Крик души пенсионерки

Можно сказать, что я несчастлива с самого детства. Отца и мать расстреляли в войну за связь с партизанами, и я воспитывалась в детском доме. Потом, казалось, все наладилось. Выучилась, вышла замуж, родила двоих детей. Получили трехкомнатную квартиру, и вскоре в ней оказалось восемь человек — у детей появились семьи. И вдруг такое началось...

Дети начали нас просто изводить. И муж, не выдержав скандалов, ушел жить к другой женщине. Квартиру, как порядочный человек, переписал на меня. Я так плохо себя чувствовала, так переживала из-за всего, что происходит. За мной, совершенно разбитой, ухаживала подруга. Она сама имела слабое здоровье, и когда почувствовала, что немного осталось, решила, что ее квартира должна остаться мне. Предложила оформить дарственную. Но моя дочь сказала, что будет досматривать меня, и слезно попросила, чтобы я оформила квартиру подруги на нее. Мы вместе сделали ремонт и перебрались туда жить. А как только прошло сорок дней со дня смерти подруги, дочь заявила, чтобы я убиралась в трехкомнатную квартиру, где прописана.
Делать нечего, вернулась и начала жить там с семьей сына. И тут уже сын стал просить, чтобы я оформила на него дарственную. Да, материнское сердце всех жалеет, только я была уже стреляным воробьем, поэтому оформила договор пожизненного содержания. Но моя невестка, которая даже не была прописана в этой квартире, стала пилить сына: почему я не помогаю оплачивать коммунальные услуги. Пригрозила: «Или решай вопрос, или я ухожу, а ты остаешься со своей мамашей».
Они начали устраивать мне скандалы. Пришлось обратиться в милицию. Но я одна, и их свидетельства, конечно же, перевесили мои. Они хотели выгнать меня из квартиры, однако я держалась, сколько могла. Пока невестка не пригрозила: «Убирайся или сдам в психушку!» Мне стало по-настоящему страшно, ведь она медик...
Я оставила родной угол и начала скитаться по чужим людям. Но так не могло долго продолжаться, и я была вынуждена обратиться в суд. Суд отменил договор пожизненного содержания и обязал сына разменять квартиру или купить мне жилье. Обстановка была такая тяжелая, что я даже боялась заходить в свою квартиру. Но делать нечего, надо же было где-то жить. А вскоре нашелся размен — мне квартирка в малосемейке в 20 квадратных метров, а сыну — дом. Квартира была в ужасном состоянии. Сын обещал помочь с ремонтом. Но не только этого не сделал, даже переехать не помог. Маленькая пенсия, денег не хватало, и я, посоветовавшись с сотрудниками райсобеса, подала на детей в суд на алименты. Собирала алименты и пенсию, сама жила впроголодь, чтобы только привести квартиру в более-менее приличное состояние.
А тем временем у моего бывшего мужа умерла жена, а сам он перенес инсульт. Дочь узнала, что можно заполучить четырехкомнатную квартиру, и быстро активизировалась. Говорит: «Я буду за тобой, папа, ухаживать, только пропиши меня». Он это сделал, а она потом стала издеваться над немощным человеком, била его, я сама была тому свидетельницей.
Как тяжело на склоне жизни (мне ведь уже почти 80 лет) осознавать, что ты никому не нужна, что тебя ненавидят и сживают со свету родные дети. Ищу и не могу найти ответы на вопросы: «Как такое могло случиться? Что я сделала не так?»
Я очень слабая. И, знаете, очень боюсь, что внезапно умру и квартира достанется этим «детям». А я хочу, чтобы она осталась моей единственной племяннице, которая меня действительно любит и заботится обо мне.