История счастливой старухи. Татьяна Пельтцер (14 фото)

Зрители встречали ее хохотом, а затем плакали. Несмотря на то что она всегда была гротескна, в ней не было ни грамма фальши…

Свои первые роли Татьяна Пельтцер сыграла еще в детстве. С рождения ее жизнь была заполнена театром. Родилась Таня в семье замечательного актера и режиссера, обрусевшего немца Ивана Романовича Пельтцера. Еще до революции он поставил несколько фильмов. А после много играл в театре в кино: "Белеет парус одинокий", "Медведь", "Большая жизнь"…

Именно он и стал для Татьяны первым и единственным учителем. В девять лет девочка выступила в роли Авдия в спектакле "Камо грядеше". А за работу в следующей постановке — "Дворянское гнездо" — впервые получила гонорар. Когда же в 1914-м, в десятилетнем возрасте, в частной антрепризе в Екатеринославле в спектакле "Анна Каренина" она играла Серёжу Каренина, некоторых дам выносили из зала без чувств. Настолько проникновенна была сцена прощания Анны с сыном, и настолько Таня вошла в свою роль.

Потом, она, правда, вспоминала: "Я не помнила себя от счастья, но, когда закрыли занавес, мой отец, он был хорошим актером, сказал, что я бы играла много лучше, если бы поменьше радовалась". Отец вообще был строгим критиком, к мнению которого Пельтцер всегда прислушивалась.

После революции она работала в Передвижном театре Политуправления. Потом были Нахичевань, Ейск и другие города.

А в конце 20-х годов Татьяна Ивановна влюбилась. Немецкий коммунист и философ Ганс Тейблер приехал в Москву учиться в школе Коминтерна. В 1927 году они поженились, а три года спустя переехали в Германию. Там Татьяне удалось устроиться машинисткой в Советское торговое представительство.

Но сцена искала ее. Известный режиссер Эрвин Пискатор, открывший в Берлине свой третий театр, предложил ей роль в спектакле "Инга" по пьесе Глебова.

Все, казалось бы, сложилось. И любовь, и работа. Но Пельтцер заскучала… Прожив вместе четыре года, супруги расстались. На всю жизнь они сохранили теплые отношения. Ганс женился на другой женщине, родившей ему сына, но долгие годы они с Пельтцер переписывались и встречались. И когда сын Тейблера приехал учиться в Москву, актриса с удовольствием принимала его у себя дома.

Сама же Татьяна Ивановна замуж больше не вышла, хотя романы, разумеется, случались. Однажды Пельтцер сказала: "Я очень рада, что мне уже не нужно думать о мужчинах с точки зрения их главного назначения. Но они до сих пор очень мне нравятся как партнеры и товарищи".

Вернувшись в Советский Союз, она порвала с прошлым — вновь взяла фамилию отца. А со сценой не порвала. В театре МГСПС (нынешний театр имени Моссовета) Пельтцер зачислили во вспомогательный состав, мотивируя это отсутствием театрального образования. А в 1934 году и вовсе уволили "за профнепригодность".

Актрисе вновь пришлось стучать пальцами по клавишам. Она устроилась работать машинисткой на завод им. Лихачева, где уже работал главным конструктором ее брат Александр. Но в 1936 году он оставил свой пост "по причине выезда из Москвы". Так объяснялось в бумагах… В то время таких "выездов" было много.

После этого Татьяне Ивановне тоже пришлось уйти с завода. Она уехала в Ярославль, в российский драмтеатр имени Волкова. Через два года Пельтцер вернулась в Москву и вновь проработала два года в театре МГСПС. А однажды узнала об открытии Театра Миниатюр. Компания подобралась замечательная - Рина Зелёная, Мария Миронова, Александр Менакер. В Театре миниатюр она проработала семь лет… Управдом, молочница, банщица - в эти образы актриса входила с удовольствием.

Тут до нее "добралось" и кино. Дебютировала Пельтцер маленькой ролью в комедии "Свадьба" (1943), затем была лента "Она защищает Родину". А первую большую роль — Плаксину в военной мелодраме "Простые люди" — Татьяна Ивановна сыграла в 1945 году. Но фильм застрял на полке - на целых 11 лет.

Всенародная же известность пришла к Татьяне Ивановне с ее переходом в Московский театр Сатиры. Роль Лукерьи Похлёбкиной в спектакле "Свадьба с приданым" была, как теперь говорят, знаковой. В 1953 году спектакль засняли на пленку и запустили на экраны. Фильм имел ошеломительный успех, а к Татьяне Пельтцер наконец-то пришла всенародная популярность. К тому моменту ей исполнилось 49 лет.

Потом будут комедии "Иван Перепелица" и "Солдат Иван Бровкин". После выхода на экраны "Бровкина" Пельтцер сразу же окрестили "матерью русского солдата" и присвоили звание заслуженной артистки. Потом последовал "Иван Бровкин на целине". Ей, никогда не имевшей детей, часто приходилось играть матерей и бабушек. Как играла она их в фильмах "Укротительница тигров", "Одиножды один", "Морозко", "Чудак из пятого "Б"", "Вам и не снилось", "Карантин"!

Дети Татьяне Ивановне верили. В театре сатиры актриса долгое время играла фрекен Бок в спектакле "Малыш и Карлсон". Говорят, что ее домомучительница никогда не казалась злой.

Человеком Пельтцер была весьма непростым. Она конфликтовала и с коллегами, и режиссерами. Однажды на собрании труппы обсуждали актера Бориса Новикова в связи с его пристрастием к спиртному. Пельтцер ехидно вставила "свои 5 копеек". "А вас, Татьяна Ивановна, вообще никто не любит, кроме народа!", — парировал обиженный актер.

Когда весь театр ходил на занятия по гражданской обороне, она иронично наблюдала. А на замечание об уклонении от занятий отвечала: "Ми-и-лай, я знаю, что тогда делать. Я три войны прошла".

Работать с ней было непросто. Перед началом спектакля Пельтцер орала на одевальщиц и гримерш… И даже влюбившись в кого–либо из своих партнеров, могла в любой момент наговорить ему резкостей.

В середине 60-х Плучек пригласил в театр молодого режиссера Марка Захарова. Пельтцер сразу же агрессивно высказалась в адрес Захарова "Ну что это такое! Когда человек ничего не умеет, он сразу лезет в режиссуру…" Однако первый же выпущенный Захаровым спектакль "Доходное место" изменил ее мнение о молодом режиссере.

Эпоха Захарова в театре стала и эпохой ее расцвета. В конце 60-х - начале 70-х она играла большие роли — Прасковью в "Старой деве", Марселину в "Безумном дне, или Женитьбе Фигаро", мамашу Кураж, фрекен Бок…. А апогеем стала роль тёти Тони в постановке Марка Захарова и Александра Ширвиндта "Проснись и пой!". В 1972 году Пельтцер получила звание народной артистки СССР.

С уходом Захарова в Ленком в воздухе что-то изменилось. Между Пельтцер и Плучеком начались размолвки. И уже в 1977-м она сделала рискованный шаг — перешла в Ленком. Это в 73-то года!

В Ленкоме Пельтцер сыграла немного: роль старухи Фёдоровны в пьесе Людмилы Петрушевской "Три девушки в голубом", роли Клары Цеткин и Надежды Крупской. Нет, не все в ее жизни было гладко. Однако она называла себя "счастливой старухой". Актриса обожала травить смачные анекдоты — память на них у нее была превосходной. Впрочем, она вообще обладала особой способностью запоминать детали, подмечать штрихи.

В свои 75, играя старух, она то прыгала с забора, то танцевала на крыше дома. Она плевала на рекомендации врачей, курила и пила крепчайший кофе. Пельтцер никогда не ходила медленно — только бегом! А в ее речи постоянно проскальзывал легкий матерок…

Но болезнь все-таки настигла Татьяну Ивановну. В последние годы своей жизни она стала терять память. И как-то попала в районную психиатрическую больницу. Душевнобольные жестоко избили Пельтцер. После этого благодаря старанию сотрудников Ленкома ее удалось перевести в хорошую клинику.

После лечения она вновь вышла на сцену. Специально для Пельтцер Марк Захаров решил поставить "Поминальную молитву". Роль старой еврейки Берты предполагала лишь несколько реплик. Актриса к тому моменту с трудом передвигалась и уже не могла запоминать текст, постоянно путая слова. Александр Абдулов, игравший сына героини, осторожно выводил Пельтцер на сцену… На глаза зрителей набегали слезы...

В 1992 году Татьяна Ивановна вновь попала в больницу, где упала и сломала шейку бедра. Она умерла, когда ей исполнилось 88 лет. Похоронили Пельтцер на Новодевичьем кладбище.

Две подруги, две великих женщины...