8k
11 лет назад · 11 фото · 825 просмотров · 14 комментариев
Как Гитлеру воду отключили (11 фото)
Малоизвестный, но очень значимый эпизод войны. В результате данной диверсионной операции Гитлер НЕ стал обладателем ядерного оружия. Вопрос о том, применил бы он его или нет - не рассматривается. Конечно, применил бы.
Как бы все повернулось - неизвестно, история не знает сослагательных наклонений, направленных в прошлое. Он мог бы выиграть войну. Или положил бы миллионы.
По счастью, этого не случилось.
Итак, за забытых героев!
В этой истории есть все элементы первоклассного боевика: угроза уничтожения человечества, тайная операция, большой взрыв и даже Гитлер! От блокбастера она отличается только тем, что все это — правда! Итак, сага о том, как диверсанты лишили фашистов атомной бомбы.
Девятнадцатого ноября 1942 года погода над захваченной немцами Норвегией была скверная. Дежурный офицер люфтваффе рассчитывал на необременительное дежурство, поскольку низкие тучи, снегопад и шквальный ветер делали крайне маловероятным появление вражеских бомбардировщиков. Большая часть дня прошла действительно в полусне. Однако под вечер благостную атмосферу на командном пункте нарушил звонок из службы радиоперехвата: радисты обнаружили английскую речь в эфире. Враги панически сообщали открытым текстом: «Попали в метель. Сбились с пути. Началось обледенение». Немцы засуетились: у них не было на этом направлении радиолокаторов дальнего обнаружения, поэтому им приходилось полагаться лишь на бинокли и звукоулавливатели. Поднимать истребители в воздух в такую погоду было бессмысленно: они просто не нашли бы в небе цель. Однако по тревоге была активизирована вся наземная патрульная служба, усиленные отряды отправились на прочесывание местности. Их ждал сюрприз.
Эх, залетные!
Ранним вечером этого дня с аэродрома Вик в Шотландии поднялись в воздух два британских тяжелых четырехмоторных бомбардировщика «Галифакс», каждый из которых буксировал по планеру «Хорса». В этих планерах сидели 34 английских десантника из состава 1-й воздушно-десантной дивизии, добровольно согласившиеся участвовать в опасной операции «Фрешман». Ее сценарий был необычен и дерзок: при подходе к норвежскому побережью планеры должны были отцепиться и бесшумно доставить спецназовцев в окрестности местечка Рьюкан. Там отважным планеристам предстояло совершить одну из самых значительных диверсий в истории Второй мировой войны. Однако в тот раз судьба распорядилась иначе.
Эх, залетные!
Ранним вечером этого дня с аэродрома Вик в Шотландии поднялись в воздух два британских тяжелых четырехмоторных бомбардировщика «Галифакс», каждый из которых буксировал по планеру «Хорса». В этих планерах сидели 34 английских десантника из состава 1-й воздушно-десантной дивизии, добровольно согласившиеся участвовать в опасной операции «Фрешман». Ее сценарий был необычен и дерзок: при подходе к норвежскому побережью планеры должны были отцепиться и бесшумно доставить спецназовцев в окрестности местечка Рьюкан. Там отважным планеристам предстояло совершить одну из самых значительных диверсий в истории Второй мировой войны. Однако в тот раз судьба распорядилась иначе.
Тяжелые погодные условия привели к тому, что первый бомбардировщик потерял ориентировку в пространстве. Его пилоты полагали, что все еще летят над морем, а на самом деле уже пересекли линию берега. Над сушей самолет столкнулся с горой. Летчики бомбардировщика погибли, но планер успел совершить посадку на снег, при этом из восемнадцати десантников в живых остались четырнадцать. Второй «Галифакс», попав в низкую облачность и снежную бурю, запросил разрешения вернуться на базу, которое и было получено, но при развороте лопнул обледеневший трос, и планер оторвался. По возвращении в Вик экипаж бомбардировщика мог рассказать немногое: планер скрылся из виду в тумане, уходя вниз по пологой спирали. Десантников в Лондоне посчитали погибшими, однако на самом деле и этому планеру удалось приземлиться. Правда, из находившихся на его борту семнадцати человек уцелели только девять. Выжившие не бросили раненых товарищей, пытались унести их в горы. Но карательный отряд вермахта оперативно захватил экипажи обоих планеров. Раненых умертвили в госпитале в Ставангере, где врач безотлагательно сделал им укол воздуха в вены. Остальных пленных сразу расстреляли. Впрочем, по-немецки пунктуальное исполнение приказа Гитлера расстреливать на месте диверсантов, партизан и саботажников в данном случае сыграло с нацистами злую шутку. Когда чины государственной тайной полиции — гестапо — узнали о захвате британских солдат, они немедленно примчались, чтобы допросить их, но было уже поздно. Немцы так и не узнали, что планировали десантники и зачем им понадобилось такое количество толовых шашек и детонаторов, найденных среди обломков планеров.
Если бы не эта оплошность с допросом, судьба послевоенного мира могла бы оказаться совсем иной. Может статься, мы сегодня поминали бы не жертв атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, а испарившихся в пламени рукотворного солнца парижан, лондонцев или даже москвичей. Тот небольшой норвежский завод компании «Норск Гидро», уничтожить который должны были английские диверсанты, производил «тяжелую воду» — вещество, необходимое для успешного продвижения немецкой ядерной программы «Урановый проект». Цель этой суперзасекреченной программы была проста и величественна: дать Германии атомную бомбу к 1944 году. Впрочем, несмотря на повышенную секретность, партизаны сил норвежского Сопротивления узнали о планах Гитлера, сообщили союзникам, и те немедленно начали действовать. Трагический итог операции «Фрешман» стал лишь эпизодом полномасштабного сражения за «тяжелую воду», которое немцы в итоге проиграли.
«Тяжелая вода», как и обычная, не имеет ни вкуса, ни запаха, однако пить ее в чистом виде настоятельно не рекомендуется (впрочем, в микроскопических количествах она входит в состав любой минералки). «Тяжелой» воду делает замена стандартного атома водорода на атом дейтерия — тяжелого изотопа водорода с атомарной массой «2». В лабораторных условиях для производства одной тонны «тяжелой воды» необходимо переработать около 40 тысяч тонн воды обычной, потратив при этом 60 млн киловатт-часов электроэнергии. Кстати, «Норск Гидро» был возможен в Норвегии потому, что там, во-первых, много горных озер, содержание «тяжелой воды» в которых чуть выше обычного, а во-вторых, много дешевой энергии, добываемой на гидроэлектростанциях.
Что касается ядерного потенциала «тяжелой воды», то дейтерий в ее составе поддерживает распад обедненного урана-238 до крайне радиоактивного плутония-239. Это означает быстрое производство экономичного ядерного топлива. То, чего Гитлеру не хватало для полного конца света.
Итак, вернемся на год назад. Фактически операция по взрыву «Норск Гидро» началась декабрьской ночью 1941 года, когда над Норвегией выпрыгнул с парашютом капитан британского Управления специальных операций (УСО). Звали его Одд Стархейм, и на земле его ждали друзья из движения Сопротивления. Причиной зимней прогулки этого джентльмена стала информация, полученная в Лондоне еще в мае 1940 года. Британских экспертов тогда чрезвычайно обеспокоил тот факт, что в Норвегии немцы первым делом захватили завод государственного гидроэлектрического управления по производству «тяжелой воды». Британский экспедиционный корпус еще оборонял Нарвик, а оккупанты уже приказали руководству завода до предела нарастить производство.
В Лондоне было известно, что к тому моменту физики в Германии давно и успешно занимались исследованиями процессов деления атомного ядра, а в Бельгии немцами была захвачена половина всего мирового запаса урана (1200 тонн). Для создания «атомного котла» и превращения природного урана в оружейный плутоний-239 фашистам не хватало только замедлителя — этой самой «тяжелой воды». И они ее получили.
Одду Стархейму предстояло досконально выяснить все подробности, касающиеся завода к северу от Рьюкана. Сначала ему не повезло: в Осло Стархейм попал в руки гестапо, когда немцы ворвались ночью в приютивший его дом. Однако разведчику удалось бежать. Каждые несколько дней меняя убежище, благо сеть Сопротивления в Норвегии была хорошо развита, он добрался в Бесплодные горы (плато Хардангервидда), где располагался завод «Норск Гидро». Здесь ему предписывалось завербовать кого-нибудь из инженерно-технического состава.
Что касается ядерного потенциала «тяжелой воды», то дейтерий в ее составе поддерживает распад обедненного урана-238 до крайне радиоактивного плутония-239. Это означает быстрое производство экономичного ядерного топлива. То, чего Гитлеру не хватало для полного конца света.
Итак, вернемся на год назад. Фактически операция по взрыву «Норск Гидро» началась декабрьской ночью 1941 года, когда над Норвегией выпрыгнул с парашютом капитан британского Управления специальных операций (УСО). Звали его Одд Стархейм, и на земле его ждали друзья из движения Сопротивления. Причиной зимней прогулки этого джентльмена стала информация, полученная в Лондоне еще в мае 1940 года. Британских экспертов тогда чрезвычайно обеспокоил тот факт, что в Норвегии немцы первым делом захватили завод государственного гидроэлектрического управления по производству «тяжелой воды». Британский экспедиционный корпус еще оборонял Нарвик, а оккупанты уже приказали руководству завода до предела нарастить производство.
В Лондоне было известно, что к тому моменту физики в Германии давно и успешно занимались исследованиями процессов деления атомного ядра, а в Бельгии немцами была захвачена половина всего мирового запаса урана (1200 тонн). Для создания «атомного котла» и превращения природного урана в оружейный плутоний-239 фашистам не хватало только замедлителя — этой самой «тяжелой воды». И они ее получили.
Одду Стархейму предстояло досконально выяснить все подробности, касающиеся завода к северу от Рьюкана. Сначала ему не повезло: в Осло Стархейм попал в руки гестапо, когда немцы ворвались ночью в приютивший его дом. Однако разведчику удалось бежать. Каждые несколько дней меняя убежище, благо сеть Сопротивления в Норвегии была хорошо развита, он добрался в Бесплодные горы (плато Хардангервидда), где располагался завод «Норск Гидро». Здесь ему предписывалось завербовать кого-нибудь из инженерно-технического состава.
Еще в Лондоне Стархейму была дана агентурная наводка на Эйнара Скиннорланда. Этот инженер отнюдь не сочувствовал пронацистскому правительству Видкуна Квислинга, хорошо знал технологический процесс и размещение производственных помещений завода, к тому же, будучи уроженцем здешних мест, мог послужить проводником в окрестных горах. Стархейм должен был каким-то образом ненадолго вывезти норвежца в Лондон, чтобы с его помощью спланировать диверсию, а затем вернуть его назад. Вместе с силами Сопротивления была разработана отчаянная операция. Британец набрал небольшую команду норвежцев и научил их обращаться с огнестрельным оружием. В разных портах страны свежеобученные партизаны (Эйнар в их числе) в качестве обычных пассажиров сели на небольшой пароходик «Гальтерзунд» водоизмещением всего 620 тонн (сегодня двухпалубные речные теплоходы, курсирующие по Москве-реке и Волге, имеют большее водоизмещение). Когда на борт поднялся и сам Стархейм, он прошел на мостик и приказал капитану под дулом пистолета взять курс на Шотландию. Несмотря на то что кораблик вообще-то совершал каботажное плавание по норвежским фьордам из Кристиансанна в Берген и вовсе не предназначался для путешествий по открытому морю, большинство норвежских матросов патриотично согласились присоединиться к «пиратам». Неделю спустя, 17 марта 1942 года, «Гальтерзунд» благополучно подошел к причалу в шотландском Абердине. Эйнар был доставлен на место.
Буквально сразу же норвежский инженер вместе с полковником Вильсоном из УСО и руководителем организации «Свободная Норвегия» профессором Лейфом Тронстейном взялись за разработку сложнейшей операции по взрыву завода «тяжелой воды» в Рьюкане. Эйнар за одиннадцать дней прошел специальные тренировки, включавшие, например, прыжки с парашютом. Пожалуй, это был самый короткий и интенсивный курс подготовки агента за всю историю британского Управления специальных операций. Спешка объяснялась просто: уже 29 марта инженер спустился с парашютом на ледник в горах недалеко от Рьюкана. На рабочем месте он отсутствовал менее трех недель, так что сумел объяснить перерыв в работе болезнью. Немцы ничего не заподозрили.
Героический десант
Вскоре после возвращения Скиннорланда в Лондоне приступили ко второму этапу подготовки диверсии. 18 октября 1942 года четыре норвежских эмигранта, прошедших тренировку в британских специальных школах УСО, благополучно спрятали спустившие их с небес парашюты на родной земле. Это была так называемая группа «Ласточка». Теперь им предстояло добраться от места высадки в районе Веморка к Рьюкану. Чтобы соблюсти конспирацию, а в некоторых случаях и просто найти дорогу, группе потребовался почти месяц! Только к 6 ноября «ласточкам» удалось организовать временную базу в заброшенном лыжном домике недалеко от цели. Тяжелый путь по горам и ледникам заставил расстаться с большей частью продуктов, чтобы только донести взрывчатку. Все это время группа питалась лишь сушеным мясом. Лондон 9 ноября получил условный сигнал: «Три розовых слона». Нелепый позывной означал, что диверсанты наконец находятся рядом с поселком Рьюкан.
Героический десант
Вскоре после возвращения Скиннорланда в Лондоне приступили ко второму этапу подготовки диверсии. 18 октября 1942 года четыре норвежских эмигранта, прошедших тренировку в британских специальных школах УСО, благополучно спрятали спустившие их с небес парашюты на родной земле. Это была так называемая группа «Ласточка». Теперь им предстояло добраться от места высадки в районе Веморка к Рьюкану. Чтобы соблюсти конспирацию, а в некоторых случаях и просто найти дорогу, группе потребовался почти месяц! Только к 6 ноября «ласточкам» удалось организовать временную базу в заброшенном лыжном домике недалеко от цели. Тяжелый путь по горам и ледникам заставил расстаться с большей частью продуктов, чтобы только донести взрывчатку. Все это время группа питалась лишь сушеным мясом. Лондон 9 ноября получил условный сигнал: «Три розовых слона». Нелепый позывной означал, что диверсанты наконец находятся рядом с поселком Рьюкан.
Целью операции «Фрешман», описанной в начале этой статьи, было доставить им подкрепление. Однако, как ты уже знаешь, план провалился. Четверо диверсантов практически без снаряжения и еды поселились посреди ледяной пустыни. И все-таки они не теряли надежду. Скиннорланд снабжал их кое-какими продуктами, они охотились на то немногое, что обитало в Бесплодных горах, — и ждали.
Тем временем в Швецию, а оттуда и в Великобританию бежал главный инженер компании «Норск Гидро Электрик» — профессор Йомар Брун. От него английские эксперты получили фотографии цехов, электростанции и складов завода, позволившие построить копию «Норск Гидро» в Великобритании. На этом макете тренировали новую группу коммандос, которой предстояло решить судьбу битвы за «тяжелую воду».
Только к 16 февраля 1943 года подготовка была завершена, и подразделение из шести человек высадилось в 45 километрах от лыжного домика, где ожидали «ласточки». Четыре месяца они там старались выжить и уже находились на грани голодной смерти. Впрочем, и обмороженное подкрепление, плутавшее по горам девять дней, выглядело ненамного лучше. Изможденные диверсанты нуждались в отдыхе, но времени терять было нельзя. От Эйнара приходили тревожные вести об отправке партий «тяжелой воды» в Германию. Операцию решили проводить несмотря даже на увеличившуюся активность немецкой охраны и прибытие в район завода подразделений войск СС.
Тем временем в Швецию, а оттуда и в Великобританию бежал главный инженер компании «Норск Гидро Электрик» — профессор Йомар Брун. От него английские эксперты получили фотографии цехов, электростанции и складов завода, позволившие построить копию «Норск Гидро» в Великобритании. На этом макете тренировали новую группу коммандос, которой предстояло решить судьбу битвы за «тяжелую воду».
Только к 16 февраля 1943 года подготовка была завершена, и подразделение из шести человек высадилось в 45 километрах от лыжного домика, где ожидали «ласточки». Четыре месяца они там старались выжить и уже находились на грани голодной смерти. Впрочем, и обмороженное подкрепление, плутавшее по горам девять дней, выглядело ненамного лучше. Изможденные диверсанты нуждались в отдыхе, но времени терять было нельзя. От Эйнара приходили тревожные вести об отправке партий «тяжелой воды» в Германию. Операцию решили проводить несмотря даже на увеличившуюся активность немецкой охраны и прибытие в район завода подразделений войск СС.
За 36 часов до начала операции случился неожиданный инцидент. К лыжному домику вышли две пары влюбленных молодых людей, решивших прогуляться на природе. Следует признать, прогулка вышла насыщенной: из занесенной снегом хижины выскочили обмороженные мужики с автоматами и фактически взяли гулявших в заложники (хотя они, как норвежские патриоты, отнеслись к этому с пониманием).
Дальше последовали напряженные часы финальной подготовки: проверка снаряжения, облачение в британскую военную форму, чтобы в случае краха отвести подозрение от местных жителей, и обязательная раздача экстренной капсулы с ядом каждому диверсанту. Под вечер 26 февраля все было готово. Алое зимнее солнце на закате осветило величественный горный пейзаж. Бросив на него прощальный взгляд (что и говорить, половине группы он основательно намозолил глаза), диверсанты двинулись в сторону завода.
Практика большого взрыва
Около полуночи группа заняла позиции в 500 метрах от забора предприятия. 27 февраля в 3 часа ночи, после смены немецкого караула, началось выдвижение к назначенным целям. Гидроэлектростанцию и завод прикрывала с одной стороны неприступная отвесная скала, с другой было глубокое ущелье, по дну которого протекала река. Временный мост через ущелье длиной 75 метров освещался прожекторами и простреливался из пулеметов. Нечего и думать было перебраться по нему на другой берег. Значит, предстояло спуститься в ущелье и перейти вброд ледяную реку. Это было возможно благодаря падению уровня воды зимой. Шесть человек входили в группу прикрытия. В случае обнаружения они должны были обезвредить или хотя бы связать боем немецкую охрану до выполнения задачи основной группой. Последняя называлась «группой уничтожения» и состояла из четырех человек: двух свежих десантников и двух норвежских партизан из числа «робинзонов».
Дальше последовали напряженные часы финальной подготовки: проверка снаряжения, облачение в британскую военную форму, чтобы в случае краха отвести подозрение от местных жителей, и обязательная раздача экстренной капсулы с ядом каждому диверсанту. Под вечер 26 февраля все было готово. Алое зимнее солнце на закате осветило величественный горный пейзаж. Бросив на него прощальный взгляд (что и говорить, половине группы он основательно намозолил глаза), диверсанты двинулись в сторону завода.
Практика большого взрыва
Около полуночи группа заняла позиции в 500 метрах от забора предприятия. 27 февраля в 3 часа ночи, после смены немецкого караула, началось выдвижение к назначенным целям. Гидроэлектростанцию и завод прикрывала с одной стороны неприступная отвесная скала, с другой было глубокое ущелье, по дну которого протекала река. Временный мост через ущелье длиной 75 метров освещался прожекторами и простреливался из пулеметов. Нечего и думать было перебраться по нему на другой берег. Значит, предстояло спуститься в ущелье и перейти вброд ледяную реку. Это было возможно благодаря падению уровня воды зимой. Шесть человек входили в группу прикрытия. В случае обнаружения они должны были обезвредить или хотя бы связать боем немецкую охрану до выполнения задачи основной группой. Последняя называлась «группой уничтожения» и состояла из четырех человек: двух свежих десантников и двух норвежских партизан из числа «робинзонов».
В подвал под цехом электролиза, где находилось сердце завода — установка для получения очищенной окиси дейтерия, можно было попасть либо через сам цех, либо через запасной вход в подвал, либо через кабельную шахту. Оказалось, что немцы усилили охрану: возле каждой двери стояло теперь по паре часовых, снять которых без шума было невозможно. Поэтому решили пробираться ползком через узкий кабельный тоннель, таща за собой десятки килограммов взрывчатки. «Марш-ползок» прошел успешно: сняв решетку, группа бесшумно появилась в заветном подвале. Там над книжкой, освещенной скудным светом настольной лампы, идиллически дремал единственный охранник. В полутьме угадывались контуры лабораторной установки, нагромождение трубопроводов и резервуаров. После пробуждения сторожа с помощью дула автомата выяснилось, что он норвежец и… ничего не имеет против антифашистских диверсий!
Когда заряды были заложены и заработал часовой механизм, все бросились в тоннель, на прощание напутствовав сторожа: «Беги отсюда как можно скорее!» Обратная дорога показалась если не легче, то значительно короче. Вскоре диверсанты выбрались наверх, где их ожидала группа прикрытия, так и не сделавшая ни одного выстрела. До взрыва оставалось двадцать минут, которые пролетели мгновенно. Впрочем, подрывники успели удалиться на значительное расстояние. На последней минуте они встали и принялись считать секунды: 57, 58, 59… 60!
Когда заряды были заложены и заработал часовой механизм, все бросились в тоннель, на прощание напутствовав сторожа: «Беги отсюда как можно скорее!» Обратная дорога показалась если не легче, то значительно короче. Вскоре диверсанты выбрались наверх, где их ожидала группа прикрытия, так и не сделавшая ни одного выстрела. До взрыва оставалось двадцать минут, которые пролетели мгновенно. Впрочем, подрывники успели удалиться на значительное расстояние. На последней минуте они встали и принялись считать секунды: 57, 58, 59… 60!
Однако грохота не последовало. Все переглянулись в тревожном ожидании: «Что могло случиться?» Но тут раздался глухой звук, не сопровождавшийся огнем или дымом. Затем горы снова накрыла тишина. Был взрыв или нет? Удалась ли операция? Размышлять об этом не было времени. За пару недель британские коммандос прошли на лыжах более 400 километров по горам захваченной немцами страны, добравшись в итоге до нейтральной Швеции. Четверо норвежских партизан остались в окрестностях завода, чтобы проследить за результатом операции.
Победа
28 февраля из Норвегии в Лондон пришла долгожданная радиограмма: «Операция удалась!» Установка высокой концентрации и электрооборудование были полностью уничтожены. Немцы рассвирепели. Позже Клаус Хелберг вспоминал, что по приказу лично прибывшего в Рьюкан рейхскомиссара Норвегии Йозефа Тербовена были арестованы десять местных жителей, которых должны были расстрелять, если рабочие не выдадут «саботажников». Однако немецкое расследование быстро установило, что здесь действовали не партизаны-самоучки, а британские асы секретных операций, и на гражданских зло срывать не стали.
Победа
28 февраля из Норвегии в Лондон пришла долгожданная радиограмма: «Операция удалась!» Установка высокой концентрации и электрооборудование были полностью уничтожены. Немцы рассвирепели. Позже Клаус Хелберг вспоминал, что по приказу лично прибывшего в Рьюкан рейхскомиссара Норвегии Йозефа Тербовена были арестованы десять местных жителей, которых должны были расстрелять, если рабочие не выдадут «саботажников». Однако немецкое расследование быстро установило, что здесь действовали не партизаны-самоучки, а британские асы секретных операций, и на гражданских зло срывать не стали.
Даже через полгода после диверсии немцы так и не смогли восстановить завод для использования его на полную мощность, однако кое-что починить все-таки удалось…
И сразу же после этого 143 американских бомбардировщика В-17 сбросили на завод в общей сложности 711 бомб! Впрочем, шестьсот из них не попали в малоразмерную цель. Оставшаяся сотня уничтожила электростанцию и часть трубопроводов, хотя сам завод так и не был разрушен. Можно было бы провести новую диверсионную операцию, но усиленная немцами система охраны практически не оставляла шансов на успех. Правда, производство «тяжелой воды» теперь давало немцам считанные литры. Наработанные к тому времени запасы решено было от греха подальше переправить в Германию. Однако Сопротивление узнало и об этой операции. 20 февраля 1944 года трое агентов УСО пробрались на борт парома, груженного бочками с 15 тысячами литров «тяжелой воды» (большая часть запаса, выработанного заводом «Норск Гидро»). Заложенные агентами мины сработали на середине озера Тиннсе, утопив атомные надежды Гитлера на глубине 400 метров.
Так закончилось великое (хотя и мало кому известное до настоящего момента) противостояние норвежского Сопротивления и Гитлера, ничуть не уступающее по значимости обороне Севастополя или Курской битве. Если бы не норвежские диверсанты, ты, вероятно, перелистывал бы сейчас эту страницу четвертым щупальцем, почесывая третьим вторую голову… Впрочем, не факт, что это не было бы забавно.
Так закончилось великое (хотя и мало кому известное до настоящего момента) противостояние норвежского Сопротивления и Гитлера, ничуть не уступающее по значимости обороне Севастополя или Курской битве. Если бы не норвежские диверсанты, ты, вероятно, перелистывал бы сейчас эту страницу четвертым щупальцем, почесывая третьим вторую голову… Впрочем, не факт, что это не было бы забавно.
Все это прекрасно, но напрягает факт, что после 45-го года все эти Norsk Hydro, Hugo Boss, BMW, Porsche, Siemens и прочие так и остались существовать как н в чем не бывало - даже руководство не сменилось.
Глобальный предиктор :)
Звучит интересно
Да бредятина, немцы изначально пошли по ложному пути, отвергнув графит и сделав ставку на тяжелую воду. С диверсией или без диверсии, один фиг ядерную бомбу до конца войны они бы не создали.
Подобные статейки еще одна тухлая попытка возвеличить роль союзников в ВМВ...
через 10 лет будут писать что вообще только благодаря союзникам выиграли ВОВ
Поправлю не графит а углерод 14. Преобразование урана в плутоний при использовании в качестве модератора дейтерия вполне возможен , но невыгоден, да и технологии тогдашние не позволяли создать тогда ядерное оружие Рейху. Но в то время это было ещё неизвестно и опасность была серьёзная. Хочу добавить что основным производителем дейтерия был не концерн Норск Гидро, а Шведские компании чьи транспорты были потоплены ещё летом 1941 года, да и начиная с лета 1944 Германии было очень сложно получать грузы из Швеции - об этом не любят говорить, но Шведы до сих пор небезосновательно ( в свете действий во время 2 мировой) боятся русских субмарин и готовы принять за них стаю обычной сельди.
Ну как тухлая... Вы правда считаете, что их вклад в победу совсем незначителен?
Не было поставок вооружений, не было Северной Африки с Роммелем, не было консервов "2 Фронт", как их называли в войсках? Танков, самолетов, снарядов?
В голову мне не пришло бы принижать роль Советской Армии в победе над фашистской Германией. Знаете, вот мой УЧИТЕЛЬ - он умер уже, а был полковником медицинской службы, блокадником, я его спрашивал - А как началась война?
Да вот такой ответ.
Может немного собьюсь, по памяти цитирую.\
Кронштат. Он - студент военно - медицинской академии. Летняя практика. Я, говорит, в Кронштате стою на часах, на плече - винтовка, тяжелая, в руках учебник по нормальной анатомии. Из за горизонта встает солнце. Море - гладкое, даже волн нет.
Вдруг, со стороны Финляндии появились 2 самолета.
Я, он говорит, увидел только одно - на всей эскадре за этими самолетами поворачивались стволы зенитных орудий.
Не стреляли. Говорит, сменился, пошел спать. А потом тревога - бомбят Лнеинград.
Первое, что увидел, когда с катера прыгнул на пристань - -он говорил, что запомнилось на всю жизнь - улица, а по ней течет горящий сахар.
И льется в Неву.\
Еще раз, ВАРАЛЕКС, о чем тухлятина? Обоснуй уж.
Уже как лет двадцать пишут..
МЫ выиграли ЭТУ войну. МЫ победили!
как бы там не было но это всего-лишь вклад. а основная нагрузка была на Восточном фронте.
Можно до посинения воевать в Африке, но воюя там невозможно победить Гитлера в Европе, союзнички просто защищали там свои колонии. Да была поставка техники и прочего по ленд-лизу, но СССР платил за это золотом, это был просто бизнес. Если бы союзники хотели реально помочь, то почему не открыли 2 фронт в 41-м, а тянули хрен знает сколько лет? Почему в 39-м не защитили Польшу и как-то очень странно "воевали" с Германией, делая это только на словах и разбрасывая листовки вместо бомб?
Поведение союзников можно сравнить с поведением человека, который смотрит на драку прохожего с гопниками и только его подбадривает, а в конце, когда гопники все ушатанны, подходит и допинывает их вместе с прохожим. А потом спустя много лет рассказывает всем, что это именно он героически победил этих гопников. Вот поэтому и тухлятина.
Никоим образом не принижаю заслуг нашей страны в той войне. Да, МЫ победили. Но воевали все. Больше - меньше - другой вопрос.
Кстати, сравнение с гопниками очень удачное.
НО!
Ведь и там, в той же Африке, погибали люди. В конце концов они оттягивали на себя части вермахта.
То, что "через 10 лет будут писать что вообще только благодаря союзникам выиграли ВОВ" это конечно абсолютное свинство.
а по поводу ленд-лиза...
Да, кто то на этом сделал хорошие деньги.
А кто-то не вернулся домой. Прочитайте у Пикуля (вот уж кого нельзя обвинить в русофобии) "Реквием конвою PQ 17".
Да это сборище идеотизмов
«Да была поставка техники и прочего по ленд-лизу, но СССР платил за это золотом, это был просто бизнес.» -
СССР получил по Ленд Лизу – помощи на 11 миллиардов долларов, и за все потраченное в войне согласно протоколам мы не платили, оплатили только то что после войны решили оставить себе, могли вернуть все и не платить ни цента. То что оставили оплатили и это чуть больше (с учетом удешевления доллара в войну бутылка Кока колы стоила 5 центов сейчас вроде под доллар) 1%.
Что это за бизнес такой, когда на 99% сработали себе в убыток а 1% процент получали в течении 60 лет?
«Если бы союзники хотели реально помочь, то почему не открыли 2 фронт в 41-м, а тянули хрен знает сколько лет?» это тоже очередной бред.
В 1941 у Америки была 17-я по численности армия в мире (вроде тысяч под 300) Посмотрите на их танки в 1941. И этим они могли высадится против германии. Может в 1942? Так почитайте про Дьепский рейд когда 1400 немцев армии резерва в основном за 40 за пол дня разгромили элитный англо, канадо, америкосовский десаннт из 7000 солдат и 55 танков.
«Можно до посинения воевать в Африке, но воюя там невозможно победить Гитлера в Европе, союзнички просто защищали там свои колонии.» -
Так что это не помогло СССР ?
Вот не воюют они в Африке так Ромель со своим корпусом штурмует Москву.
Поведение союзников можно сравнить с поведением человека, который смотрит на драку прохожего с гопниками и только его подбадривает, а в конце, когда гопники все ушатанны, подходит и допинывает их вместе с прохожим. А потом спустя много лет рассказывает всем, что это именно он героически победил этих гопников. Вот поэтому и тухлятина.
Лучше посмотреть на это по другому.
Вы заходите к себе во двор и видите как вчерашние друзья гопники ( СССР и Германия) Стреляют друг в друга у вас во дворе, вы понимая что одни гопники (Германия) перебив других (СССР) сто % примутся за вас так как они уже били ваших родственников (Англия, Франция и.т.д.). Другие гопники тоже не ангелы и тоже досаждали людям (Финляндия) но с ними можно договорится, и они не представляют такой угрозы для как те что прессовали ваших родственников. У вас есть выбор побежать и геройски словить пулю размахивая голыми руками в перестрелке или подняться к себе в квартиру достать винтовку с оптикой и начать отстреливать плохих гопников с балкона (Бомбежки германии) и помогать хорошим гопникам патронами и оружием. Что по вашему лучше для вашей семьи, ваша геройская смерть или ваша победа в этой перестрелке?