Награда с того света. (2 фото + 1 видео)

Фото: из личного архива семьи ветерана

Орден Красной звезды и медаль «За отвагу» спустя 70 лет после присвоения получила вдова участника Великой Отечественной войны. Участник взятия Берлина Григорий Пасечник о столь высоких наградах мечтал всю жизнь, но не дождался. Потерявшийся приказ о награждении ветерана разыскали его родные.
Пехотинец Григорий Моисеевич Пасечник до самой смерти, до 1989 года, мечтал об ордене Красной звезды и медали «За отвагу». О тех наградах ему объявил командир в конце войны. Но не вручил. Фронтовик вернулся в Кузбасс. Из скромности о неполученных наградах молчал. Но однажды рассказал маленькому внуку. С тех пор прошло полвека. Родственники решили разыскать приказ. Дошли аж до президента страны. Оказалось, награды просто лежали, ждали своего солдата долгих 68 лет.

"Дед Григорий Моисеевич был мне за отца. Мы с мамой у него с бабушкой Ефросиньей жили. И в детстве я часто просил деда рассказать о войне. Так он однажды и рассказал о смертельно-тяжелом бое, где-то в Польше, о высоте, взятой ценой многих жизней. Это был настоящий подвиг. «А где медаль?» — спросил я тогда не подумав, как все дети. Дед растерялся. А потом я вырос, женился, отец моей жены, тоже фронтовик, рассказал свою удивительную историю о войне. О том, как налетели вражеские самолеты. И он из противотанкового орудия сбил «Юнкерс-88». И ему тоже объявили тогда о награде."

Так в одной кузбасской семье сошлись две героические истории о войне, рассказанные фронтовиками совсем не героического вида. Григорием Моисеевичем Пасечником, контуженым, пришедшим с войны с двумя ранениями, мучившемуся из-за болей в желудке, и Федором Ивановичем Цурбаном, тоже контуженым, пришедшим с войны с отнявшейся рукой.

"Мы верили в то, что все правда. Понимали: не всегда обещанные награды могли закончиться приказом. Тогда же шла война. Что-то могло затеряться. Нам, потомкам, в общем-то, и не нужно было тех медалей, мы просто любили наших стариков. Но пока были живы оба наших фронтовика, мы видели, они ждали… И вот, верно, пришел срок. Григорий Моисеевич умер в 1989-м. Федор Иванович Цурбан тоже умер, и его жена ушла следом, через несколько лет. В живых осталась лишь бабушка Ефросинья Федоровна Пасечник, вдова ветерана. Да и мне самому 55… В общем, что-то случилось, произошло в душе. Я и рассказал в один вечер моему младшему сыну — Сергею — обе истории. А он по характеру из тех, кто за дедов встанет горой. И сын сказал: «Мы выясним все!»"

Федор Иванович Цурбан Фото: из личного архива семьи ветерана

25-летний Сергей, перебрав сайты о Великой Отечественной войне и не найдя там сведений о солдатах Пасечнике и Цурбане, не сдался. Продолжил поиски. И наконец на сайте «Подвиг народа» нашел подтверждение семейных легенд.

"У Федора Ивановича Цурбана оказалось две медали, у Григория Моисеевича Пасечника — медаль и орден. После этого Сергей написал письмо президенту. Через некоторое время пришел ответ, что наш запрос поручили областному, потом городскому военкоматам. У бабушки Ефросиньи запросили документы на деда и ее документы, как вдовы ветерана. И вот, через полгода, пришло все, за подписью Путина."

По фронтовику Цурбану пришли документы на две медали — «За боевые заслуги» и «За отвагу». Как значилось по документу, они были вручены фронтовику в 1947 и в 1949 годах. Но или не дошли тогда, или в переездах их солдат вскоре растерял. Но теперь пришел документ-подтверждение.
Фронтовику Пасечнику орден Красной Звезды и медаль «За отвагу» были назначены на вручение 6 января и 28 марта 1945 года. Но солдат их не получил.

"Торжественное вручение мы провели дома, у Пасечников, вдове ветерана — Ефросинье Федоровне. Ей 96 лет. Это такая память о муже! Весточка из прошлого. К тому же помогли ее получить внуки, правнуки. В наших краях такого случая еще не было. Ефросинье Федоровне мы вручили удостоверения на награды. Не сами награды. Потому что по закону награды вручаются лично герою. А если он уже ушел из жизни, то медали, ордена остаются в архиве Минобороны, на хранении. А родственникам вручаются удостоверения."

Как помнят родные, Григорий Моисеевич Пасечник ушел на войну уже в возрасте, в 1942 году. Дома остались жена, две дочери. Он добился, чтобы его взяли на фронт, чтобы сняли с него запрет медиков, наложенный еще до войны, после службы в армии на Дальнем Востоке. Он был тогда комиссован вчистую, отслужив, из-за язвы желудка.

"Уйдя наконец на фронт, дед Пасечник воевал с постоянной болью. В Польше, в конце войны, они расквартировались в доме старого эмигранта. Тот, заметив, что один из солдат не ест, спросил: «Язва?» и дал ему таблетки. В незнакомой коробочке, но оказавшиеся действенными. Дед потом, до конца войны, по мере продвижения на запад, во всех аптеках их спрашивал. Они сняли боль. Да и радость близкой победы помогала. Вот и дед, и другие солдаты воевали зимой, весной 1945 на таком большом подъеме! А Федор Иванович Цурбан уходил на войну еще совсем молодой, холостой, уходил по своему возрасту. Вернулся инвалидом. Но стыдно ему было считать себя инвалидом. Перестал проходить ежегодные комиссии и подтверждать инвалидность — из-за неработавшей руки. Устроился работать слесарем, потом начальником караула в пожарке. В общем, у обоих наших фронтовиков была длинная хорошая трудная жизнь. Осталось по 17 потомков. А теперь еще — и официальные документы пришли о боях, которые им были особенно дороги."

Эти документы повесили на стену, в рамочку, рядом с портретами фронтовиков — Пасечника и Цурбана. И разросшаяся, разъехавшаяся семья, не в силах собраться разом, приезжает взглянуть по очереди. Уже привезли прочитать славу дедову и первого, недавно родившегося праправнука.