Авария на Саяно-Шушенской ГЭС. Кого и как судят

Разрушенный машинный зал СШГЭС. 2009г.

28 Ноября 2014 5:5811
По сей день эта авария является крупнейшей в истории катастрофой на гидроэнергетическом объекте России.
По сей день эта авария является крупнейшей в истории катастрофой на гидроэнергетическом объекте России.
После аварии на Саяно-Шушенской ГЭС идет уже шестой год. С точки зрения законодательства, это переломный период, когда очень важно поставить точку в разбирательстве. Почему – поясним позже. А пока напомним о крупнейшем российском ЧП 2009 года и обратим взор на судебный процесс, который как раз подошел к финальной стадии.

Накануне приговора

Апокалипсис на электростанции случился 17 августа 2009 года. По сей день эта авария является крупнейшей в истории катастрофой на гидроэнергетическом объекте России. Она давно стала в один ряд с такими бедствиями, как взрыв на Чернобыльской АЭС. А при таком раскладе объявление виновных – дело уже не только правосудия, но и политики.

В Саяногорске служители Фемиды подошли вплотную к тому моменту, когда пора оглашать приговор. Позади – предварительное следствие и период, когда дело о ЧП были готовы прекратить. Непостоянство, которое вызывает сомнения в качестве расследования, все-таки, привело к череде заседаний, но теперь участники процесса ожидают оглашения приговора до конца года.

Следственный комитет инкриминирует обвиняемым часть 3 статьи 216 УК РФ. В которой, к слову, вообще, не говорится ни про гидротехнику, ни про электростанции. За «нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ» (а именно так именуется преступление в кодексе) предусматривает наказание до семи лет лишения свободы. И на прениях прокуратура выступили почти за максимальную меру, предложив для подсудимых руководителей СШГЭС по шесть лет и десять месяцев колонии общего режима каждому, невзирая на детали.

По данным следствия, авария стала результатом того, что обвиняемые «по небрежности в течение длительного времени допускали работу гидроагрегата N2 в неудовлетворительном вибрационном состоянии». В результате, по мнению экспертов,«…при увеличении амплитуды вибрации турбинного подшипника до 840 микрон при максимально разрешенном значении 160 микрон произошло разрушение крепления крышки турбины, что привело к ее отрыву и разрушению станции».

А компетентны ли эксперты?

Казалось бы, завершение процесса должно как минимум вызывать чувство некоего удовлетворения у тех людей, чьих судеб коснулась страшная трагедия. Но на самом деле, чем ближе к финалу суда – тем выше социальное напряжение. И вылилось оно теперь уже в официальное обращение генеральному прокурору России. Местные жители, работники Саяно-Шушенской ГЭС возмущены тем, как было проведено разбирательство. 476 подписавшихся открыто указывают на пробелы в разбирательстве и требуют тщательней выяснить причины бедствия.

Дело в том, что экспертиза вызывает массу нареканий. Проводила ее, по поручению следствия, коммерческая организация - «Центр независимых судебных экспертиз» Российского экологического фонда «ТЭХЭКО». Компетентность сотрудников этого учреждения в столь узком вопросе, который пришлось изучать – под вопросом. Факт: в состав экспертов не вошел ни один специалист, занимающийся исследованиями в области гидротурбостроения.

- КопаницаД.Г.(председатель экспертной комиссии),подтвердил на допросе, что он измерял вибрацию только при производстве взрывных работ,чем возмутил на суде участников процесса. Копаница Д.Г. является доктором технических наук, заведующим кафедрой металлических и деревянных конструкций Томского архитектурно-строительного университета по образованию строитель.Остальные эксперты не прибыли в суд вовсе и не предоставили каких-либо доказательств о том, что они владеют практическими навыками диагностики крупных высоконапорных гидроагрегатов.

Защита семерых обвиняемых настаивала и настаивает, быть может, не столько на реабилитации подсудимых, сколько на новом, более детальном разбирательстве.Тем более, что Копаница Д.Г., по словам адвокатов, на суде и сам скомпрометировал себя в качестве эксперта.

На допросе он подтвердил, что не обладает специальными знаниями, но они ему и не нужны, так как для проведения любой экспертизы ему достаточно только знаний законов физики. Тем самым он подтверждает, что не может быть экспертом, так как он не соответствует главному требованию к эксперту, а именно – быть специалистом. К тому же в заключении, составленном экспертной комиссией, не все соответствует законам физики.

В открытом письме Генеральному прокурору общественники солидарны с защитой и где-то возмущены в большей мере:

«Выступая в суде, председатель комиссии экспертов Копаница Д.Г. не смог ответить практически ни на один вопрос, касающийся эксплуатации гидроагрегата. Это и не удивительно, т.к. область его деятельности - деревянные и железобетонные конструкции».

Экспертиза построена на показаниях несертифицированной системе?

Выводы комиссии, проводившей экспертизы для суда не описывают полную картину с учетом всех возможных вариантов развития событий. Они сделаны, исходя из показаний датчика контроля вибрации, который, как предполагают общественники, вообще был неисправным. Он показывал значительную вибрацию… даже на неработающем гидроагрегате № 2!Кроме того, любой исследователь, получив неожиданный результат, прежде всего, проверит исправность измерительного средства, и лишь потом делает выводы.

Эта система вообще не была принята в эксплуатацию и оценка по её показаниям вибрационного состояния агрегата была не правомочна.

Не владея методикой обработки сигнала,без использования исходных осциллограмм вибросигналов, эксперты сделали заключение, что персонал завышал оценки вибрационного состояния агрегата.

Комиссия называет причиной аварии повышенную вибрацию в течение длительного времени, в то время как установлено, что обрыв шпилек крепления крышки турбины, произошел без сигналов по неисправности агрегата.

Свое видение произошедшего, в интервью еженедельнику Хакасии «Шанс»,озвучил руководитель Саяно-Шушенского филиала Корпоративного университета гидроэнергетики «РусГидро», кандидат технических наук Вадим Затеев. Он высказал три возможные причины ЧП:

- Во-первых – несовершенство конструкции, низкое качество изготовления и монтажа турбины. Во-вторых, недостатки проекта всей гидростанции. В-третьих, несовершенство нормативно-технической документации - перечислил он и коснулся истории работы гидротурбин Саяно-Шушенской ГЭС. В первые годы эксплуатации были выявлены серьезные проблемы, связанные с надежностью гидротурбинного оборудования. И основными причинами этих дефектов и повреждений явились: недостаточная предварительная изученность отдельных явлений; бескомпромиссное стремление к максимальному снижению затрат металла на один киловатт установленной мощности; неготовность разработчиков и технологов к созданию сверхмощной турбины; отсутствие должного внимания к опыту освоения гидротурбин на других ГЭС; низкое качество изготовления и монтажа гидротурбинного оборудования.А тогдашнее стремление запускать мощности к различным юбилейным датам и безоговорочному исполнению решений партии по срокам пуска агрегатов вынуждали вводить и эксплуатировать машины без должной доработки турбин.

Эти пояснения заставляют задуматься не только о вероятных судебных издержках в громком процессе, но и о равнодушии следствия к истинным причинам катастрофы. А значит – и к истинным виновным, которые реально допустили работу опасного оборудования.

Станция заработала снова. Безопасно ли это?

Буквально на днях пресса возвестила о том, что крупнейшая в стране Саяно-Шушенская ГЭС вновь заработала на полную мощность. После аварии, случившейся летом 2009 года, станцию восстановили и модернизировали. Но учтены ли ошибки, из-за которых произошла авария пять лет назад? Если допустить, что экспертиза прошла формально, то угроза десяткам, а то и сотням жизней по прежнему сохраняется. Если причина аварии не в усиленной вибрации одного агрегата (а эта теория может просто рухнуть под лавиной объективной критики), значит, истинная проблема может по-прежнему оставаться нерешенной.

Дмитрий Медведев, будучи Президентом РФ, в 2011 году на заседании Президиума Госсовета РФ, проходившем на СШ ГЭС, называя ГЭС «объектом гордости и скорби» ясно и прямо заявил: «…именно износ оборудования стал причиной нескольких крупных аварий и катастроф последних лет. Я имею ввиду … крупнейшую техногенную катастрофу на Саяно-Шушенской ГЭС в 2009 году…».Но в итоге есть ощущение, что исследования оборудования свелись к изучению вибрации и возможно, привлечению «стрелочников».

Очень символично, что суд вошел в финальную стадию почти одновременно с пуском последнего восстановленного агрегата ГЭС. Но юристы могут проследить и еще одну связь. Дело в том, что на исходе срок давности по тому преступлению, которое инкриминирует следствие. А это значит, что служители закона пред лицом всего государства считают своим долгом поставить точку и доложить о наказании виновных. Ведь в этом докладе нет надобности отражать те многочисленные нестыковки, которые возмущают общественность.

Побудить суд более пристально разобраться в вопросе едва ли сможет позиция защиты, на которую служители Фемиды могут попросту закрыть глаза. Общественность полагается на широкую огласку и открытость процесса для людей. И быть может, это повышенное внимание может предотвратить новые катастрофы.

Впрочем, не исключено, что на эту историю скоро обратит внимание и мировая общественность. Ведь если дальнейшие действия суда не будут достаточно понятными и убедительными, возможны апелляции в вышестоящих инстанциях. В том числе – и международных. С участием международных независимых экспертов.