Морская пехота Северного флота. Где они - там победа (24 фото)

Сам гарнизон начинается с памятника военнослужащим 61-й отдельной Киркенесской Краснознамённой бригады, погибшим в Чечне. Под сотню фамилий. Говорят, морпехи сами спроектировали памятник и сами же приложили руки при возведении. Получилось, считаю, всерьёз и сурово.



Рассказывает майор десантно-штурмового батальона контрактников Олег Левченко:
— Есть у нас в Чечне своя высота — 1406, названная Матросской — в честь погибших друзей. Ранним утром 31 декабря 1999 г. 30 морпехов в жестоком бою отражали атаки 150 боевиков. Первыми погибли 4 офицера, в том числе и любимец батальона, балагур и хохмач Леша Милошевич, которого боевики добили из гранатомёта, а тело сожгли в стоге сена. Других раненых офицеров тоже расстреляли, выпустив одному лейтенанту в спину целый автоматный рожок. Авианаводчик, увидев казнь, застрелился сам.

...— Кровь погибших товарищей, вероятно, взывает не только к мщению, но и к тому, чтобы сделать конкретные выводы?

— Главный опыт второй чеченской кампании, как, впрочем, и первой, уроки которой были усвоены не до конца, заключается в следующем: чтобы успешно воевать, нужно постоянно заниматься боевой подготовкой. Возвратившись в заполярный Спутник, морские пехотинцы не расслабились. Во-первых, внесли предложения по реорганизации структуры соединения. Да, во вторую кампанию «белые медведи» отвоевали, можно сказать, успешно. В сравнении с 1995 годом потери личного состава удалось сократить в четыре раза. Однако, на мой взгляд, это стало возможным лишь потому, что на ОДШБ, образно говоря, работал фактически весь Северный флот. Приданный автотранспорт бесперебойно подвозил боеприпасы, топливо, продовольствие. Специалисты флотского ПГС, вооружённые аппаратурой космической связи, в любых условиях держали на «прямом проводе» не только командование группировки, но и Северного флота, который, и это, кстати, чувствовалось, напрягся «ресурсами». Ну а если, допустим, пришлось бы поднимать не один, а два, три батальона? Сможет ли один флот обеспечить свои элитные войска на все сто процентов?

Второе. Когда батальон убывал на Северный Кавказ, по опыту первой войны думали, командировка продлится максимум три-четыре месяца. Но прошло полгода, и начали возникать проблемы: людей надо менять, отводить на отдых. И тут хорошо было бы располагать ещё одним таким ОДШБ. Однако на деле получилось, что бригада имела всего лишь единственный батальон постоянной готовности. Остальные же – сокращённого состава. В итоге за девять месяцев в Чечне побывали около восьмидесяти процентов офицеров и прапорщиков соединения.

Две чеченские кампании, в которых участвовали североморские морпехи, доказали: бригада должна быть развёрнутой и иметь в своём составе как минимум два батальона постоянной готовности с полноценными «штатом по войне» и структурами обеспечения. Только это позволит держать подразделения в «форме».

Немаловажно и техническое переоснащение бригады. Боевая техника отслужила уже более десяти лет, требует замены. Кроме этого, необходимы ночные прицелы, эффективные средства связи. Словом, если все считают морскую пехоту элитными войсками, то и отношение к «чёрным беретам» обязано быть соответствующим. И в первую очередь в плане оснащения.

В России есть образцы современного вооружения, средств связи, экипировки. Остаётся только дать все это войскам. Но, честно говоря, я не уверен, что «чудо» случится, к примеру, завтра. Как всегда дело опять упрётся в финансовые проблемы. А война не признает фраз «не было возможности», «не в полной мере», «не успели»… Отговорки – смерть для тех, кто идёт в бой. В Чечне бригада морской пехоты Северного флота в этом убедилась сполна.

Командир Киркенесского Краснознамённого 61-го отдельного полка морской пехоты Северного флота гвардии полковник Алексей Маслов