Как Израиль наказал Францию (2 фото)

45 лет назад, в 1969 году, израильские спецслужбы наказали Францию, угнав под Рождество ракетные катера из Шербура. Франция согласилась построить для Израиля ракетные катера типа Саар, но из-за арабо-израильского конфликта полностью заморозила франко-израильское военное сотрудничество. В ответ Моссад организовал операцию «Ноев ковчег» по угону нескольких ракетных катеров, уже оплаченных Израилем. Эта операцию подтвердила славу Моссада как одной из лучших спецслужб мира и в очередной раз показала миру, что Израиль — это государство, которое ставит на первое место национальные интересы.

Первоначально катера хотели построить в Германии (ФРГ). В 1962 году были проведены успешные переговоры с германским канцлером Конрадом Аденауэром. Германия, больная комплексом вины перед евреями (за 27 млн. русских в ФРГ почему-то особо не переживали), решила реализовать проект строительства ракетных катеров для ВМС Израиля. Контракт был подписан с бременской судостроительной компанией «Lurssen Werft». В основе проекта был германский торпедный катер типа «Ягуар» (проект 140 или Schnellboot 55). Спроектированный на его базе ракетно-артиллерийский катер имел длину 45 метров, стандартное водоизмещение 220 тонн, максимальную скорость 40 узлов и ракетно-артиллерийское вооружение (первые катера, построенные в Германии и во Франции, первоначально имели только артиллерийское вооружение — 40-мм артиллерийские установки). Созданный катер получил название «Саар» (в переводе с иврита — «Шторм»).

Однако большая политика вынудила Германию отказаться от этого контракта. В Германии для Израиля успели построить 3 первых катера. После этого разгорелся международный скандал. Аденауэр не хотел портить отношения с арабским миром, открыто осуществляя поставки современного оружия «израильским милитаристам». В итоге Германия отказалась от контракта.

Однако Германия не стала возражать против продолжения программы строительства ракетно-артиллерийских катеров по немецкому проекту где-нибудь в другом месте. Эстафету приняла Франция. Французская верфь Constructions Mechaniques de Normandie в Шербуре получила заказ на 12 катеров. Руководителем проекта «Шербур» (известен также как «Проект «Осень») стал бригадный генерал Мордехай Лимон. В Шербуре постоянно проживали около двух сотен израильских моряков и техников, которые принимали катера.

Франция в то время была главным поставщиком вооружений в Израиль, обеспечивая до трех четвертей всех поставок оружия еврейскому государству. Казалось, что проблем не будет. Весной 1967 года Израиль получил первые два катера. Правда, они не смогли принять участие в Шестидневной войне (война между Израилем, с одной стороны, и Египтом, Сирией, Иорданией, Ираком и Алжиром с другой, продолжалась с 5 по 10 июня 1967 года), так как их ещё не успели вооружить. Эта война стала поводом для ухудшения отношений двух держав. Франция после решения проблемы Алжира уже не нуждалась в поддержке Израиля и стала занимать всё более проарабскую позицию. Это сказалось и на военно-техническом сотрудничестве двух стран.

2 июня 1967 года французский президент Шарль де Голль, который хотел поддерживать с арабским миром стабильные отношения (роль черного золота с Ближнего Востока в то время серьёзно выросла), запретил поставлять Израилю «наступательное оружие». Однако этот запрет не распространялся на катера. В итоге Израиль получил до полного запрета 5 катеров из 12 заказанных.

Но затем ситуация вышла на другой уровень. 22 июля 1968 года палестинские боевики захватили самолёт израильской авиакомпании «Эль-Аль» и угнали его в Алжир. 26 декабря 1968 года арабские террористы из Народного фронта освобождения Палестины атаковали израильский авиалайнер в аэропорту Афин. В ответ израильское правительство провело ответную операцию устрашения (операция «Дар»). Израильское руководство планировало уничтожить самолёты арабских авиакомпаний в международном аэропорту Бейрута, что должно было заставить ливанское правительство отказаться от сотрудничества с палестинскими террористами, которые базировались в Ливане. 28 декабря 1968 года израильский спецназ уничтожил более половины ливанского гражданского воздушного флота (13 машин). Операция прошла блестяще. Никто из людей, как с израильской, так и с ливанской стороны, не пострадал.

В ответ Совет безопасности ООН осудил действия Израиля, некоторые страны ввели санкции в отношении еврейского государства. Среди стран, которые ввели санкции, была и Франция. Париж объявил полное эмбарго. Военно-техническое сотрудничество Франции и Израиля было полностью заморожено. Однако в Израиле уже оценили значение ракетно-артиллерийских катеров и не собирались их оставлять. Так, 21 октября 1967 года, в самом начале «Войны на истощение» (война между Египтом и Израилем 1967—1970 гг.), египетские ракетные катера типа «Комар» (первые в мире советские ракетные катера) с помощью 4 ракет П-15 «Термит» потопили израильский эсминец «Эйлат». Израильтяне были шокированы эффективностью нового оружия. Несколько небольших катеров утопили эсминец!

Это был первый в истории случай успешного применения противокорабельных ракет. Командование израильских ВМС осознало свою неготовность к ведению новой войны на море. Необходимо было развивать «москитный флот». Быстроходные ракетные катера типа «Саар» должны были стать ядром нового флота. Активизировались работы по завершению создания противокорабельной ракеты «Габриэль».

Поэтому 4 января 1969 года экипажи двух построенных и остававшихся в Шербуре израильских Сааров просто увели катера. Они прибыли на катера, подняли военно-морские флаги Израиля и спокойно ушли в море. По словам М. Лимана, «они получили приказ следовать в Хайфу, ведь они принадлежат нам». Проведённое служебное расследование не дало положительных результатов, местные жители и специалисты Шербура, а также директор верфи сообщили, что ничего не знали об эмбарго, поэтому не препятствовали израильским экипажам.

Пять катеров в порту Хайфы

Однако в Шербуре осталось ещё 5 катеров. С Тель-Авивом вели переговоры о компенсациях, но Израиль хотел получить корабли, а не деньги. Спецслужбы получили карт-бланш на операцию. Глава израильского правительства Голда Меир дала чёткие указания — в кратчайшие сроки решить вопрос с «изъятием» боевых катеров.

Израильские спецслужбы чувствовали себя во Франции хорошо, создав в предшествовавшее время прочную базу. Сначала прорабатывался план жесткой операции. Морской десант должен был проникнуть в Шербур, захватить катера, вывести в море и перегнать в Израиль. Однако против такого жесткого сценария выступил тогдашний министр обороны Израиля Моше Даян. Он не без оснований отметил, что такая операция вызовет большой негативный резонанс и серьёзно испортит и без того шаткое положение Израиля на международной арене.

Поэтому решили провести более мягкую операцию: вывести катера в море под законным предлогом. Израильские спецслужбы разработали операцию «Ноев ковчег». В Лондоне была зарегистрирована подставная фирма «Starboat». Одновременно Мордехай Лимон развил бурную деятельность, создавая видимость, что Израиль хочет получить хорошую компенсацию за катера. С французской стороной постоянно вели переговоры по вопросу подписания юридических документов для урегулирования вопроса. «Дымовую завесу» создали отличную. В Париже не сомневались, что Тель-Авив смирился. При этом М. Лимон тянул время, когда французы уже были готовы подписать документы, он находил какой-нибудь повод и урегулирование вопроса снова откладывалось.

10 ноября 1969 года израильский адмирал в очередной раз поднял проблему катеров. Он заявил, что израильское правительство наконец-то готово разрешить спор. 11 ноября Мордехай Лимон провёл встречу с руководством французской верфи. Израилю предложили большую компенсацию. Но адмирала компенсация снова не удовлетворила. М. Лимон направился в Париж, в штаб-квартиру управления закупок и поставок вооружений и военной техники Минобороны Франции, на встречу с генералом Луи Бонтэ.

Здесь в дело ввели новую фигуру. Норвежский судовладелец Оле Мартин Сием (Симм) согласился подыграть Израилю. Он вошел в состав совета директоров «Starboat» и подключился к переговорам с французами. М. Лимон и О. Сием по «чистой случайности» вместе оказались в Париже. Сием интересовался вопросом закупки для «своей» кампании, якобы занятой нефтеразработками где-то в Америке, оставшихся у Франции катеров, которые строились для Израиля. Оле Мартин Сием предложил выкупить катера, и его сумма на 5% превышала компенсацию, которую Франция предлагала Израилю. Французский генерал немедленно ухватился за «внезапно» появившееся выгодное предложение, клюнув на заброшенную удочку. Норвежский бизнесмен дал французам и «гарантию», что катера не попадут в третьи руки. Министр обороны Франции Мишель Дебре также был рад избавиться от проблемы и сделку одобрил.

В Шербур немедленно прибыла партия «норвежских моряков», которые отлично говорили на иврите. Дело облегчалось тем, что в Шербуре осталось несколько десятков израильских моряков из предыдущей израильской команды моряков и технических специалистов. Париж дал разрешение на использование израильских моряков в интересах «норвежской компании». Непосредственным руководителем операции был Эзра Кедем — морской офицер, который угнал три катера в январе 1969 года. Для длительного плавания (переход протяженностью 3000 миль) требовалось топливо и другие припасы. Всё было спокойно закуплено. Для того, чтобы приучить местных жителей к гулу мощных двигателей, каждую ночь моряки запускали несколько двигателей. В Средиземном море катера должны были встретить (для заправки) два судна — сухогруз «Леа» и судно для перевозки автомобилей «Дан». На них установили дополнительное оборудование и топливные цистерны. Экипажи судов составили из резервистов — выходцев из флота. Суда провели несколько тренировок с уже поставленными в Израиль катерами.

Угон был запланирован на 20.30 ч. 24 декабря 1969 года. В этот день французы должны были отмечать Рождество. Погода сильно подвела: дул сильный ветер, море штормило и шёл дождь. Для небольших судов выход в море в такой день мог закончиться печально. Но выбора уже не было. Французские спецслужбы заметили некоторую активность израильтян, но предпочли, как считается, не вмешиваться, чтобы не обострять ситуацию. Но такая пассивность не могла долго продолжаться. Начало операции только перенесли с позднего вечера на ночные часы. В 2.30 ночи механики наконец запустили двигатели, и катера медленно двинулись к выходу в море. Адмирал Мордехай Лимон провожал суда с пирса.

Вышедшие из Шербура катера шторм разбросал по морю. Только утром шторм стих, и катера удалось собрать вместе. У берегов Португалии катера заправились с судна «Леа». Вторая заправка произошла у Кипра. Через семь суток Саары благополучно прибыли в Хайфу. Операция завершилась полным успехом.

Событие вызвало противоречивую реакцию. Общественность в основном повеселилась, радуясь очевидному провалу властей. Правительство республики получило серьёзную пощёчину. Израильского адмирала Мордехая Лимона, который уже давно проживал во Франции, попросили из страны. Некоторые французские генералы лишились своих постов. Руководство верфи в Шербуре не пострадало, так как не отвечало за безопасность катеров.

К 1970 году все 12 катеров типа «Саар» получили ракеты «Габриэль» (они стоили больше, чем сами катера). Ракетно-артиллерийские катера составили ядро израильских ВМС и хорошо проявили себя в ходе арабо-израильской войны 1973 года.