Мир на пороге (6 фото)

В сентябре 1979 года американский спутник Vela, отправленный в космос специально для слежки за ядерными испытаниями СССР, зарегистрировал серию характерных всплесков и вспышек в... южной части Атлантического океана. Несмотря на достоверность наблюдений, до сих пор непонятно, что это было, причем гипотезы выдвигаются самые разные − от падения метеорита до секретных испытаний атомного оружия Израиля и ЮАР. Чем бы ни был вызван «Инцидент Вела», в разгар Холодной войны он лишь усилил взаимную подозрительность обеих соперничавших сторон.

Сигнал предупреждения получили не только РВСН. В полную боеготовность были приведены силы ПВО, в небо были подняты перехватчики и один из знаменитых самолетов NEACP, воздушных командных пунктов высшего руководства США на случай глобальной войны и разрушения наземных структур управления. Соединенные Штаты действовали по расписанию ядерного апокалипсиса.
Нас с вами эти приготовления вряд ли напугают − раз мы живы и читаем эти строки, значит все закончилось хорошо. Так и есть: сигнал о советской ракетной атаке был ошибкой системы предупреждения. Точнее говоря, «человеческим фактором». В компьютер Стратегического командного центра в горе Шайенн кто-то по ошибке загрузил информацию с учебной пленки, данные на которой симулировали массированное нападение со стороны СССР. Ошибка раскрылась, когда высшие руководители США получили реальные данные от спутников раннего обнаружения, работающих в программе обеспечения ПРО (Defense Support Program, DSP).

Этот шаг, кстати, тоже входит в «расписание апокалипсиса»: прежде чем выдать окончательную команду на ракетный контрудар, командование должно стопроцентно убедиться, что удар состоялся. На сей раз сомнения отпали быстро − спутники DSP, следящие за всей поверхностью Земли, не зафиксировали ни одного реального запуска. Так завершился первый − но далеко не последний – случай, когда мир ненадолго (и незаметно для подавляющей части человечества) колебался на грани гибели. С момента появления межконтинентальных баллистических ракет (МБР) и систем ПРО раннего предупреждения и СССР, и США, как минимум по два раза каждая из этих стран, фиксировали ошибочное нападение противника.

Следующий по времени инцидент случился менее чем через год после «истории с учебной пленкой». 3 июня 1980 года американское командование снова получило сверхсрочное и сверхсекретное донесение о нападении со стороны СССР. Командам, обслуживавшим шахтные МБР LGM-30 Minuteman, была дана команда приготовиться, в небо поднялись бомбардировщики. Дальше этого дело не пошло: внимательный осмотр поступивших данных позволил уверенно говорить об ошибке. Даже число якобы запущенных русскими ракет на них постоянно скакало.

Поначалу их было около 200, затем ни одной, затем − две... На разных командных пунктах эти цифры тоже не совпадали. И снова прямое изучение данных со спутников раннего предупреждения показало, что никакого ракетного старта не было. А дальнейшее расследование позволило выяснить, что случайные цифры выдавала одна сбоившая компьютерная микросхема − крошечный чип, едва не приведший цивилизацию к гибели.

Своя «безошибочная» система раннего предупреждения о ракетном нападении имелась и в СССР. Правда, построена она была на основе другого подхода: вместо того, чтобы с орбиты следить за подозрительными вспышками внизу, спутники нашей СПРН следили лишь за самым краем Земли. Эти данные считаются более надежными, здесь реже могут случиться события, которые могут быть ошибочно приняты за ракетный пуск. Зато когда МБР поднимается на высоту 10-15 км и выше, они становятся легко различимыми на фоне черноты космоса.

Чтобы постоянно держать всю Землю под присмотром и под нужным ракурсом, спутникам советской СПРН пришлось оказаться на очень необычной высокоэллиптической орбите, наклоненной к оси вращения планеты под 30 градусов. В самой дальней точке они удалялись от нее на 60 тыс. км, двигаясь над Северным полушарием, а в самой ближней − над Южным − оказывались буквально над самой Землей. Большую часть времени аппараты проводили над Европой и Северной Америкой, откуда могли следить за запусками потенциального противника.

Но 26 сентября 1983 года случилось страшное: взаимное положение спутников советской СПРН, американских наземных ракетных баз, за которыми они наблюдали, и Солнца, создало новый опасный инцидент. Большое количество солнечного излучения, отражаясь от высокой облачности, привело к засветке инфракрасных датчиков на спутниках и к ложному срабатыванию. Предупреждение получил оперативный дежурный командного пункта Серпухов-15 подполковник Станислав Евграфович Петров.

Перед офицером стоял нелегкий выбор. С одной стороны, система выдала сигнал о запуске нескольких ракет со стороны материковой части США. С другой... что-то в этом было очень подозрительное. Трудно сказать, как быстро подполковник Петров осознал проблему, но передавать сигнал вверх по цепочке он не стал, и инцидент затух. Лишь впоследствии он нашел объяснение: если б Америка действительно решилась на нападение, она вряд ли приступила к делу столь вяло, как рапортовали спутники СПРН: всего несколькими ракетами с одной-единственной базы...

Последний из известных случаев ложного срабатывания СПРН произошел 25 января 1995 года. На рассвете, когда самые нетерпеливые студенты уже вовсю встречали свой Татьянин день, советская система СПРН снова выдала сигнал о приближении американских ракет.

Старты были зафиксированы в море неподалеку от побережья Норвегии − и, в отличие от истории подполковника Петрова, они вполне вписывались в представление советского командования о том, как должно выглядеть нападение врага. Подводная лодка-ракетоносец делает залп ракет, взрывающихся высоко в воздухе, временно «засвечивая» наземные радары СССР и подготавливая более массированный удар, который идет следом. Все дополнительные проверки подтвердили: это наблюдение − не ошибка.

Опасаясь худшего, российские военные начали подготовку к полномасштабному контрудару по США. В боеготовность были приведены самолеты и ракеты − оставалось лишь отдать последнюю команду. Президент России Борис Ельцин впервые активировал «ядерный чемоданчик» − на самом деле, никакой «красной кнопки» в нем нет. «Чемоданчик» представляет собой устройство, хранящее секретные коды для приведения в действие ядерного арсенала, а также обеспечивающее связь с командованием РВСН.

Ельцин действовал не сразу, сомневаясь, и, как выяснилось, правильно сделал: вскоре радары показали, что хотя запуск и был самым настоящим, ракета направлялась совсем не в ту сторону. Это был просто старт «конверсионной» ракеты для проведения научных исследований полярного сияния. В носителе была использована первая ступень от тактической ядерной ракеты MGR-1 Honest John, из-за чего его и приняли за реальный боевой пуск.

По некоторым данным, проблему создали плохие коммуникации между армией и аппаратом первого президента России. Официальное предупреждение о старте из Норвегии Генштаб армии получил за несколько недель до инцидента − и он стал сюрпризом лишь для самого Ельцина, но никак не для военных.

Считается, что сегодня, после всех доработок и усовершенствований, после введения новых многоступенчатых процедур проверки на ошибку подобные инциденты невозможны. Да и вызовы в современном мире совершенно иные, куда более запутанные, нежели в мире, где противоборствовали всего две стороны.

Но покуда на вооружении остаются ядерные ракеты, системы предупреждения о нападении по-прежнему будут востребованы. А пока они останутся в строю, от новых ошибок стопроцентно никто не застрахован. По счастью, на нашей стороне по-прежнему остаются оба спасительных фактора − человеческий разум и штатное расписание.