Животный мир в Чернобыльской зоне отчуждения (37 фото)

В последнее время неоднократно слышу, мол, зверя в зоне стало меньше. Якобы, его видят не так часто, как когда-то. Но так ли это?.. Пожалуй, я соглашусь. Порой, за целый день поездки так никто на глаза и не попадет. Но проблема не в падении численности зверья, а – в снижении наших способностей его увидеть. Нам стало сложнее его наблюдать.

Чернобыльская зона из года в год становится все более лесной, вчерашняя поросль — сегодня уже молодой древостой. Дороги погрузились в «туннели», луга превратились в рощи и редколесья. Многие люди явно это недооценивают, а у нас ведь глаза – не рентген.

Более того: что сейчас, что 10-15 лет назад зверь не стоял за каждым кустом. Тут – не парк «Серенгети», тут – прелестный в своей скромности юг таежной зоны. Тут ровно столько, сколько может быть. Никто здесь зверя не «прессингует», но никто и не разводит. Наш мозг всегда отличался способностью к «фильтрации», незначительное и однообразное не задерживается в памяти, а необычное и яркое – напротив. Потому и кажется, что раньше было «больше и лучше».

В общем, для беспокойства оснований нет. Живности в зоне немало, а некоторых видов стало явно больше. И эти убеждения целиком подкрепляются результатами автоматической фотосъемки. Напомню, с целью описания животного мира отдельных участков Чернобыльской зоны мы прибегли к использованию современных камер-фотоловушек. Висит себе на дереве такой «девайс», размером с ладошку, и исправно фиксирует всех, кто мимо него проходит: будь то днем или ночью. Опыт первого года оказался неожиданно успешным. Леса, при посещениях якобы «пустынные», на деле были полны жизни. Копытные и хищники, твари крупные и малые, четвероногие и пернатые, – камеры беспристрастно всех снимали. Многие снимки не просто вышли красивыми, но и весьма красноречиво рассказывали о тайнах дикой природы.

В июне 2013 года было решено перенести технику на новый участок. Дабы соблюсти «тайну следствия», скажу только, что это – весьма дикие угодья, хотя и находятся не так далеко от «эпицентра» человеческой активности. По многим параметрам, там – самый настоящий заповедник. Для более полного охвата местообитаний мы разместили камеры и в глубине леса, и на опушке, и на лугу. Идея заключалась не только в выявлении видового состава животных, но и в описании, какие перемены происходят на протяжении сезонов в каждом из биотопов. До финиша еще далеко, но камеры уже отщелкали десятки тысяч кадров, и у нас есть чем похвастать!

Самые «забойные» кадры опять связаны с рысью. Она отмечена во всех пяти точках, раскиданных на площади около 25 км2, причем, там не менее двух взрослых самок с прелестными котятами и не менее двух взрослых самцов. Это – куда более высокая плотность, чем мы предполагали. Не менее впечатлило и то, что рысь, вопреки моим представлениям, вполне активна в светлое время суток и нисколько не смущается наличия «постороннего предмета». Это – восхитительный зверь, украшение нашего края!

Самка рыси с котенком на лесном водопое

Самец рыси на обходе охотугодий

Другие классные снимки посвящены семейству журавлей. Еще один «краснокнижник» в нашей копилке ценностей. Так случилось, что я их встретил еще раньше, в начале июня, когда птенец был совсем мал. Каково же было удивление, что они таки добрались до одной из камер (там около километра), потом вернулись спустя месяц, и, более того, устроили перед камерой самую настоящую «фотосессию» с танцами! Супер!

Еще один охраняемый, но довольно обычный в зоне зверь – это выдра. Неожиданно для себя одну из камер установил прямо возле ее участка. И будь я речной выдрой (научное название), то никогда бы здесь не жил, но ей оказалось виднее. Камера фиксировала проворного зверька и днем, и ночью. Сколько их там, трудно сказать, выдры — компанейские животные, но в кадре всегда была только одна особь.

Еще два редких вида – это черный аист и подорлик. Фотографии обоих вызывают недоумение и вопрос. Аист оказался «бородатым»: попался в кадр с пучком какой-то растительности в клюве. Возможно, птица занималась строительством или ремонтом гнезда. Однако на дворе было 16 июня! В это время не до «квартирного вопроса», в гнезде сидят большие и требовательные отпрыски. Впрочем, одно другому не мешает, возможно папа решил преподать уроки гнездостроения.

Что же относительно подорлика (наверное, малого), то он несколько раз за три месяца спускался в одно и то же место посреди леса, на участок, где среди деревьев нет даже просвета, и бродил там туда-сюда. Почему – загадка. Хотя рядом и лужа, но он к ней не проявлял ни малейшего интереса.

(Малый) подорлик

Остальные трофеи были куда более обычными. Енотовидные собаки – безусловные лидеры фотосъемки. Значительная доля кадров содержала лосей и оленей, заметно меньше — косуль. Кабаны долгое время, если и появлялись, то это либо были одинокие секачи, либо небольшие мужские группки, и только в конце лета начале осени объявились материнские стада, полные поросячьей динамики. Были и другие животные: барсук, куница, норка, беляк, русак, бобер, большая выпь, дрозды, синицы, жулан, кряквы, неясыть, насекомые. Самец косули

Кабан в грязевой ванне

Лосиха на водопое

Енотовидные собаки – самые обычные объекты в кадре

Оленихи

Рост потомства — пожалуй, одна из самых замечательных особенностей летней фотосъемки. Слабые, трогательные и уязвимые создания постепенно набираются сил, и если забота родителей и удача не обошли их стороной, превращаются в нагловатых и уже не столь привлекательных подростков. Этим летом, стремительный рост «чужих детей» довелось отметить у многих обитателей (рыси, журавли, кабаны, лоси, олени, косули, еноты).

К сожалению, не всем довелось вырасти. Еще в мае мы нашли лосенка-сосунка, погибшего, скорее всего, от голода: то ли его бросила нерадивая мать, то ли она еще раньше погибла. Как минимум, одна причина всегда для этого существует. Чернобыльская зона – это край волков. Они всегда рядом, они часто попадают в поле зрения камеры. Один раз она сняла элементы ночной охоты, когда с разницей в полминуты мимо камеры пробежали лось и волк. В двух сюжетах волки пробегали вместе с добычей. Увы, но в одном случае, это была голова лосенка. Так было всегда и так будет, это – лишь одна из сторон многогранной жизни дикой природы. Волк с головой лосенка

Волк с ногой оленя

Тем более приятно обнаружить, что многие детки вырастают и мало чем уступают родителям.Между тем, жизнь волков также полна драматизма. Им противостоят центнеры остророгой и саблезубой добычи, одного движения или удара которой достаточно, чтобы выбить душу из любого серого хищника. Да и между собой они ладят, лишь пока признают сложившуюся иерархию. Всякое покушение на порядок жестко пресекается, можно остаться не только без семьи и территории, но и поплатиться здоровьем и жизнью. В одной из серий снимков мы обнаружили одноглазого волка, он уверенно бежал первым в стае. Как это случилось, мы не узнаем, но ясно, что полные животы – еще не гарантия сладости жизни. Одноглазый волк бежит первым в стае

Семейство волков на ночной охоте

Фотоохота позволила выявить и изменения в территориальном поведении животных. В первой половине лета копытные явно держались сравнительно небольших участков. Во-первых, возле камеры регулярно появлялись одни и те же особи, а, во-вторых, если уж данное место и оказалось богатым или бедным на живность, то это подтверждалось изо дня в день. Но к концу лета активность возросла, откуда-то появлялись все новые и новые звери. Порой это не может не вызвать удивления, т.к. при посещении тех же участков, кроме троп редко, что еще видишь. Зачем пришли в лес кабаны довольно очевидно, в дубравах они попереворачивали все, что можно: искали желуди. А вот причиной активности рогатых копытных, по всей видимости, стала подготовка к брачным баталиям. Рога оленей и лосей – одно из самых потрясающих творений природы, рассмотреть которое можно, либо убив его обладателя, либо разместив фотоловушку. Честно говоря, никогда не задумывался насколько они разнообразны даже в пределах одного вида. А насколько огромны! Чтобы носить такое украшение нужна неслабая шея! Помниться, однажды, чтобы сделать фотографию со сброшенными рогами оленя, мне пришлось весьма напрячься ради всего нескольких секунд позирования.

Фотосъемка с помощью автоматических фотокамер преподнесла и некоторые сюрпризы. Один из них вряд ли можно назвать приятным, но он отражает реалии Чернобыльской жизни. Как бы эта земля не была глуха и дика, но человек проникает кругом и далеко не всегда с благими намерениями. В одной точке камера сняла браконьера. Удивительно, что он ее не заметил!

Еще одно открытие меня напрягло и заставило каждый раз очень осторожно подходить к месту установки. По каким-то причинам камеры оказались в центре внимания шершней. К сожалению, опыт общения с ними у меня уже был и повторять его как-то не хотелось. А шершни, судя по снимкам, часто и подолгу ползали по камере, провоцируя «затвор» и забивая карту памяти. Будь это пленочная камера, я бы разорился!.. Некоторые снимки выбиваются из общей массы, они отражают совершенно неожиданные проявления в поведении животных. Иногда – любопытные, а иногда – просто потешные. Так, менее всего можно было представить, что кабаны, если надо, то лезут на дерево!.. Никогда не думал, что среди всего разнообразия фотогероев наиболее недоверчивыми к камере являются только лоси, олени и косули: они долго ее изучают, обнюхивают или даже пытаются облизать, а иногда даже бросаются наутек. Барсук почему-то считает необходимым сделать свою метку именно в точке, где я прикапывал пачку соли, но еще более забавное – что кабаны там же нередко вываливаются и трутся! Ну, а серия снимков одного лося-«эксгибициониста» кроме истеричного смеха вызывает и риторичный вопрос: ну, почему именно перед камерой и так сложно? Кабан лезет на дерево, унюхав остатки закрепленной там падали

В целом летний сезон выдался удачным. Было получено много информативного материала, выбранный участок оказался очень богатым: как на живность, так и на интересные находки. А некоторые кадры оказались столь удачны, что могли бы порадовать и искушенного фотографа.

На фото: «Так я лучше получаюсь!»