А город подумал: ученья идут... История одной песни (3 фото)

Случилось это так: 6 апреля 1966 года звено Капустина получило задание перегнать самолеты на другой аэродром. В тот день была непогода: небо затянули тучи. В середине дня самолеты поднялись в воздух, и поначалу все шло как надо. Но вдруг ведущий самолет, за штурвалом которого был Капустин, резко начал терять скорость. Из сохранившейся магнитофонной записи стало известно, что летчик решил возвращаться, о чем сообщил ведомому. В машине капитана отказали сразу два двигателя: самолет тянуло вниз, он отклонился от курса. Через разреженную облачность стал виден огромный город.

Очевидец В.Шрадер, который в это время работал на 25-этажном здании, позже рассказал, что видел, как на высоте примерно 1,5 тысячи метров из облачности вылетел самолет и начал падать. Он вновь поднимался и вновь падал. Пилот пытался выровнять почти неуправляемый самолет и отвести его за черту города, в лес, когда с земли поступила команда катапультироваться. Выглядевшая как лес, местность оказалась немецким кладбищем. В воскресный день Пасхи 6 апреля 1966 года оно было полно людей. Капустин понял, что самолет несется на них. В этот момент отказали переговорные устройства, и наземная служба уже ничего не знала о действиях пилотов. Остались записи внутренних переговоров на ленте черного ящика.
Командир сказал штурману: – Юра, тебе надо сейчас прыгать. Штурман Янов понимал, что выстрел его катапульты даст снижение высоты и так неуправляемому самолету. Он ответил: – Борис Владиславович, я с вами.
Летчики прекрасно понимали: если бросить управление самолетом, то от взрыва на земле тонны горючего, которым была заправлена машина, погибнет множество людей. Невероятными усилиями они уводили самолет туда, где виднелись река Хафель и озеро Штессензее. Вероятно, Капустин решил посадить самолет на воду, о чем предупредил штурмана. И Янов приготовился, отстегнув ремни. Внезапно перед ними возникла дамба с шоссе, по которому неслись автомобили. Летчик потянул рычаг управления и самолет, потеряв скорость, перевалился через дамбу и резко, с большим наклоном, ушел в воду, в толстый слой ила. На земле о месте катастрофы ничего не знали. Лишь рыбак на озере видел падение самолета. Самолет упал в английском секторе западного Берлина в нескольких сотнях метров от границы советского сектора, которая пролегала вдоль озера Штессензее. Английские саперы и водолазы извлекали самолет по частям с помощью кранов. Только на вторые сутки были обнаружены тела героев, оставшихся за рычагами управления самолета. Все это времявоеннослужащие Группы советских войск в Германии искали место аварии на своей территории.

Их похоронили на родине. А композитор Оскар Фельцман и поэт Роберт Рождественский написали песню, которую вначале предлагали исполнителям-мужчинам – Юрию Гуляеву, Муслиму Магомаеву и Иосифу Кобзону. Но в результате песня в аранжировке Александра Броневицкого зазвучала в исполнении Эдиты Пьехи, которое было названо одним критиком «самым мужским». В 1968 году на Международном конкурсе в Софии песня получила три медали: две золотые за исполнение и стихи и серебряную за музыку. Эта песня – лучший памятник героям.
Об этом, товарищ, не вспомнить нельзя:
В одной эскадрильи служили друзья.
И было на службе и в сердце у них
Огромное небо – одно на двоих...

На последних 2-х фото Мемориал Янову Ю.Н. и Капустину Б.В в авиамузее Эберсвальде-Финов