Самолеты против автомобилей - история противостояния (6 фото + 4 видео)

1914
Демон против сорвиголовы

Если сегодня несущихся сломя голову водителей называют «Шумахерами», то в начале XX в США могли укоризненно спросить: «Кем ты себя возомнил? Барни Олдфилдом?». Олдфилд родился в 1878 году, когда мир не знал электрического освещения и радио, а к 24 годам уже побеждал в гонках и ставил рекорды на самодвижущихся экипажах Генри Форда. В 1913 году в прокат даже вышел фильм «Барни Олдфилд мчится, спасая жизнь», окончательно закрепив за ним статус отчаянного гонщика и звезды. С его популярностью мог сравниться лишь Линкольн Бичи, представитель нового увлечения человечества – воздухоплавания.

Бичи первым коснулся шасси самолета едущего поезда, пролетел над Ниагарским водопадом; первым вертел в небе восьмерки и первым сделал в Америке «мертвую петлю». Его полеты видели более 30 миллионов жителей США, Эдисон и Райт писали о нем восторженные отзывы, и как минимум 24 смельчака разбились, пытаясь сделать «как Бичи». Какие тут автомобили, когда человек поднимался выше небес? Впрочем, результат возможной очной схватки самолета и машины был неочевиден, в связи с чем опытный спортивный менеджер Уильям Пикенс и решился на ее организацию. А уж лучших соперников чем Бичи и Олдфилд представить было нельзя.

Подготовленные Пикенсом афиши гласили «Демон с небес против сорвиголовы», а сами гонки вылились в целое турне, которое преимущественно проходило на ипподромах. Причем, если раньше трюки Бичи были видны с околицы, то теперь зрителю нужен был билет, чтобы видеть еще и автомобиль – Пикенс заранее позаботился о высоких заборах.

В день шоу Бичи на Eaton Biplane взлетал прямо с ипподрома, делал вираж, и вместе с Fiat Cyclone Олдфилда пересекал линию старта, точно следуя трассе. В течение следующих нескольких кругов они старались друг друга обогнать и, наконец, пересекали линию финиша. Преимущество одного над другим было спорным – максимальная скорость самолета и автомобиля в тот момент была близка как никогда, и от города к городу побеждал то Бичи, то Олдфилд. Впрочем, говорят, этот элемент неожиданности в гонку придумал внести предприимчивый Пикенс. Шоу пользовалось огромной популярностью – переезжая втроем из города в город, они заработали сумму эквивалентную сегодняшним 6 миллионам долларов. Вот только вопрос результатов противостояния «демона» и «сорвиголовы» так и остался открытым.



1931
Давид против Голиафа

Популярность гастролирующих летчиков и летающих цирков оказалась первой формой гражданской авиации еще до появления регулярных авиалиний, а борьба за рекорды скорости на земле и в воздухе подстегивала общий технический прогресс. На самолеты примеряли придуманные для автомобильных моторов компрессоры, на гоночные машины – алюминий и аэродинамику. Хотя процесс все больше становился односторонним – рекордная машина Blue Bird Малькольма Кембелла начала 30-х годов уже выглядела как самолет без крыльев: обтекаемый кузов с большим хвостом-стабилизатором, компрессорный авиационный мотор мощностью 1500 лошадиных сил.

В 1931 году Blue Bird разгонялась до сумасшедших 396 километров в час. Одна беда – рекордный гидросамолет Supermarine S.6B летал уже вдвое быстрее. Новый очный поединок самолета и автомобиля должен был состояться в конце того же 1931 года на овальном треке внутри римского аэропорта Литторио и по соотношению сил напоминал битву Давида с Голиафом. Честь автомобилей защищал Тацио Нуволари по прозвищу «Летающий Мантуанец» на сверхсовременной гоночной Alfa Romeo 8C 2300, которая в том же году первенствовала на Гран При Италии.

Матч-реванш состоялся 50 лет спустя на аэродроме итальянских ВВС около Тревизо, но состав участников вновь был неоднозначен. Многоцелевой истребитель F-104 Starfighter разработки Lockheed стал первым в мире самолетом, который в два раза обогнал скорость звука. В числе прочего этому способствовали необычные маленькие крылья, с такими острыми кромками, что о них мог порезаться аэродромный персонал. Но если на высоких скоростях F-104 чувствовал себя как рыба в воде, то при посадке малый размах крыла усложнял пилотаж. До конца 70-х в аварию попали 123 истребителя – погиб 61 человек, а F-104 получил прозвище «Производитель вдов» и «Летающий гроб». Что, впрочем, не помешало итальянцам купить на него лицензию и производить на мощностях компании Aeritalia.

Что же до Ferrari 126, то она должна была вернуть Скудерию на вершину автогоночного Олимпа и напомнить соперникам, кто был самой обеспеченной командой Формулы-1. Рожденная техническим гением Харви Постлтуэйта и Мауро Форгьери, это была первая Ferrari с турбомотором. На прямых автодрома Поль Рикар Ferrari 126 C2 разгонялась до 344 километров в час, тогда как ближайшие конкуренты были медленнее на 12 километров в час. Но очень скоро стало ясно, что машина получилась ненадежной и отнюдь не чемпионского уровня, а в 1982 году с ней случилось несколько катастроф: на «сто двадцать шестой» разбился Жиль Вильнев и практически стал инвалидом Дидье Пирони.

Но 21 ноября 1981 года, спустя месяц после финального Гран-при сезона в Лас-Вегасе, где обе Ferrari сошли из-за технических проблем, Ferrari 126 CK Вильнева и F-104S лейтенанта 51-ой эскадрильи ВВС Италии Даниэля Мартинелли встретились на летном поле военной базы под Тревизо.

Что же до самолета, то это был управляемый летчиком гражданской авиации Витторио Сустером учебный биплан итальянских ВВС Caproni Ca.100, который еще в бытность английским de Havilland на вершину технической мысли никоим образом не тянул. Соперникам предстояло преодолеть пять кругов общей протяженностью 16 998 метров, и на прямых Нуволари уверенно уходил вперед. Но в поворотах маневренный биплан подбирался все ближе и на последних метрах дистанции вырвался вперед. Средняя скорость Caproni в гонке составила всего 163 километров в час.




1981
Летающий гроб против турбо

За последние 50 лет автомобиль и самолет слишком изменились, чтобы гоняться друг за другом по кругу, и теперь должны были соревноваться в старте с места на дистанции в один километр. С машины Вильнева даже сняли антикрылья, чтобы они не создавали дополнительного сопротивления. Ferrari сорвалась с места гораздо увереннее, но и у истребителя с набором тяги тоже был шанс. Тем не менее, финишную черту Вильнев преодолел через 16,55 секунды, а Мартинелли лишь спустя 20,05 секунды после старта.

Кстати, итальянские ВВС использовали модернизированные F-104S вплоть до 2004 года, а Scuderia Ferrari завоевала очередной чемпионский титул в Формуле-1 только через 19 лет после той «гонки». Может быть, причина была очевиднее, чем кажется?

2003
Чемпион против космонавта

С момента первого полета братьев Райт в 2003 году исполнялось 100 лет, и за это время авиация успела не только взлететь выше курицы, но и покинуть пределы земной атмосферы. И пусть времена энтузиастов-одиночек вроде Линкольна Бичи или Барни Олдфилда остались в прошлом, их авантюрные забавы не потеряли своей притягательности.

На этот раз истребитель Eurofighter Typhoon под управлением итальянского летчика-космонавта Маурицио Кели должен был побороться с Ferrari F2003-GA Михаэля Шумахера на летном поле аэропорта городка Гроссето.

Соперникам предстояло стартовать с места и преодолеть дистанцию 600, 900 и 1200 метров. Победа на самом коротком 600-метровом спринте далась Шумахеру с трудом: финишировав через 9,4 секунды после старта, он опередил Eurofighter только на две десятых секунды. «Я делал все точно так же, как во время старта гонки», – рассказывал потом гонщик. В следующем заезде, на дистанции в 1200 метров, Кели уже не оставил чемпионской Ferrari никаких шансов: 14,2 против 16,7 секунды. А на решающей 900-метровой дистанции соперников вновь разделили две десятых. Шумахер финишировал через 13,2 секунды после старта, а Маурицио… через 13,0.

История, произошедшая 71 год назад на летном поле римского аэропорта Литторио, повторилась вновь, и казалось теперь так будет всегда. Но что случится, когда автомобиль победит силу притяжения и сам поднимется в небеса? Разве не об этом нас предупреждали фантасты, и не об этом ли мечтал французский иллюстратор Альбеер Робида, нарисовавший этот рисунок в 1882 году, когда до создания первого автомобиля Бенца оставалось всего три года?