Девочка из блокадного Ленинграда, покорившая мир (6 фото)

Смоктуновский плакал

Американцам тогда всё же удалось обогнать СССР — они сняли свою экранизацию «Войны и мира» Льва Толстого в 1956-м, а у наших ещё даже сценария готового не было. Руководство КПСС поставило задачу: «Снять лучше!» Фильм-«реванш» поручили Сергею Бондарчуку.
Для фильма собрали лучший актёрский состав. Но одной из самых главных загвоздок стала... Наташа Ростова. Бондарчук никак не мог найти подходящую актрису. Пробовал признанных красавиц — и Вертинскую, и Кустинскую, и Фатееву. Всё не то! И тогда помощница режиссёра предложила посмотреть «одну балерину». А у Бондарчука по поводу балетных было стойкое предубеждение: актрисы из них никудышные, да и балетное искусство он как-то не жаловал. Однако вконец отчаявшийся Бондарчук согласился и на балерину. Но, увидев Савельеву возле съёмочного павильона «Мосфильма», тут же пожалел об этом. Перед ним стояла маленькая хрупкая блондинка, которая ну никак не ассоциировалась с образом Наташи Ростовой. «И кого вы привели?!» — воскликнул мэтр.

Но на пробу Савельеву Бондарчук всё же пропустил. И опять пожалел. Диалог Наташи с юным кадетом, в котором она, девчонка, пытается предстать роковой соблазнительницей, у балерины никак не выходил. Она была уже сама не рада, искала возможность, как бы повежливее попрощаться — и назад в Ленинград. Тем более что изначально особых иллюзий не строила, понимая, что даже внешне не похожа на героиню: маленькая, белобрысенькая, глаза не чёрные, как у Наташи в романе, а синие... Но упрямая помощница всё же уговорила режиссёра дать молодому дарованию ещё один шанс. Этот шанс Люся уже не упустила. На следующий день ей выдали «платье Наташи», надели на голову парик. Увидев себя в зеркале, Савельева и внутренне преобразилась. «Я действительно почувствовала себя Наташей Ростовой!» — вспоминала актриса. И Бондарчук это преображение разглядел. Последняя её проба была самой ответственной. Савельевой нужно было сыграть прощальную сцену Наташи и князя Андрея, которым был... Иннокентий Смоктуновский. К тому времени Смоктуновский уже отказался от роли князя Болконского ради роли Гамлета, но иногда забегал на съёмочную площадку к Бондарчуку. А тот попросил его выручить — подыграть в эпизоде... Савельева вспоминала: когда она, глядя в глаза Болконскому-Смоктуновскому, произнесла: «Год, неужели целый год?», — по щеке актёра покатилась слеза. И она заплакала вслед за ним. Сцена была сыграна на все сто.

После проб Люся отправилась в родной Ленинград ждать решения кинематографистов. Через несколько дней принесли телеграмму: «Поздравляем Наташу!»
«Войну и мир» снимали 5 лет. Первое время Людмила разрывалась между двумя городами: с балетных спектаклей мчалась на поезд в Москву, с вокзала, не заезжая в гостиницу, — на съёмки. Такой график даром не прошёл — актриса несколько раз падала в обморок прямо на площадке. Возможно, сказалось и голодное детство — Люда ведь родилась в блокадном Ленин­граде. Чтобы малышка не умерла от истощения, её приходилось кормить... столярным клеем. Шоколадку впервые в жизни Люда попробовала в 3 года. И попала в больницу с тяжелейшим пищевым отравлением: её организм просто не умел переваривать такие деликатесы... Когда обмороки стали случаться и в репетиционном зале Мариинки, Людмиле пришлось сделать выбор. Балет остался в прошлом.

Бондарчука часто за глаза называли деспотом, непримиримым, но Людмила научилась с ним договариваться. Она объяснила мэтру, что репетициями заниматься не намерена, так как после нескольких повторений одного и того же у неё, непрофессиональной актрисы, пропадает естественность. И мэтр даже не по­спорил. А на одном из просмотров неожиданно заявил: «А ты, Люсенька, играешь лучше меня! Поедешь в Италию с отснятым материалом».
Заграница встретила Людмилу Савельеву с распростёртыми объятиями. Легендарные Федерико Феллини и Джульетта Мазина выражали ей своё восхищение. Именно Савельевой доверили получить главную мировую кинематографическую награду — «Оскар». Газеты и журналы выходили с портретом хрупкой русской балерины на обложках. В Европе случился настоящий бум — многие мамы называли своих новорождённых дочек Наташами. Итальянский режиссёр Витторио Де Сика заявил журналистам, что хотел бы видеть Савельеву в своей картине «Подсолнухи». Так русская Людмила попала на одну съёмочную площадку с Марчелло Мастроянни и Софи Лорен. А затем уже со всей съёмочной группой отправилась представлять заморскую картину в Японию.

Семья навсегда
«Война и мир» сыграла решающую роль и в личной жизни Людмилы Савельевой. Во время съёмок первого бала Наташи Ростовой у неё начался роман с Александром Збруевым. «Я была влюблена в Сашу ещё с тех пор, как вышел фильм «Мой младший брат», — признавалась актриса. Збруев же потерял голову, когда увидел Людмилу на «Мосфильме» в гриме Наташи Ростовой. «В Саше всегда было эдакое мальчишеское озор­ство, чем он меня и покорил, — рассказывала Людмила Савельева. — Я же в те времена была совершенно романтичной барышней, которая верила в сказочную любовь»