Миллион за анонимку

Законопроект областного министерства финансов под названием «О денежном вознаграждении гражданам, предоставившим информацию о совершении работодателями отдельных правонарушений» внесен в областное Заксобрание и будет рассматриваться после 10 апреля. В первом пункте документа, опубликованного на сайте минфина, сразу заходит мотивирующая речь о денежном вознаграждении — его предлагается выплачивать всем, кто заявит на своего работодателя.
Нужно только предоставить «достоверную информацию о совершенных работодателями (их должностными лицами) преступлениях, налоговых и административных правонарушениях, совершением которых нарушается трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права и (или) не выполняются обязанности налогового агента по удержанию и (или) перечислению налогов».
Иными словами, закон дает возможность работникам жаловаться на руководство, которое, в частности, платит зарплату «в черную» и тем самым укрывает от бюджета налог на доходы физических лиц (НДФЛ). В документе оговаривается, что налоговые нарушения должны подтвердиться, а работодатель будет обязан отдать в бюджет укрытые деньги — и только тогда работник получит награду.
Ее размер составит 10 % от суммы укрытого. Максимум, что можно заработать на такой жалобе, — 1 млн руб. Также законопроект обещает конфиденциальность, информацию о личности заявителя будут хранить в тайне.
Губернатор Новосибирской области Владимир Городецкий обозначил причину возникновения этой идеи — хоть как-то пополнить казну уплывающими мимо налогами. «Проблема есть. Я благодарен минфину за активность, по крайней мере он ищет пути — как сегодня создать условия, чтобы недоимки по налогам практически не было. А она сегодня почти 4 млрд руб. Самый больной вопрос — это теневой оборот заработной платы. Его трудно оценить. Я могу сослаться на оценку, которую давало Министерство экономики РФ, — до 24 % оборота зарплаты проходит с отклонением от норм и правил», — сказал корреспонденту НГС.НОВОСТИ Владимир Городецкий.
В анонимной жалобе на работодателя губернатор не видит ничего предосудительного. «Это норма — когда мотивируют тех людей, которые добросовестны, и позволяют потом доначисления сделать, стимулировать их», — говорит Городецкий.
Само областное министерство финансов к моменту публикации статьи не успело прокомментировать ни причины своей инициативы, ни цели закона.
Депутаты Законодательного собрания, которым вскоре придется принимать или отклонять этот закон, отнеслись к нему неоднозначно и усмотрели в нем возможности для ложных доносов и сведения счетов. «Ведь, по закону, и тот, кто получает в конверте, тоже несет ответственность. Почему это не используется системно? Вы мне не нравитесь, я написал ложный донос, выезжает проверка налоговая, ничего не находит — можно при желании остановить работу любого предприятия», — рассуждает председатель комитета по бюджетной, финансово-экономической политике и собственности Законодательного собрания Виктор Осин. «С одной стороны я понимаю, что налоги нужно платить. А то, что призывать к этому [заявлению на работодателя] работников, — не готов комментировать, но думаю, что [это] не совсем правильно», — подхватывает зампредседателя Заксобрания Валерий Ильенко.
Текущий бюджет региона составляет в доходной части 101,4 млрд руб., в расходной — 112,7 млрд руб., дефицит — 11,3 млрд руб. Процесс его принятия проходил в разгар кризиса в конце 2014 года, депутатам и властям приходилось резать многие статьи расходов. «Только на текущие дела деньги есть, на капитальные вложения — что-то строить, что-то модернизировать — там мизер», — говорит Виктор Осин.
Не будет в этом году строительства многих поликлиник, инвестиций в крупные проекты, отменена программа 300-тысячных субсидий молодым семьям на покупку жилья, долг по которой достиг 800 млн руб.
В 2015 году, как ранее рассказывал губернатор, планировали начать проектирование продолжения Дзержинской ветки метро, но теперь эти работы свернуты как минимум до 2016 года. На сегодняшний день, по информации областного минфина, общая накопленная недоимка в консолидированный бюджет (бюджеты области, всех городов и поселений) — 4,6 млрд руб. Из них по сборам НДФЛ — более 700 млн руб., это только выявленное в ходе налоговых проверок. Сколько власти планируют собрать с помощью нового закона — остается неизвестным. «Трудно сказать», — говорит Городецкий.
Агентство ТАСС со ссылкой на главу УФНС РФ по Новосибирской области Алексея Легостаева ранее сообщало, что консолидированный бюджет ежегодно теряет 12–13 млрд руб. из-за «серых» зарплат.
Жалобы, анонимки и доносы занимают значительную часть в российской, советской истории. Еще со Средних веков на доносах во многом базировалась сфера государственной безопасности. «Доносчики понимали, что это не совсем хорошо. Более того, в Средневековье доносчиков пытали, чтобы при разбирательстве судебном они подтвердили свой донос», — рассказывает о нелегкой судьбе жалобщиков историк, сотрудник Института истории СО РАН Михаил Шиловский. «В России традиционно очень большое внимание, как в несвободной стране, обращалось на политические сигналы о неблагонадежности. Даже холоп мог на своего барина донести, [который мог] раскритиковать какие-нибудь действия власти, неважно — спьяну или трезвым», — замечает историк, доцент НГУЭУ Алексей Тепляков.
В советское время, напоминают историки, развилась целая индустрия доносов. «Что касается советского периода, там стучали все на всех. Вплоть до конца 80-х годов анонимные заявления принимали так же, как заявления атрибутированные, подписанные», — говорит Михаил Шиловский.
Случай с претензиями работника к своему работодателю, по мнению историков, для россиянина является неоднозначным — то ли это донос, то ли все-таки жалоба. «Донос — он анонимен, даже если тот, кто писал, указал свое авторство. А жалоба — она вполне легальна, человек имеет право жаловаться, с точки зрения защиты своих интересов финансовых, экономических», — размышляет Михаил Шиловский. «Если вы сообщаете о реальном преступлении, то вы совершаете свой долг гражданина. Если мы возьмем Запад, то там культура доноса очень развита, все бдительны. У нас же до сих пор [такое] считается неприличным», — резюмирует Алексей Тепляков.