Как снимали фильм "Армия тьмы" (18 фото)

Популярные цитаты – это обычно удел первых картин циклов. Сиквелы редко оказываются столь же цитируемыми, как оригинальные ленты. Но «редко» не значит «никогда». Например, хоррор-комедийный цикл Сэма Рейми «Зловещие мертвецы» подарил миру свою самую популярную цитату лишь в третьем фильме. Он вышел в 1992 году, через 11 лет после премьеры первых «Мертвецов», и он назывался «Армия тьмы» (или «Зловещие мертвецы 3: Армия тьмы»).

Первые «Зловещие мертвецы» были порождением редкой формы страха – страха перед Голливудом. В конце 1970-х создатели картины – продюсер Роберт Тейперт, сценарист и режиссер Сэм Рейми и актер Брюс Кемпбелл – мечтали работать в кино, но боялись уезжать из родного штата Мичиган. Они знали, что в Лос-Анджелесе никто их не ждет, и они полагали, что им проще будет начать карьеру на «малой родине», среди родных, друзей, знакомых и прочих потенциальных инвесторов.

Изучив репертуар дешевых кинотеатров, друзья решили, что нужно снимать хоррор. Рейми, правда, предпочитал комедии, но зрители ходили лишь на смешные фильмы с известными актерами. Хорроры же не нуждались ни в знаменитостях, ни в обязательной для боевиков пиротехнике. Ужастик можно было снять за копейки и кое-что заработать даже в самом ограниченном прокате.

Так родился сценарий о том, как пятеро студентов приезжают отдыхать в лес, находят в заброшенной хижине старинную книгу Naturon Demonto (в сиквелах – Necronomicon Ex-Mortis) и случайно вызывают демонов. Почему в лесу? Чтобы сэкономить на массовке и декорациях. Почему студенты? Чтобы снять в фильме ровесников-знакомых (главную роль, естественно, сыграл Брюс Кемпбелл). Почему «Природа демонов» и «Книга мертвых»? Потому что Рейми был в восторге от книг Говарда Лавкрафта, который для одного из своих рассказов придумал гримуар «Некрономикон», якобы описывающий древних богов и запретные заклинания.

Придумать картину оказалось проще, чем найти на нее деньги, но троица решила и эту проблему, в общей сложности собрав с инвесторов 100 тысяч долларов. Часть средств им предоставили друзья и родственники, но среди тех, кто им поверил, были и профессионалы. Например, владелец сети детройтских кинотеатров. Парням доверяли, потому что предварительно они за шесть дней и 1600 долларов сняли получасовую хоррор-среднеметражку «В лесах» – донельзя любительскую, но все же демонстрирующую, что ребята кое-что понимают в ужастиках.

Впрочем, съемки полнометражного фильма, получившего название «Зловещие мертвецы», были лишь немногим более профессиональными. Так как собранных денег не хватило на профессиональное оборудование для спецэффектных сцен, Рейми вечно импровизировал и придумывал, как использовать все, что было под рукой, – швабры, гаечные ключи, плотницкие козлы, инвалидную коляску… К счастью, режиссер с детства увлекался фокусами, и он многое знал об обмане зрительского внимания и об использовании минимума предметов для максимального эффекта. В итоге он вместо задуманной полуторачасовой ленты смог в рамках бюджета снять более чем двухчасовую.

Понятно, столь длинный хоррор у Рейми никто бы не купил, и постановщик занялся сокращением картины. В этой работе участвовал монтажер Джоэл Коэн, который заодно взял у режиссера несколько уроков работы с инвесторами. Несколько лет спустя Джоэл и его брат Итан использовали почерпнутые у Рейми знания, чтобы снять свой дебют «Просто кровь» и стать знаменитыми братьями Коэн.

Дальнейшая судьба «Мертвецов» сложилась по всем законам голливудского успеха. Удачно прокатав фильм в 1981 году в Детройте, Рейми стал искать партнеров для национального релиза. Когда он рассказал о «Мертвецах» мэтру американского проката Ирвину Шапиро, некогда работавшему с «Ночью живых мертвецов» Джорджа Ромеро, тот организовал внеконкурсный показ на Каннском фестивале. На этом сеансе присутствовал Стивен Кинг, и «Зловещие мертвецы» настолько его поразили, что в интервью журналу USA Today он назвал картину одним из своих любимых хорроров. После этого раскрутка фильма стала делом техники.

Когда прокат «Мертвецов» был завершен, Рейми обнаружил, что его кино в Европе любят сильнее, чем на родине. Если в США лента заработала «всего» 600 тысяч долларов, то международный прокат принес 2 миллиона долларов. И это при том, что фильм вышел одновременно в кино и на VHS! Брюс Кемпбелл был вне себя от счастья, когда узнал, что «Мертвецы» продаются на видео лучше, чем «Сияние» Стэнли Кубрика. Рекомендация Кинга на обложке оказалась сильнее, чем слова «фильм снят по мотивам романа Стивена Кинга».

Как и положено амбициозному постановщику, Рейми еще во время съемок «Мертвецов» придумал сюжет сиквела. Он намеревался отправить главного героя Эша Уильямса (ash переводится как «пепел» – намек на то, что остается от людей, связавшихся с демонами) в европейское Средневековье, подальше от современной цивилизации и поближе к сказочным монстрам. Но когда «Мертвецы» стали культовым хитом, режиссер счел, что может о них забыть и переключиться на съемки оригинального кино с полноценным студийным финансированием.

Мудрый Шапиро, однако, известил журналистов, что «Мертвецы 2» все-таки выйдут. И оказался прав. Второй фильм Рейми «Волна преступности», придуманный режиссером совместно с братьями Коэн, не вписался в бюджет, провалился в прокате и был заруган критиками и зрителями. Чтобы спасти свои карьеры, Тейперт, Рейми и Кемпбелл вынуждены были вернуться к «Мертвецам» и выпустить сиквел.

Поскольку неудача «Волны» ограничила бюджет, который напарники могли «выбить» из инвесторов сиквела (прежде всего из итальянского продюсера и прокатчика Дино ди Лаурентиса), Рейми отказался от наполеоновских средневековых планов и вновь выстроил действие вокруг заброшенной хижины в лесной чаще.

Напротив, тон второй картины радикально изменился. Если первые «Мертвецы» были экстремальным и вполне серьезным фильмом ужасов (режиссер ориентировался на вкусы суровых детройтцев, обожавших жесткое кино), то сиквел снимался как гэговая хоррор-комедия в духе «Трех балбесов». Рейми надеялся, что смена жанра привлечет более широкую аудиторию. По этой же причине фильм был одновременно и сиквелом, и ремейком первых «Мертвецов» – режиссер снимал не для фанатов оригинала, а для совершенно новой публики, не знающей, кто такой Эш Уильямс и как он связан с потусторонним миром.

Смена жанра была весьма рискованным решением, но она полностью себя оправдала. Вышедшие в 1987 году «Зловещие мертвецы 2» собрали в прокате около 10 миллионов долларов (при бюджете в 3,6 миллиона), пополнили перечень культовых хорроров и вновь заставили уважать Рейми как жанрового режиссера.

На волне этого успеха постановщик попытался получить право на экранизацию какого-нибудь известного комикса (он всегда был фанатом супергероев). Но когда студия Warner доверила «Бэтмена» Тиму Бертону, обиженный Рейми решил, что сам придумает супермена в духе классических комиксных персонажей. Так родился вышедший в 1990 году «Человек тьмы» с Лиамом Нисоном – многострадальный, не слишком удачный, но все же коммерчески успешный фильм (49 миллионов мирового проката при 16-миллионном бюджете), который подтвердил статус Рейми как мастера «би-муви».

Поскольку переговоры с Universal по поводу «Человека тьмы» шли трудно и долгое время было неясно, решится ли студия вложиться в проект, Renaissance Pictures («домашняя» студия Тейперта, Рейми и Кемпбелла) в 1988 году подписала с ди Лаурентисом предварительный контракт на съемки третьей серии «Мертвецов». Когда Universal все же дала добро, второй сиквел был заморожен, но не забыт, и после завершения «Человека тьмы» итальянец поймал Рейми на слове.

Режиссер, впрочем, и сам был не прочь снять еще одну картину о войне с демонами. Во-первых, он наконец-то мог реализовать свой давнишний средневековый замысел и отправить Эша в край рыцарей и замков (вторые «Мертвецы» заканчивались перемещением во времени, так что сюжет второго сиквела был заранее предопределен). Во-вторых, ди Лаурентис обещал, что не будет вмешиваться в съемочный процесс, а постоянные студийные вмешательства во время работы над «Человеком тьмы» были для Рейми настоящей пыткой.

Договорившись с итальянцем, Рейми вместе со своим братом Айвеном (врачом скорой помощи и соавтором «Человека тьмы») принялся писать сценарий. Так как родственники в то время жили в разных штатах (Сэм уже перебрался в Голливуд, а Айвен лечил пациентов в Огайо), братьям для совместной работы приходилось ездить друг к другу в гости, и сочинение «Армии тьмы» растянулось на восемь месяцев.

За это время Рейми успели перебрать множество вариантов сюжета (они даже подумывали о возвращении в заколдованную хижину), но в итоге братья все же написали такой фильм, какой задумывали с самого начала, – мистическую историческую комедию в духе «Янки при дворе короля Артура». Хоррором в «Мертвецах» к этому времени уже почти не пахло, и Сэм Рейми не собирался его туда возвращать. Его постановочным ориентиром для «Армии тьмы» были классические американские сказочные ленты со спецэффектами Рэя Харрихаузена (ученика аниматора «Кинг Конга» Уиллиса О’Брайена). В частности, «Седьмое приключение Синдбада» (1958), «Три мира Гулливера» (1960) и «Ясон и аргонавты» (1963).

Главной сюжетной «фишкой» новой картины стало превосходство технологии над магией. В то время как обычные хорроры раз за разом доказывали, что технология против сверхъестественных существ бессильна, Эш Уильямс, ничего толком не знающий о потусторонних силах, побеждал их с помощью дробовика, бензопилы и прочих технических новшеств наших дней. В этом отношении «Армия тьмы» продолжала линию другой известной сверхъестественной комедии «Охотники за привидениями».

По мере того как сценарий «Армии тьмы» обретал форму, становилось ясно, что изначально обговоренных с ди Лаурентисом 8 миллионов долларов на фильм не хватит. Поэтому к финансированию была привлечена уже знающая Рейми Universal, и бюджет вырос до 12 миллионов. Для большинства режиссеров этого все равно было бы недостаточно – особенно с учетом того, что Рейми планировал использовать спецэффекты почти в каждой значимой сцене, – но постановщику было не впервой снимать за намного меньшие деньги, чем ему хотелось.

Чтобы сэкономить на гонорарах, Рейми нанял немало кинематографистов, не входящих в голливудские профсоюзы и, соответственно, обходящихся дешевле, чем «профсоюзники». Это был очень опасный ход, так как картина, над которой совместно работали члены и не члены профсоюзов, могла попасть под удар профсоюзных активистов (те были вправе, например, заставить своих подопечных объявить забастовку, пока продюсеры не наймут на все должности членов профсоюзов). Поэтому создатели картины думали о том, чтобы увезти группу подальше от Голливуда, в Англию или Испанию. Но когда стало ясно, что «Армия» не настолько важный для профсоюзов проект, чтобы ломать из-за него копья, натурные съемки были организованы в живописных природных окрестностях Лос-Анджелеса – как в лесах, так и на границе пустыни Мохаве.

Хотя экскурсия в Англию Рейми не понадобилась, он счел, что было бы неверно снять кино о европейском Средневековье со сплошь американскими актерами, и отдал роль лорда Артура (владельца замка, который Эш помогает защищать от армии восставших из мертвых) британскому театральному и телевизионному актеру Маркусу Гилберту.

В свою очередь, девушку по имени Шейла, которая становится возлюбленной Эша, сыграла начинающая южноафриканская актриса Эмбет Дэвидц, будущая звезда «Матильды» и «Списка Шиндлера», а также Мэри Паркер из «Нового Человека-паука». «Армия тьмы» была ее первой голливудской картиной, и она приглянулась Рейми тем, что выглядела как серьезная женщина, а не как легкомысленная старлетка.

Чтобы быть достойным такой партнерши, Брюсу Кемпбеллу пришлось основательно подготовиться к съемкам. Ему уже доводилось подкачивать мышцы, чтобы хорошо смотреться в рваной рубашке, но «Армия» также потребовала от него научиться театральному фехтованию и верховой езде. Последняя ему толком не далась (было бы странно, если бы выходец из центра американского автомобилестроения с легкостью пересел на лошадь!), но по крайней мере Кемпбелл смог договориться с конем, чтобы тот лишь изредка его сбрасывал.

Также роли в «Армии тьмы» сыграли работавший в США британец Йен Аберкромби (будущий голос Палпатина в мультсериале «Звездные войны: Войны клонов»), школьный друг Рейми и Кемпбелла Тимоти Патрик Куилл (он согласился налысо побрить голову, чтобы изобразить кузнеца), младший брат Сэма и Айвена Тед Рейми, актриса и каскадерша Патрисия Толлман (нынешняя глава студии Майкла Стражински Studio JMS) и наследница славной актерской династии Бриджет Фонда. Звезда третьего «Крестного отца» изобразила Линду, бывшую девушку Эша, во флешбэке, пересказывающем события двух первых «Мертвецов». Фонда стала третьей Линдой в истории цикла, так как в первом фильме эту героиню играла Бетси Бейкер, а во втором – Дениз Бикслер.

То ли по ошибке, то ли из-за продиктованных прокатчиками временных рамок съемки «Армии» были назначены на лето 1991 года – не лучшая идея для фильма, действие которого в основном развивается ночью. Ведь летом ночи самые короткие, и команда Рейми могла снимать лишь с 9 часов вечера до половины пятого утра. Некоторые из изначально задуманных сцен из-за этого пришлось сократить или упростить, поскольку у режиссера не всегда было время на многочисленные дубли сложных фрагментов. Так, кульминационный поединок Эша со Злым Эшем (двойником, созданным демонической магией) изначально был задуман как длинный эпизод без единой монтажной склейки. Однако Рейми быстро понял, что Брюс Кемпбелл не настолько хорош, чтобы после пары-тройки дублей исполнить всю сцену без помарок, и потому режиссер все же разбил эпизод на несколько кусков.

Самым сложным спецэффектом, использовавшимся для создания «Армии», были хитроумные комбинированные съемки, соединявшие кадры с реальными людьми и декорациями с кадрами, созданными аниматорами-кукольниками. Последние преимущественно оживляли демонических скелетов, восставших из земли благодаря магии «Некрономикона». Кадры с ожившими скелетами снимались заранее, чтобы затем во время съемки людей проецировать их в объектив камеры с помощью системы зеркал и «смешивать» с изображениями актеров и декораций. Таким образом, оператор мог видеть ту картинку, которая в итоге оказывалась на экране, и это позволяло ему зряче командовать актерами, говоря им, что они должны делать, чтобы казалось, что они сражаются со скелетами. В наши дни такие фокусы проделываются с помощью компьютеров, но они были возможны и в докомпьютерную эпоху. Качество картинки, правда, получалось несколько худшим, чем сейчас, поскольку прохождение через зеркала рассеивает свет и делает изображение менее четким.

Отдельной проблемой было то, что основной оператор-постановщик фильма Билл Поуп (будущий оператор «Матрицы» и сиквелов «Человека-паука») слишком дорого стоил, чтобы оплачивать ему сверхурочные. Поэтому он работал над фильмом лишь в рабочие дни. В выходные же за камеру становился супервайзер визуальных эффектов Уильям Меса, которому приходилось и организовывать спецэффектные съемки, и запечатлевать их на пленку. И все это за меньшие деньги, чем те, которые он мог бы получить, если бы работал над «солидным» студийным блокбастером…

Пришлось пострадать за свой не слишком внушительный гонорар и Брюсу Кемпбеллу. К концу съемок его лицо было испещрено ссадинами, и не все они были нарисованы гримерами. Сэм Рейми еще в школе обожал издеваться над другом, а когда они повзрослели, он превратил эти издевательства в свой творческий метод. Мол, чем сильнее Брюс страдает, чем реалистичнее его игра в хоррорах и боевиках. И всякий раз, когда Брюс по сценарию должен был получить морковкой по спине или комом грязи по лицу, актер мог быть уверен, что этот предмет кинет «верный» друг.

Когда Рейми наконец завершил и обычные, и комбинированные съемки, а также черновой монтаж картины, выяснилось, что ди Лаурентиса и Universal не устраивает 96-минутная продолжительность ленты. Прокатчики потребовали сократить фильм до 81 минуты, и режиссеру пришлось не только вырезать из картины 15 минут, но и снять несколько дополнительных фрагментов, чтобы зрители из-за сокращений не потеряли нить повествования.

Также под нож пошла исходная концовка, которую прокатчики сочли слишком депрессивной. Рейми всегда считал Эша скорее шутом гороховым, чем настоящим героем, и потому в финале персонаж выпивал слишком много волшебной настойки, каждая капля которой должна была усыпить его на столетие, и просыпался не в своем времени, а в апокалиптическом будущем. Universal, однако, настояла на героическом финале, и Рейми снял новую концовку, в которой Эш возвращался-таки в свое время и защищал родной универмаг S-Mart от демонической бестии.

Пока постановщик перекраивал картину, ди Лаурентис и Universal поссорились из-за прав на Ганнибала Лектера (студии принадлежали права на «Молчание ягнят», а итальянцу – на «Охотника на людей», основанного на первой книге о докторе-маньяке). Урегулирование их конфликта заняло несколько месяцев, и премьера «Армии» сдвинулась с лета 1992 года на февраль 1993 года. Это была серьезная проблема, так как фильм был типичнейшим «летним кино», легковесным и ироничным, а ему предстояло выйти зимой, в сезон более серьезных постановок.

Наконец, финальной преградой на пути к зрителям стал рейтинг «Армии». Рейми полагал, что сражения в его ленте хоть и жестоки, но комедийны, и потому они не заслуживают рейтинга выше PG-13. MPAA, однако, отнеслась к фильму всерьез и поначалу присвоила ему высший рейтинг NC-17, с которым ленту не показали бы многие кинотеатры. Как режиссер и прокатчики ни бились, снизить рейтинг ниже R им не удалось. Это закрыло дорогу в кино многим подросткам, для которых фильм, собственно, снимался.

В результате снятая за 13 миллионов долларов лента (в конце съемок Рейми, Кемпбеллу и Тейперту пришлось добавить к 12 миллионам Universal и ди Лаурентиса миллион собственных денег, чтобы завершить картину) вышла в прокат 19 февраля 1993 года и собрала всего 22 миллиона долларов, чего было недостаточно для успеха постановки такого размаха. Мнения критиков также были не самыми лестными, а вот поклонники жанрового кино приняли фильм на ура, и он стал культовым, как только вышел на видео. Также «Армия» удостоилась жанровой премии «Сатурн» в категории «Лучший хоррор».

Главный успех, впрочем, ждал «Армию» в мире киноцитат. Если первые два фильма вместе подарили зрителям лишь фразочку Groovy! («Круто!»), то из «Армии» фанаты почерпнули такие фразы, как Gimme some sugar, baby («Дай сахарку, детка», по смыслу – «Поцелуй меня»), Come get some! («Подойди и огреби!»), Hail to the king, baby («Да здравствует король, детка!»)… И, конечно, знаменитые слова насчет того, что не важно, кто плохой, а важно, у кого ружье. В России все эти фразы знают если не по фильму Рейми, то по видеоигровому циклу Duke Nukem, где цитируется «Армия тьмы» и многие другие известные фантастические и фэнтези-боевики.

Стоит отметить, однако, что слов про плохого, хорошего и ружье нет в полной, «режиссерской» версии картины, где использован альтернативный дубль, в котором Эш произносит безвольное и несмешное «Не такой уж я и хороший». Сам Рейми позднее признал, что ответ героя в изначально вышедшей киноверсии ленты смешнее и что тем, кто хочет познакомиться с «Армией» во всем ее блеске, стоит посмотреть оба варианта постановки. Так что тут все как в коронной фразе Эша: «Не важно, какая версия режиссерская, а важно, у кого лучшие шутки!» И, кстати, киноверсия в этом споре выигрывает. Потому что студийное давление не всегда идет картине во вред. Что бы режиссеры по этому поводу ни думали…