БРЗК ССВ-33 «Урал» (12 фото)

Большой разведывательный корабль «Урал» — военный корабль, самый большой в мире корабль-разведчик, единственный корабль проекта 1941 «Титан» (по классификации НАТО — Kapusta)

По ряду причин, количество построенных в Советском Союзе боевых кораблей с ядерными энергетическими установками (ЯЭУ) оставляло желать лучшего. Более того, построенные корабли, начиная со второй половины восьмидесятых годов, стали жертвами политических, экономических и т.п. изменений в жизни страны. В результате сейчас в боевом составе ВМФ России имеется лишь один крейсер с ядерной энергоустановкой, а три другие находятся в отстое и ждут своей участи. Несколько лет назад решилась судьба еще одного отечественного корабля с ЯЭУ. В соответствии с решением командования военно-морского флота и министерства обороны, началась утилизация большого атомного разведывательного корабля ССВ-33 «Урал». Судьба этого уникального корабля сложилась самым неприятным образом. Он успел прослужить считанные месяцы и всего один раз выйти в поход.
Как известно, залогом успешного перехвата вражеской баллистической ракеты является своевременное обнаружение пуска и передача информации соответствующему подразделению. Для этого ведущие страны мира строили и продолжают строить радиолокационные станции предупреждения о ракетном нападении и запускают специализированные космические аппараты. Ввиду своего географического и военно-политического положения Советский Союз не имел возможности размещать РЛС предупреждения за пределами своей территории. В результате немалая часть планеты оставалась, что называется, белым пятном. Решением этой проблемы должны были стать новые корабли, оснащенные соответствующим радиолокационным оборудованием. Благодаря своей мобильности они могли бы находиться в нужном районе мирового океана, а радиолокационная станция, системы радиоразведки и вычислительный комплекс позволили бы таким кораблям выполнять обнаружение и сопровождение целей, прежде всего баллистических ракет.

На Балтийском заводе шутили: если постороннего человека завести на «Урал» и оставить во внутренних помещениях, он будет выбираться оттуда несколько дней. И правда, корабль не только был огромен, но и заключал в себе чрезвычайно сложную систему размещения служб и оборудования, состоявшую из 1500 помещений. Организация монтажных работ внутри этих лабиринтов представляла собой непростую управленческую проблему. Говорят, что лишь тогдашний директор Балтийского завода Виктор Шершнев свободно ориентировался внутри строившегося корабля.Поскольку большой атомный разведывательный корабль проекта 1941 был интересной целью для противокорабельного оружия противника, его решили оснастить комплексом оборонительного вооружения. На носу и корме проектом предлагалось ставить по одной артиллерийской установке АК-176М с автоматическим орудием калибра 76 мм. Для борьбы с высокоскоростными целями наподобие ракет корабли «Титан» должны были нести четыре автоматических пушки АК-630 калибра 30 мм. Список ствольного вооружения разведывательных кораблей завершали четыре установки «Утес-М» со спаренными крупнокалиберными пулеметами НСВ-12,7. Также на корабле предлагалось перевозить и использовать переносные зенитные ракетные комплексы и легкое противодиверсионное вооружение. В кормовой части корабля предусмотрели ангар и взлетную площадку для вертолета, например, Ка-32.В середине 1981 года на Балтийском заводе в Ленинграде состоялась закладка первого корабля проекта 1941, получившего имя «Урал». Помимо имени новый корабль получил бортовой номер ССВ-33. Примечательно, что литеры «ССВ» в номере говорили о принадлежности корабля к судам связи. Тем не менее, в ВМФ СССР не было такого класса кораблей и все имевшиеся «ССВ» фактически являлись разведчиками. Чуть позже планировалось начать строительство второго корабля проекта «Титан», но этим планам не суждено было сбыться. Более того, есть все основания полагать, что судьба второго корабля закончилась на этапе рассмотрения предложения о его строительстве. Строительство «Урала» заняла примерно два года, после чего начались ходовые испытания. Комбинированная силовая установка с атомными реакторами и котлами вызывала много нареканий. Кроме того, поступали предложения использовать элементы энергоустановки попеременно: выходить с базы и возвращаться на нее корабль должен был при помощи котлов, а на определенном удалении от берега переходить на ЯЭУ. Проверки этой идеи также заняли некоторое время.

В 1977 году все идеи по поводу большого разведывательного корабля для патрулирования на удалении от баз и слежения за пусками ракет вероятного противника были закреплены соответствующим Постановлением Совмина СССР, которым требовалось создать такой корабль. Также в документе говорилось о разработке комплекса средств разведки «Коралл». Проектированием самого корабля, согласно Постановлению, должно было заняться ленинградское ЦКБ «Айсберг», а к созданию «Коралла» привлекли около двух сотен разных организаций по главе с ЦНПО «Вымпел». Проект получил цифровой индекс «1941» и шифр «Титан».
Согласно некоторым источникам, при создании проекта 1941 активно использовались наработки, полученные при создании гражданских судов. К примеру, нередко утверждается, что основой для корпуса «Титана» стала конструкция некоего рудовоза. Подтверждений этой информации нет, но стоит учесть, что при проектировании и строительстве других судов с развитым радиоэлектронным оборудованием – кораблей измерительного комплекса, использовавшихся в космической программе – применялся именно такой подход. Вне зависимости от своего «происхождения», корабли проекта 1941 обещали стать, как минимум, одними из самых крупных отечественных судов. Уже на ранних стадиях проектирования сформировались габариты «Титана»: длина корпуса в 265 метров, ширина 30 и общая высота около 70. Расчетное водоизмещение корабля было на уровне 34-35 тысяч тонн. Таким образом, перспективные разведывательные корабли получались крупнее и тяжелее, чем новейшие тяжелые атомные ракетные крейсера проекта 1144 «Орлан».
Применение ядерной энергоустановки давало новому кораблю неплохие характеристики. Несмотря на значительное водоизмещение и размеры, он мог бы перемещаться со скоростью до 20-22 узлов, а дальность плавания была ограничена исключительно запасами продовольствия. При этом, согласно расчетам, экипаж из 923 человек (из них 233 офицера и 144 мичмана) мог бы находиться вдали от базы в течение 180 суток.
Над корпусом корабля предусмотрели крупную трехъярусную надстройку с жилыми помещениями, постами управления и целевой аппаратурой. На крыше надстройки поместили четыре мачты с местами для установки различных антенн, а также антенну главной РЛС под сферическим кожухом. Специально разработанный комплекс радиоразведки и радиолокации «Коралл» был сопряжен с несколькими радиоэлектронными системами, как то РЛС МР-750 «Фрегат-МА», МР-123 «Вымпел», МР-212/201 «Вычегда-У», «Неман-П» и «Атолл». Кроме того, для слежения за запусками имелся оптико-электронный комплекс «Лебедь». По некоторым данным, он оснащался оптической системой с диаметром зеркала около полутора метров. При таких параметрах «Лебедь» мог бы засекать пуск межконтинентальной ракеты с расстояния в несколько сотен километров. Для обнаружения подводных объектов корабли проекта 1941 должны были оснащаться гидроакустическими станциями МГК-335М «Аргунь» и МГ-747 «Амулет». Обработкой информации, в соответствии с проектом, должен был заниматься специальный вычислительный комплекс с двумя ЭВМ типа «Эльбрус» и несколькими ЕС-1046. Вероятно, на кораблях предусматривались и другие системы, но точный состав специального оборудования проекта «Титан» не известен до сих пор.

Стоит отметить, во время испытаний корабля «Урал» было выявлено множество недоработок и неполадок. Некоторые проблемы возникли с системами ядерной энергоустановки.
Не стоит забывать и о том, что «Урал» был атомоходом. ЦКБ «Айсберг» спроектировало его под свою классическую атомную энергетическою установку, применявшуюся на ледоколах, добавив лишь некоторое свойственное военной продукции добавочное резервирование. Не всегда все шло гладко. В период вывода на физический пуск одного из двух реакторов типа ОК-900 выяснилось, что одна из решеток, которая используется для его глушения, не работает в режиме самохода, то есть в случае аварии она не смогла бы автоматически заглушить реактор, как это случилось, например, во время катастрофы «Курска». Тогда было принято решение разобрать ядерный реактор прямо на Балтийском заводе, который находится на Васильевском острове, в пределах исторического центра Ленинграда. К тому же на дворе стоял 1987 год, и память о чернобыльском кошмаре была еще очень свежа. Неудивительно, что решение о разборке реактора далось нелегко и принималось на самом высоком уровне. Разборка велась методом гидроподрыва: внутрь реактора под большим давлением подавалась вода, и его крышка ступенчатыми движениями отрывалась от корпуса. К счастью, поскольку реактор еще не выходил на МКУ (минимальную контролируемую мощность), излучение от него было небольшим. Вскрытый реактор обследовали представители проектной организации - Горьковского КБ (ныне ОАО «ОКБМ Африкантов»), но причины дефекта не обнаружили. Несмотря на тяжелейшие условия проведения этой операции и ее технологическую сложность, решетка в режиме самохода так и не срабатывала - ее можно было опускать лишь принудительно, с помощью двигателя. В конце концов, было принято решение позволить кораблю ходить в море с этим дефектом, пусть он несколько и снижал ядерную безопасность «Урала».
Другая, история произошла, когда «Урал» находился на Кронштадтском рейде: внезапно вышел из строя циркуляционный насос одного из реакторов. Испытания были в разгаре, на заводе присутствовало множество представителей смежников, и руководство Балтийского завода не без оснований опасалось, что если корабль придет в Ленинград с аварийной ядерной установкой, то те же смежники откажутся на «Урале» работать. И тогда родилось решение поменять циркуляционный насос прямо на рейде. Ленинградские корабелы с этой задачей справились, хотя заменить восьми тонный узел при морской качке было невероятно тяжело После этого случая никаких серьезных «ядерных» неприятностей с «Уралом» уже не случалось.
Но больше всего досаждали постоянные поломки вычислительного комплекса. На борту нового разведывательного корабля было слишком много новейшей радиоэлектронной аппаратуры, чтобы все работало без сбоев. Исправление недочетов конструкции и выявление проблем заняло массу времени. В результате новый корабль ССВ-33 «Урал» вошел в состав военно-морского флота только в самом конце декабря 1988 года.
Когда «Урал» вышел на испытания, к 930 постоянным членам экипажа добавилось около полутора тысяч представителей предприятий-смежников, каждый из которых «окучивал» свой участок. В каютах, рассчитанных на три-четыре человека, спали по семь-восемь, а камбуз не справлялся с приготовлением пищи для этого человеческого муравейника.

на фото "Урал" и будущий "Нахимов"

Корабль имел построечный (постоянный) крен — 2 градуса на левый борт, что обусловливалось более развитой надстройкой именно на левом борту. Во время перехода корабля к месту дислокации и его нахождения в заливе Стрелок до пожара в 1990 г. этот крен компенсировался корабельными системами (датчики килевой и боковой качки), а также датчики прогиба корпуса показывали нормальное состояние.
* Благодаря своей уникальной конструкции «Урал» являлся единственным трёхмачтовым боевым кораблём в мире (если не считать входящие в состав многих ВМС учебные парусные корабли).
* В комплекс разведывательной аппаратуры корабля входил «фотоаппарат» с диаметром объектива около 1.5 метра.

6 января 1989 года на корабле был поднят Военно-морской флаг. Корабль получил бортовой номер ССВ-33.
В 1989 году был подписан акт государственной приемки корабля и начался его переход в порт приписки Владивосток.
В походе корабль-разведчик скрытно сопровождала наша многоцелевая атомная подводная лодка. А еще – множество самолетов и кораблей стран НАТО, которые терялись в догадках: зачем русским этот океанский гигант с космическим антеннами?
По пути на тихоокеанскую базу «Урал» на несколько дней зашел в порт Камрань, где тогда располагалась советская военно-морская база. Рассказывают, что во время стоянки во вьетнамском порту от бдительности караульных пострадала черепаха: ее приняли за диверсанта и обстреляли из противодесантного комплекса «Дождь». Вероятно, именно в ходе плавания через три океана (Атлантический, Индийский и Тихий) к официальной расшифровке индекса «ССВ» добавилась неофициальная: «Специальный спальный вагон», а также корабль обзавелся прозвищем «каютоносец». Несмотря на большую численность экипажа, габариты корабля позволили обеспечить морякам неплохие бытовые условия. Помимо удобных кают и кубриков на «Урале» были полноценный медблок, курительный салон, спортзал, две сауны с душами, бассейн и даже кинозал. Таким образом, на корабле было все для того, чтобы дать экипажу не только комфортные условия проживания, но и обеспечить его «культурной программой».
В то же время, большие габариты «Урала» сыграли с ним злую шутку. Как и несколько крупных крейсеров Тихоокеанского флота, он большую часть времени стоял не у причала, а на бочках. Тем не менее, и в таких условиях он смог стать флагманом 38-й бригады разведывательных кораблей Тихоокеанского флота. Примечательно, что ССВ-33 мог выполнять некоторые разведывательные задачи, находясь в порту или на бочках. Потенциал разведывательных систем позволял «видеть» все необходимые вещи и события в радиусе нескольких сотен километров. Имеются сведения, что, находясь в бухте Стрелок, «Урал» перехватывал переговоры американских и японских кораблей, находившихся в северной части Тихого океана. Тем не менее, основной задачей корабля оставались дальние походы и слежение за пусками ракет.
Во второй половине восьмидесятых годов в Советском Союзе начались преобразования, приведшие в итоге к распаду страны. Они сказались на состоянии военно-морского флота в целом и «Урала» в частности. Флот уже не мог позволить себе полноценное содержание и эксплуатацию сложного разведывательного корабля. Предлагалось разделить расходы между ВМФ и ПВО/ПРО. Однако все эти предложения так и остались на уровне разговоров. Вероятно, именно недостаток финансирования в итоге стал причиной первых бед корабля. Еще одной предпосылкой к дальнейшей печальной судьбе «Урала» иногда называется решение освободить от воинской службы бывших студентов, из-за чего экипаж корабля потерял массу молодых и грамотных специалистов.

Главный конструктор «Урала», Архаров М. А., получил за этот уникальный проект медаль и звание Героя Социалистического труда. Кроме того, будучи гражданским лицом он получил воинское звание «контр-адмирал»

В середине 1990 года на корабле ССВ-33 «Урал» произошел пожар. Предположительно в результате короткого замыкания загорелись кабельные трассы. Огонь перекинулся на агрегаты кормового машинного отделения. Пожар удалось потушить, но кормовая машина пришла в негодность. На ее ремонт уже не было денег. После этого инцидента ни о каких дальних походах речи уже не шло. Чуть больше чем через год случилась еще одна беда: сгорело носовое машинное отделение, на которое после предыдущего пожара легла вся нагрузка по обеспечению корабля электроэнергией. Теперь «Урал» потерял возможность выполнять какие-либо задачи. Реакторы стояли заглушенными, а питание жизненно важных систем шло от аварийных дизель-генераторов.
Помимо пожаров на борту «Урал» подвергался другим опасностям. Так, в 1990 году произошел печально известный пожар главного боезапаса Тихоокеанского флота. ССВ-33 в это время находился буквально в паре километров от складов, но экипажи корабля и подоспевшего на помощь буксира смогли отвести его на безопасное расстояние. Осенью 1991 года пострадавший от пожара «Урал» во время шторма сорвался с бочки и его стало дрейфовать. Вернуть обездвиженный корабль на место удалось только через несколько часов.
На протяжении всех девяностых годов большой атомный разведывательный корабль ССВ-33 «Урал» стоял на бочках, а затем у пирса в заливе Стрелок и ждал своей участи. Из-за финансовых проблем и отсутствия всяких перспектив экипаж корабля постоянно сокращался. Со временем ССВ-33 сделали плавучей казармой. Такие «обязанности» уникальный разведывательный корабль выполнял в течение нескольких лет. Судьба «Урала» решилась в начале двухтысячных годов. По результатам обследования конструкции и аппаратуры, а также анализа перспектив командование ВМФ приняло решение не восстанавливать корабль. Ремонт обошелся бы слишком дорого, да и аппаратура конца восьмидесятых уже не имела высоких перспектив. Поэтому ориентировочно в 2001 году корабль ССВ-33 поставили на прикол к пирсу в бухте Абрек (залив Стрелок). По иронии судьбы, рядом с «Уралом» стоял тяжелый атомный ракетный крейсер «Адмирал Лазарев» (бывший «Фрунзе»), принадлежащий к проекту 1144 «Орлан». Наработки именно по этому проекту активно использовались при создании разведывательного корабля.
Первый командир "Урала”, капитан 1 ранга Илья Кешков обращался за помощью к президенту России Борису Ельцину, но ответа не получил.

главная антенна уже без кожуха

В 2008 году состоялся тендер, после которого соседей по пирсу «разлучили». Крейсер остался на месте, где и стоит до сих пор, а «Урал» отбуксировали в город Большой Камень, на завод «Звезда». По имеющимся данным, утилизация корабля не началась до сих пор либо идет крайне низкими темпами. Руководители «Росатома» рассказали о возможном использовании агрегатов корабля ССВ-33 для ремонта других судов с ядерными энергоустановками. На тот момент сам «Урал» ждал начала демонтажа и резки.
Напоследок стоит сказать, что через пару лет после решения об окончательном списании «Урала» – в декабре 2004 года – на заводе «Северная верфь» (г. Санкт-Петербург) был заложен первый большой разведывательный корабль проекта 18280 «Юрий Иванов» (включен в состав Северного флота в конце 2014 года). Заложен второй корабля такого типа "Иван Хурс". Есть надежда на то, что новые корабли, несмотря на свои меньшие размеры по сравнению с проектом 1941, смогут хотя бы частично заменить списанный «Урал».