Чемпионат по Бузкаши, Таджикистан (35 фото)

В какой-то момент я не выдерживаю накала страстей, и роль зрителя меня уже не устраивает. Покупаю лошадь и скачу в гущу событий, туда, где сплелись в единый клубок части человеческих и конных тел, где зашкаливает энергетика, где творится беспредел.. Но обо всем по порядку.

Бузкаши - старинная конная игра, распространённая во многих странах Азии. Везде она называется по-разному - кокпар (Казахстан), бозкаши (Афганистан) и тд, но переводится чаще всего одинаково – козлодрание. Это не случайно, роль мяча в игре играет туша козла. Только у козла такая крепкая шкура, которая может выдержать то, что творится на игре – тушу постоянно перетягивают, на нее наступают кони. Задача игроков – поднять козла с земли и доскакать с ним до определенного места на игровом поле. Казалось бы ничего сильно сложного. Как бы ни так!

Мало кто из нас может поднять с земли и пронести несколько метров груз 50 – 100 кг весом. Теперь представьте, что вы поднимаете его, сидя на лошади – для этого вам нужно свеситься вниз, оказавшись на боку коня. При этом вы держитесь за седло только одной рукой и заведенной за седло ногой. Не самое удобное положение, а вам нужно не только схватить, но и затащить себя и тушу обратно в седло. А в это время вокруг вас творится невообразимое: несколько десятков, а то и сотен лошадей изо всех сил пробиваются к желанной цели, по рукам больно, наотмашь, бьют нагайками соперники. Многие поднимают коней на дыбы и с прыжка врываются в гущу событий. Каждый игрок делает все, чтобы именно ему удалось поднять буз (козу) с земли и проскакать с ней под ликующие крики толпы, завладев симпатией зрителя.

Официально на игре запрещено многое – ставить лошадь на свечку, бить лошадей соперников и самих игроков плетью. Где-то есть даже свод правил дисквалификации. Наверное есть, потому что их никто не соблюдает. Это бой, настоящий бой, без правил и жалости. Это и не удивительно – все находятся в равных условиях, но только один станет лучшим и получит приз, победив в поединке. А каждый раз приз такой, за который стоит побороться: верблюд, лошадь, несколько тысяч долларов, машина.

Призы ставят богатые, очень богатые люди. Каждый из них наверняка выставил на игру не одну лошадь. Содержать конюшню может позволить себе не каждый человек, тем более когда лошади не приносят никакого дохода, но требуют правильного кормления, содержания, тренинга. Да и стоит каждая из них больше, чем очень хороший автомобиль. Поэтому на игре частников на своих лошадях, как мы привыкли видеть на соревнованиях по конному спорту, практически не будет. Те, кто может себе позволить держать конюшню, подготовить коней к сезону, навряд ли будут сами бороться за тушу козла на бузкаши. Нанимаются опытные всадники, которые и будут биться на практически гладиаторских боях, отстаивая честь конюшни хозяина, повышая стоимость выигравших лошадей и увеличивая свой рейтинг. А что на игре делать хозяевам? Конечно, быть в курсе событий и еще больше распалять свой азарт и азарт соревнований дорогими призами, выставленными на каждый раунд. Перед каждой игрой ведущий объявит, что сейчас выставлено на кон в качестве приза и что получит тот, кто сможет бросить козла под ноги почетных гостей…

Парой дней раньше
Мы с компанией друзей решили отойти от привычных сценариев отдыха и поехать в Таджикистан на чемпионат страны по традиционным конным соревнованиям. Недолгий перелет – и вот мы уже едем в микроавтобусе через горный перевал. Небольшой отдых на вершине горы, чтобы полюбоваться красотой озера Нурек, попробовать местной похлебки и орехов, и дальше в путь. Еще час, и перед нами удивительная картина: несколько сотен всадников поднимают клубы пыли на игровом поле. Пока не очень понятны правила игры, но зрелище захватывает. Спешим занять лучшие места. Видим, что, несмотря на предупреждающие рейды милиции, часть зрителей вплотную подходит к игрокам. Об этом чуть позже, пока мы занимаем в качестве зрительного ряда удобную насыпь на безопасном от игры расстоянии.

Вокруг несколько тысяч человек – конные и пешие, их объединяет одно: все они мужчины. На игре присутствуют шесть женщин: две продавщицы лепешек в самом начале нашего пути и четыре из нашей компании. Так заведено – у мужчин свои развлечения, у женщин свои. На некоторое время внимание зрителей переключается от игры на нашу компанию. Мы напрягаемся, не знаем, как отреагируют на наше присутствие местные жители. Но нас приглашают в президентскую ложу, тут же дают статус аккредитованной прессы и разрешают делать все, что захочется. Нигде, ни в одной стране к нам не относились так, как в Таджикистане. Каждая семья, которую мы встречали во время путешествия, почла за счастье пригласить нас к себе, накормить вкуснейшими лепешками и пловом. Уже стоит очередь из тех, кто примет нас у себя и отвезет на Памир в следующий приезд. Но пока все наше внимание приковано к игре: всадники останавливаются в какой-то точке поля, несколько минут толпятся, поднимая тучи пыли, звенят голоса и слышится звук ударов ногайками, потом быстрая скачка в несколько тысяч конских ног – и судья объявляет, кто победил. Нам явно этого мало, нам все интересно, и мы, покинув безопасную возвышенность, присоединяемся к тем, кто находится на игровом поле, еще не понимая, чем нам это грозит.
Таких, как мы, в этот момент очень много. Кто-то присаживается на корточки совсем рядом с конной толпой и пытается увидеть тот момент, когда туша козла будет с земли поднята наверх. Вдруг над толпой всадников проносится характерный крик – и начинается скачка.
Куда поскачут лошади, неизвестно. Это и неудивительно. Счастливчик, который держит в руках огромную тушу, практически не может управлять лошадью – он отклоняется назад и вбок, чтобы хоть как-то уравновесить вес ноши. Одна рука держит буз, вторая выхватывает зажатую до этого в зубах плеть и придает максимальное ускорение лошади – нужно вырваться из толпы всадников. Несложно понять, что творится в этот момент в голове у игрока! Он один из тысячи смог завладеть тушей, если он выиграет, то станет богаче на машину, верблюда или лошадь, а то и на все вместе. Он принесет славу хозяину коня и отработает свою зарплату. Он станет героем и будет в старости рассказывать внукам о том, как выиграл бузкаши. Поэтому когда его лошадь вырывается вперед и скачет на толпу зрителей, это проблема зрителей – у игрока неоспоримое алиби! Игрока можно оправдать, зрители сами виноваты, что вышли на поле. Но когда ты понимаешь, что зритель – это ты, на тебя на полном галопе несется стена конных всадников, наступает время, когда есть несколько секунд чтобы спастись. Кто-то, веря в свои способности олимпийского бегуна, старается добежать до безопасного места. Некоторые, объединившись в группу, прижимаются друг к другу, образуя плотный остров из человеческих тел. А дальше как в жизни: кому-то повезло, а кому-то нет. Волна всадников проскакивает мимо, и кто-то улыбнется с мыслью «пронесло», а кто-то будет лежать в пыли, потирая место, куда только что наступило копыто. А самое интересное – и те и другие через несколько минут будут опять стоять около бушующего клубка из людей и коней и снова испытывать судьбу.

Лошади на бузкаши – исключительно жеребцы. Впервые в жизни мы видели такое количество жеребцов в одном месте, стоящих вплотную друг к другу, которые не дрались, не выясняли отношения между собой, а хладнокровно ждали команды человека. Они готовы были в любой момент броситься в гущу событий и постараться сделать все, чтобы всадник победил. В некоторых лошадях угадывались арабы, в некоторых – ахалтекинцы. Но все наши расспросы на тему пород сводились скорее к вопросу о том, сколько раз эта лошадь победила в бузкаши, нежели к идее породных линий. Задача заводчиков – получить не чистоту породной линии, а индивидуума, лошадь-личность, которая станет звездой, любимой многими. А что у нее написано в паспорте – неважно. Так, чуть позже мы побываем на конном заводе, где в табун из текинских, арабских и чистокровных маток возьмут производителем лошадь новокиргизской породы, ничем внешне не привлекательного жеребца. Возьмут, не зная его происхождения, кроме одного факта из его прошлого: он восемь раз выиграл бузкаши. И будут верить в то, что кто-то из сотен его детей в дальнейшем сможет повторить подвиг отца, стать легендой и увеличить свою стоимость до нескольких десятков тысяч долларов.

Несколько раз убежав из-под копыт победителей соревнований и постеснявшись стать почетными гостями в ложе сына президента, уезжаем обратно в Душанбе. Впереди – обширная программа, у нас всего три дня, чтобы посмотреть страну, посетить Варзоб, Ромит, погостить у всех, кто уже готовит для нас плов. Но уже на следующий день мы отменяем часть намеченной программы и узнаем, где в данный момент проходят соревнования по бузкаши. Мы опять хотим на игру. В это время погода меняется, с неба сыплет хлопьями снег, холодно, и от солнечной пустыни, которая была еще вчера, не осталось и следа. А мы уже прорываемся через толпу ближе и ближе к новой гладиаторской арене, где сразятся сильнейшие и кто-то станет чемпионом.

Теперь все ближе и проще для понимания – поле гораздо меньше, и уже можно наблюдать за тем, что делает каждый игрок. По правилам – игра в личном зачете, каждый сам за себя. Но первое, что бросается в глаза, – различия в одежде. Все, кто находится в эпицентре, одеты в танковые шлемы. Это те, кто претендует на звание победителя и старается поднять тушу с земли. Если бы не было шлемов – прощайте, уши, отрезанные путлищами проскакивающих мимо лошадей, да и пришедшийся по голове удар копытом поднятой на свечку лошади вряд ли оставит кого-то равнодушным. Чуть дальше от них – люди без шлемов. Они не лезут в драку, и у них разные задачи. Кто-то сидит на свежей лошади, которая сменит уставшую лошадь игрока. Кто-то закроет противнику путь к отступлению. А кто-то схватит под уздцы лошадь поднявшего буз и направит ее в сторону заветного места, где должна закончиться скачка. Становится понятно, что все-таки команды есть. Наверняка это люди, играющие за одну конюшню или имеющие кровное родство, что очень почитается в Азии. Наверняка взаимопомощь есть и среди тех, кто борется за буз. Кто-то оттесняет соперников, кто-то старается поднять козла с земли. В противном случае, без помощников, сделать это было бы просто нереально. И то, что очень удивило, – это как быстро участники отходят после драки. Несколько секунд назад они бились не на жизнь, а на смерть на арене: в ход шли нагайки, кулаки, копыта коней. А вот уже извиняются друг перед другом и улыбаются, потирая ушибленные места.

Мы начинаем понимать смысл игры. Днем раньше мы ждали скачку, думая, что смысл игры в том, чтобы первым проскакать до условленного места. Расстраивались, что скачка длится несколько секунд. Думали, что это самое зрелищное во всем этом жестоком, но ярком представлении. Оказалось, мы ошибались. Скачка – это красивый финал, почетный круг победителя, который смог вытащить буз из водоворота конных и человеческих тел и показать его зрителям. Теперь мы видим все гораздо ближе, и азарт захватывает нас.

В какой-то момент я не выдерживаю накала страстей, и роль зрителя меня уже не устраивает. Покупаю лошадь и скачу в гущу событий, туда, где сплелись в единый клубок части человеческих и конных тел, где зашкаливает энергетика, где творится беспредел. Поглощенный зрелищем, чуть позже замечаю, что на лошадях уже и мои друзья. К нам присоединяется Марина, яркая блондинка. В тот момент человек, скачущий с трофеем, скакал один. Никто не преследовал его, никто не помогал ему – все не могли оторвать взгляд от девушки. Одной из четырех девушек среди тысячи мужчин. Девушки, стоящей не на зрительских трибунах, а направившей своего коня в эпицентр схватки.

Судья, до этого комментировавший игру, подъехал к нашей компании. Мы ожидали выговора, желтой карточки, удаления с поля. Он подъехал к нам вплотную, взял рупор и исполнил с южным акцетом «Ой, мороз, мороз», перед этим провозгласив: «Добро пожаловать в Таджикистан!» Эту фразу мы слышали много раз за нашу короткую поездку от самых разных людей. От тех, кого видели первый раз в жизни. Да, нам есть чему поучиться у жителей бывшей союзной республики! В это время за спиной у судьи прошла скачка, и кто-то выиграл машину. Этого никто не заметил. Трибуна ликовала и аплодировала. Но не победителю бузкаши, а нам – единственным русским, кто не побоялся сесть на коней и оказаться на поле боя, единственным русским, кто вообще был на стадионе.

Лично я знаю, что буду делать на следующий Навруз (Новый Год в Средней Азии). Ищите меня с 21 по 25 марта там, где кони и люди сплетаются в едином порыве в огромный клубок. И я буду там не зрителем!
Евгений Матузов, фото Любы Крыловой, ( Конный Парк )