84 квадратных метра территории.