НЕПАРКЕТНЫЙ ДИПЛОМАТ (6 фото)

21 февраля 60-летний юбилей отметил наш ооновский рупор Виталий Иванович Чуркин. Юбилей, прошедший на родине почти незаметно. О выдающейся дипломатической карьере Чуркина, его неординарных человеческих поступках, о его профессионализме в налаживании диалога с Западом в постсоветскую эпоху – написано ещё мало. Как-никак, в МИДе есть фигуры рангом повыше, дипломат ещё «при исполнении», да и гриф секретности со многих документов не снят.

А ведь с именем Виталия Ивановича связаны этапные вехи российского внешнеполитического ведомства. Именно Чуркин, будучи заместителем министра иностранных дел РФ, в 1992 году впервые в истории российской и советской дипломатии начал проводить в высотке на Смоленской открытые брифинги для иностранных журналистов. С открытым забралом вступать в полемику с западными акулами пера и камеры, да ещё без переводчика, для отечественного дипломата прежде казалось делом немыслимым. Но Чуркин на отменном английском отвечал на самые каверзные вопросы западных корреспондентов, на которые прежде управление информации и печати МИД РФ отваживалось реагировать только в эпистолярном жанре – через сухие официальные письма и пресс-релизы. Потом Чуркин был послом в Бельгии и Канаде, а с 2006 года представляет Российскую Федерацию в ООН. И представляет, надо сказать, на достойном уровне: пуская в ход не только дипломатическое, но и ораторское, и даже актёрское искусство. Мало кто знает, что Виталий Иванович, будучи разносторонне одарённой личностью, в юности снялся в нескольких кинофильмах, наиболее известный из них - «Сердце матери» режиссёра Марка Донского. Однако поистине широкую телевизионную известность Чуркин приобрёл в 2008 году: отстаивая в ООН позицию России в ходе развязанной Грузией войны, последующего признания суверенитета Абхазии и Южной Осетии. Тогда российскому постпреду, оказавшись в Совбезе ООН едва ли не в изоляции, пришлось войти в жёсткий клинч с коллегами из США и Европы. Яркие, эмоциональные, наполненные державной мощью выступления Чуркина с ооновской трибуны в те дни были украшением выпусков новостей. Сердца миллионов россиян испытали полузабытую гордость за силу Отечества, преемственность её ратной славы, в которую уже не верилось…

Виталий был долгожданным, поздним и единственным ребёнком в семье. Его отец, Иван Чуркин, родом из Владимирской области, работал инженером-конструктором в авиационной промышленности, к моменту рождения сына ему было уже за 40. По воспоминаниям, дядя Ваня, как его называли друзья Виталия, был весьма видной, представительной наружности, с выраженной мужественной харизмой, с представлениями о чувстве долга и дисциплине. Маму будущего дипломата звали Мария Ивановна, она родом из Подмосковья, намного моложе супруга, после рождения ребёнка оставила работу, сделавшись домохозяйкой, посвятив все силы сыну. Лишь после окончания Виталием школы устроилась машинисткой-делопроизводителем.
Отец, словно предвидя большое будущее сына, занимался его воспитанием самым внимательным образом: Виталий пошёл в 56-ю специализированную английскую школу на улице Демьяна Бедного (эту же школу окончили потом известные журналисты Николай Сванидзе и Татьяна Миткова). Ещё в младших классах Чуркин-старший принанял сыну в качества педагога-репетитора натуральную англичанку, носительницу языка, невесть откуда взявшуюся, но поставившую Виталию такое произношение и непринуждённую речь, о которой другие наши мидовцы могут только мечтать. (Потом Чуркин овладел французским, и даже монгольским языком). Вместе с Виталием у британки занимался его закадычный друг Анатолий Железняк, ставший впоследствии известным учёным, доктором географических наук.

В свободное время Виталий занимался конькобежным спортом на стадионе им. Юных пионеров, даже выигрывал городские соревнования. Подростком попробовал свои силы и в кинематографе, снимался в дилогии Марка Донского о Ленине (в роли сына хозяина шалаша, где Ильич скрывался в Разливе), ещё в нескольких менее известных картинах. Навыки, полученные на съёмках, вероятно, помогли Чуркину раскованно чувствовать себя под прицелами камер тележурналистов и даже на трибуне ООН. Ораторским же искусством Виталий Иванович овладел, уже проходя по всем ступеням дипломатической лестницы.
Упорству и настойчивости Чуркина поражались ещё в школе. Гранит науки грыз, не щадя зубов. «До трёх часов ночи в его окне горел свет, – вспоминает Елена Аркадьевна Грачёва, жившая в доме напротив. – Ты что ж, вообще не спишь? – спрашивали мы у него на следующее утро». В старших классах улыбчивого парня выбрали секретарём школьной комсомольской организации. Но тут произошёл конфликт с директором школы.
Здоровые амбиции Виталия, его честолюбие и целеустремлённость, большие планы на жизнь директриса обозвала модным тогда уничижительным словечком «карьеризм». Что бы Виталий ни делал, как ни старался, всё подходило под вульгарный ярлык. На почве директорской неприязни Чуркин, учившийся сплошь на «отлично», лишился золотой медали. Лишился в самый последний момент, на выпускном экзамене по литературе, где за сочинение ему поставили только «4». Три года спустя после злополучного экзамена учительница русского языка и литературы, невольно вовлечённая в некрасивую историю, призналась Елене Грачёвой и её одноклассникам, что «сочинение Чуркина на самом деле стоило всех ваших вместе взятых». Виталий, впрочем, как и всегда в жизни, не расстроился, рук не опустил и с первого раза сдал экзамены в МГИМО, поступив на самый престижный факультет международных отношений. Шёл 1969-й год…
Женился Виталий Иванович не рано, уже после окончания института, работая в своей первой должности референта-переводчика отдела переводов МИД СССР. Его избранницей стала дочь известного советского дипломата. В семье выросли двое детей – дочь и сын.

В свободное время Виталий занимался конькобежным спортом на стадионе им. Юных пионеров, даже выигрывал городские соревнования. Подростком попробовал свои силы и в кинематографе, снимался в дилогии Марка Донского о Ленине (в роли сына хозяина шалаша, где Ильич скрывался в Разливе), ещё в нескольких менее известных картинах. Навыки, полученные на съёмках, вероятно, помогли Чуркину раскованно чувствовать себя под прицелами камер тележурналистов и даже на трибуне ООН. Ораторским же искусством Виталий Иванович овладел, уже проходя по всем ступеням дипломатической лестницы.
Упорству и настойчивости Чуркина поражались ещё в школе. Гранит науки грыз, не щадя зубов. «До трёх часов ночи в его окне горел свет, – вспоминает Елена Аркадьевна Грачёва, жившая в доме напротив. – Ты что ж, вообще не спишь? – спрашивали мы у него на следующее утро». В старших классах улыбчивого парня выбрали секретарём школьной комсомольской организации. Но тут произошёл конфликт с директором школы.
Здоровые амбиции Виталия, его честолюбие и целеустремлённость, большие планы на жизнь директриса обозвала модным тогда уничижительным словечком «карьеризм». Что бы Виталий ни делал, как ни старался, всё подходило под вульгарный ярлык. На почве директорской неприязни Чуркин, учившийся сплошь на «отлично», лишился золотой медали. Лишился в самый последний момент, на выпускном экзамене по литературе, где за сочинение ему поставили только «4». Три года спустя после злополучного экзамена учительница русского языка и литературы, невольно вовлечённая в некрасивую историю, призналась Елене Грачёвой и её одноклассникам, что «сочинение Чуркина на самом деле стоило всех ваших вместе взятых». Виталий, впрочем, как и всегда в жизни, не расстроился, рук не опустил и с первого раза сдал экзамены в МГИМО, поступив на самый престижный факультет международных отношений. Шёл 1969-й год…
Женился Виталий Иванович не рано, уже после окончания института, работая в своей первой должности референта-переводчика отдела переводов МИД СССР. Его избранницей стала дочь известного советского дипломата. В семье выросли двое детей – дочь и сын.

Дальше карьера В.И.Чуркина развивалась бурно: третий, второй и первый секретарь посольства СССР в США. Драматическим утром 1 сентября 1983 года, когда советский истребитель сбил над Охотским морем вторгнувшийся в наши территориальные воды южнокорейский лайнер с сотнями пассажиров на борту, Чуркин оказался единственным представителем посольства, вышедшим к прессе в Вашингтоне и согласившимся под возмущённое улюлюканье публично обсуждать мрачный инцидент. Решиться на такое мог только сильный человек, непаркетный дипломат. Далее в его послужном списке должности пресс-секретаря министра иностранных дел СССР, начальника Управления информации МИД СССР, потом РФ, заместителя министра иностранных дел РФ. С этого времени Виталий Иванович становится широко известной, респектабельной, публично-телевизионной персоной, блестящим профессионалом, редкой находкой для репортёров, желающих проникнуть на кухню международной политики. О каких-либо его ошибках на ответственном посту в ООН в прессе не было даже намёка. Конечно, работа у Чуркина такая, что соглашаться с западными коллегами ему редко приходится (при этом он ухитрился ни с кем лично не поссориться!), но стать в США популярной персоной вроде Шеварднадзе ему не суждено. Особенно жаркой и непримиримой была дипломатическая конфронтация в Совбезе ООН в разгар грузинской агрессии в Южной Осетии. Да и недавняя полемика вокруг резолюции по Сирии, на которую Россия рукой Чуркина наложила «вето», тоже обошла новостной эфир.
***
Так что неспроста к нему перешло прозвище поражавшего неумолимостью советского внешнеполитического гранда А.А.Громыко - «Мистер Нет». Чему удивляться, ведь Виталий Иванович Чуркин родился и вырос в России, впитал её державный дух, его родители ковали победу над врагом. У юбиляра другой фронт – переговорный, там, где не гремят снаряды, но и страсти кипят отнюдь не киношные. Чуркин по-прежнему на передовой. Стандартная фраза «воплотил в себе лучшие черты отечественной дипломатии» как нельзя более подходит именно к этому человеку.