О современных "неформалах"

Внемли, хипстер. От поколения отцов обращаюсь к тебе.

Мы, неформальная молодежь 90-х, были тебе предтечи. Мы – первое свободное поколение в новой России. Первое и последнее. Ибо ты, хипстер, фуфло, а не поколение. И сейчас я объясню, почему.

Вот, к примеру, был у нас журнал. Назывался *Забриски Rider*. Ты хоть понимаешь, причем тут Забриски и откуда взялся Rider? Да нихрена ты не понимаешь... Но это был журнал! Настоящий, бумажный. Там печатались такие материалы, как сейчас говорят, *в интернете не найдешь*. А тогда и интернета не было, прикинь?

У нас было радио. Представь себе: в FM-диапазоне передавали хорошую музыку. Радио *Ракурс*, например; чуть позже *Милицейская волна* (да, мы тоже угорали над названием). Но это радиостанции, которые можно было найти в эфире, покрутив ручку приемника. Когда ты в последний раз крутил ручку хотя бы от чего-нибудь?

Были женщины. Настоящие, живые, без депиляции. Были нежные девушки с фенечками. Были матерые тетки, которые хлебали портвейн из горла. Были боевые подруги, с которыми мы таскались повсюду и доверяли им, как самим себе. А ты доверяешь своей подружке, хипстер? У тебя подружка-то есть?

Герои, у нас были герои! И это не только Гребенщиков, но и такие реально подпольные ребята, как Александр Непомнящий или Веня Д'ркин. И еще *есть тут один парень, он поет голосом Егора натурально, ща включу мафон, я записал, когда мы сидели на кухне*. И нам не нужно было уточнять, какого Егора.

Ты вообще в курсе, что такое настоящая контркультура, хипстер?

Контркультура – это когда ты знаешь, что сдохнешь и о тебе никто не узнает. Все прочее это фуфло. Ты хоть что-нибудь подобное чувствовал в своей жизни, хипстер? Ты хотя бы видел людей, которые так чувствовали, так жили? Кого ты вообще видел, хипстер, кроме пусей-райт и художника-павленского?

А мы видели настоящих людей. Мы сами были такими, и это лучшее, что может случиться в молодости.

У нас была преемственность. Мы с обожанием глядели на олдовый пипл из 70-х и 80-х. Они называли нас *пионерами* и бухтели на нас по-стариковски – точно так же, как я сейчас на тебя. Но при этом мы с ними были одной крови, мы чувствовали живую связь. И это было дорогое чувство.

Мы все были заодно: хиппи, панки, толкинисты. Это было общее братство неформалов.

Плохое было тоже. Гопники лютые. Менты оборзевшие. Это сейчас ты, хипстер, любому в нос сунешь айфончик с визгом *я все снимаю, на ютуб потом выложу*. Тогда было малость иначе.

Ты пойми, хипстер, в наше время пипл запросто огребал люлей за внешний вид. За прическу, за джинсы-клеш, за пацифик, за серьгу в ухе. Просто за выражение лица. Теперь пойди, посмотри на себя в зеркало, подумай: как долго ты бы смог выжить на улицах 90-х.

А мы жили на улицах. Literally. У нас не было Жан-Жака, у нас был Эгладор и Арбат. Да и то, Арбат считался попсой. В лучшем случае – подвалы, вроде клуба Форпост, где надо было еще аскнуть бабла на билет или хотя бы надыбать флаер.

Да, нас тоже не устраивала окружающая реальность. Мы даже, смешно сказать, ругали Эту Страну – совсем как ты теперь. Только, в отличие от тебя, мы реально жили в Этой Стране, среди Этих Людей. Мы не отделяли себя от них, да и не могли бы отделить при всем желании. У нас было общее пространство кармы: одни и те же улицы, одни и те же подъезды. У нас была общая реальность, и реальность эта была жесткая. Но нам и в голову не приходило капризничать и чего-то требовать. Да, у нас было ощущение, что мы *другие*. Но у нас не было этих мажорских понтов, что мы *лучше*. И если многие из нас мечтали *свалить*, то это потому, что нам казалось: *там* совсем другая жизнь, можно сидеть на солнышке, играть рок-н-ролл и не получать по голове. Вот это было важно. Именно это, а не *честные выборы*, *уровень жизни* и *большие карьерные возможности*.

Мы боролись с этой реальностью, как умели. Точнее, мы оборонялись от нее.
Мы курили траву из Казахстана. Мы жрали грибы из Карелии. Мы тырили димедрол из бабушкиной аптечки. ЛСД считался шиком. Вся наша жизнь стоила дешевле, чем одна доза кокаина, которым ты ужираешься в сытую эпоху стабильности.

Лучших из нас сгубил героин. Средних добила водка. Остались те, кто остались: подстриглись, замаскировались, растворились. Ведут мемуары за чашечкой кофе своим детям о вчерашнем дне, а ты без гугла и не сможешь считать, откуда эта цитата, хотя это почти так же попсово, как Арбат.

Но главное, хипстер. Самое главное!

Нас совершенно не интересовала политика. Нас совершенно не интересовали деньги. Нас совершенно не интересовала карьера. Нас совершенно не интересовал социальный престиж. Нам нужна была только Свобода.
И да, мы с трудом помнили отчество у тирана. А всех прочих мы не знали даже по фамилии.

А теперь подумай, сколько имен и фамилий знаешь ты, хипстер. Сколько политиков, общественных деятелей, журналистов и блогеров засирают твой мозг ежедневно. Сколько болтовни ты пропускаешь через себя, искренне полагая, что это важно и нужно.

При этом ты балаболишь про Свободу, оскорбляя тем самым все что было дорого нам. Но жизнь твоя похожа на настоящую Свободу не больше, чем твоя стильная прическа сейчас на наши грязные патлы тогда. И пусть мы давно состригли наш хайр, и пусть хайратники наши истлели в прошлом, и пусть сегодня мы такие же цивильные, как ты, пусть сидим в одной и той же фейсбученьке с одними и теми же айфончиками, но нет, мы с тобой не одной крови.

Вот поэтому мы смотрим на тебя, хипстер, как на говно.

Мы были крутые. А ты – нет.