Любимые готические женские персонажи (9 фото)

Венсдей Аддамс, «Семейка Аддамс», Барри Зонненфельд, 1991

Макабрическая сатира на типичную американскую зажиточную семью — со сложными подростками, роковой мамой-домохозяйкой, набриолиненным папашей и многочисленными родственниками, как и много прекрасных вещей, выросла из карикатур в The New Yorker. Роскошнее всего, конечно, выглядит матриарх семейства Мортиша Аддамс, но она, надо признать, эксплуатирует примерно тот же имидж, что и Эльвира. Так что мы выбрали для вдохновения депрессивную Венсдей, надолго определившую амплуа Кристины Риччи. Главное тут — две тугие косички и волчий взгляд исподлобья.

Прис
«БЕГУЩИЙ ПО ЛЕЗВИЮ», РИДЛИ СКОТТ, 1982

Футуристический неонуар по мотивам романа Филипа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?» задал стандарты по нескольким фронтам: окончательно вывел в суперзвезды Харрисона Форда, показал, как бесстрашно экранизировать культовые книжки, снимать жутковатое будущее и оставить финал, над которым будут биться несколько поколений зрителей. Из всех нечеловеческих женщин фильма мы выбрали зловещую и несчастную Прис — бунтарку-репликанта, мрачную жрицу любви в исполнении Дэрил Ханны с начесом и макияжем, какими мог бы гордиться Роберт Смит.

Мириам Блейлок, «Голод», Тони Скотт, 1983

Спустя год после «Бегущего по лезвию» младший брат Ридли Скотта снял свою культовую классику — драму про вампиров и преждевременное старение с Дэвидом Боуи, Катрин Денев и Сьюзен Сарандон. Бессмертная Мириам не слишком похожа на гота, за исключением длинного интро в ночном клубе, где она в коже лавирует среди толпы под музыку Bauhaus в поисках жертвы. В остальное время стоит иметь в виду, что белая шелковая блузка в сочетании с кулоном-анком и красными губами не выдаст вашу темную сторону всем подряд, но кто знает — тот поймет.

Эльвира, «Эльвира: Повелительница тьмы», Джеймс Синьорелли, 1988

К концу 80-х мрачных и роковых персонажей, определенно, перестали воспринимать всерьез, и на свет появилась относительно смешная, но эффектная комедия ужасов про женщину-вамп, которой досталось мистическое наследство. Правда, обращаться с этим образом надо с осторожностью — сыгравшая Эльвиру Кассандра Петерсон так и осталась заложницей одной роли и до сих пор (ей уже 62) время от времени красуется на тематических мероприятиях в парике и глубочайшем декольте.

Мина, «Дракула», Френсис Форд Коппола, 1992

Канонический вампирский эпик по роману Брэма Стокера с Гэри Олдманом в напудренном парике, Энтони Хопкинсом в роли Ван Хельсинга и молодым Киану Ривзом в двусмысленных сценах. Вайнона Райдер играет его невесту Мину, в которой граф Дракула признал дух своей покойной жены — причину удивительных и зловещих событий. Во всем виновата, конечно же, женщина.

Клодия, «Интервью с вампиром», Нил Джордан, 1994

Самый красивый фильм о вампирах снял прекрасный, хоть и неровный ирландский режиссер Нил Джордан, и задолго до «Сумерек», сериала True Blood и Джармуша сделал из кровососов секс-символов. Трагедия вечной жизни — всегда трагедия, даже если ты навсегда обречен выглядеть как молодой Брэд Питт. Но в случае героини Кирстен Данст всё еще печальнее — ей никогда не удастся поменять прическу и вырасти, хотя страсти она обречена испытывать совсем недетские. Во многом напоминает нас, не так ли?

Миссис Ловетт, «Суини Тодд, демон-парикмахер с Флит-стрит», Тим Бертон, 2007

Тим Бертон — король современного киномакабра, а пляски на грани жизни и смерти — его конек. Со своей супругой они явно спелись по этому пункту, потому что мало у кого Хелена Бонэм Картер выглядит столь органично. Киномюзикл про мстительного брадобрея со сломанной жизнью готичен насквозь, но героиня Бонэм-Картер (сообщница Тодда и королева мясных пирожков миссис Ловетт) ни капли не теряется на фоне викторианских декораций.

Эли, «Впусти меня», Томас Альфредсон, 2008

Трогательный, хоть и немного позерский фильм Томаса Альфредсона по скандинавскому бестселлеру — где вампиры служат метафорой подростков-аутсайдеров. Девочка Эли с нетипичной для скандинавов внешностью (в книге всё еще более непонятно) приезжает в сонный и заметенный снегом стокгольмский пригород, чтобы взять под крыло робкого и бледного Оскара. Надо признать, что опознать ее готическую натуру можно лишь по мертвенной бледности, способности ходить босиком по снегу и рекам крови, которые она оставляет за собой.

Вирджиния, «Между», Френсис Форд Коппола, 2011

Еще одна юная особа, слишком рано узнавшая тяготы небытия, — героиня куда менее помпезного, чем «Дракула», чуть дурацкого, но очень личного фильма Копполы. Спивающийся писатель едет в пресс-тур со своей книжкой о ведьмах и в итоге попадает в застывший во времени городок со своей тайной. По ходу действия он встречает сначала дух Эдгара Аллана По, а потом то ли девочку, то ли привидение в викторианских кружевах и с болезненным румянцем на мертвенно-бледном лице.