50k
11 лет назад · 7 фото · 1491 просмотров · 4 комментария
По следам атаки русских мертвецов: визит в Крепость Осовец (7 фото + 1 видео)
Нашел вот статью, хочу поделиться с вами. Надеюсь, что здесь еще не было.
Что можно увидеть за один день в Польше? Любой гид или просто бывалый турист, услышав такой вопрос, начнет долго и нудно перечислять исторические достопримечательности. Среди которых мы обязательно услышим: Королевский замок на Вавеле в Кракове, старый Гданьск — морские ворота Польши, может, нам даже предложат тур по рыцарским и шляхетским замкам. Но все эти удовольствия, предназначенные для более—менее состоятельных туристов, как правило рассчитаны на несколько дней, и исключают одно совершенно исключительное место… крепость Осовец. Старая крепость, построенная инженерами Российской Империи неподалеку от Аугустова, что в Польше, и по сию пору внушает трепет и уважение. Поэтому если у вас есть свободный денек, да желание, самое время навестить крепость — благо, от Вильнюса до фортификаций рукой подать.
— Скажите, пожалуйста, как проехать к крепости Осовец? — спрашиваю вот уже который раз. Подвела самонадеянность, да желание ехать по старинке — с картой и без системы навигации. Но сейчас от родного Вильнюса меня отделяет добрых двести километров, а я никак не найду тот заветный поворот, что должен вывести меня к самой крепости. Если карта не врет — комплекс фортификаций крепости вот вот должен был бы появиться, может, даже за следующим зигзагом узкой дороги. Должен был бы, если бы меня с полчаса назад не осенило — поехать напрямик и свернуть на гравийную дорогу. Мысль, конечно, прекрасная, но именно благодаря ей я заблудился, остается надеяться, что все пути в здешних краях ведут в Осовец. Но, надежда надеждой, а пока что…
— Скажите, пожалуйста, как проехать к крепости Осовец? — спрашиваю снова без особой надежды услышать ответ. Но сейчас удача, в лице обветренного местного «рольника» (по-нашему крестьянина), выдала мне правильный ответ. — Проше пана, воооооон там у того дерева надо свернуть налево, потом прямо, прямо, направо и прямо до самого конца — вон там и будет и музей и сама крепость — попыхивая папироской, говорит старый поляк. Километр, еще километр, начинаю чувствовать беспокойство — а вдруг старик решил пошутить над туристом и услал меня на дорогу, что в конце концов выведет меня на шоссе обратно к Вильнюсу? Ан, нет — и правда вот оно, здание музея, где можно найти гида, да и сам вход на территорию крепости неподалеку. Вот и первая неожиданность — территория крепости принадлежит польской армии. Первое правило туриста: желательно фотографировать только старые укрепления — никаких снимков современных зданий. Второе правило туриста в Осовце: можно гулять только в сопровождении гида, без гида дальше командно-пропускного пункта пройти не получится. Правило третье: если вы решили навестить крепость летом — нужно забыть о безрукавках и шортах. В подземных казематах холодно и влажно даже в жаркие месяцы, да так, что можно продрогнуть. Да и комары, которых в Осовце, расположенном на заболоченной территории, хоть отбавляй, спуску туристам не дают.
— Скажите, пожалуйста, как проехать к крепости Осовец? — спрашиваю снова без особой надежды услышать ответ. Но сейчас удача, в лице обветренного местного «рольника» (по-нашему крестьянина), выдала мне правильный ответ. — Проше пана, воооооон там у того дерева надо свернуть налево, потом прямо, прямо, направо и прямо до самого конца — вон там и будет и музей и сама крепость — попыхивая папироской, говорит старый поляк. Километр, еще километр, начинаю чувствовать беспокойство — а вдруг старик решил пошутить над туристом и услал меня на дорогу, что в конце концов выведет меня на шоссе обратно к Вильнюсу? Ан, нет — и правда вот оно, здание музея, где можно найти гида, да и сам вход на территорию крепости неподалеку. Вот и первая неожиданность — территория крепости принадлежит польской армии. Первое правило туриста: желательно фотографировать только старые укрепления — никаких снимков современных зданий. Второе правило туриста в Осовце: можно гулять только в сопровождении гида, без гида дальше командно-пропускного пункта пройти не получится. Правило третье: если вы решили навестить крепость летом — нужно забыть о безрукавках и шортах. В подземных казематах холодно и влажно даже в жаркие месяцы, да так, что можно продрогнуть. Да и комары, которых в Осовце, расположенном на заболоченной территории, хоть отбавляй, спуску туристам не дают.
— Скажите, пожалуйста, как проехать к крепости Осовец? — спрашиваю вот уже который раз. Подвела самонадеянность, да желание ехать по старинке — с картой и без системы навигации. Но сейчас от родного Вильнюса меня отделяет добрых двести километров, а я никак не найду тот заветный поворот, что должен вывести меня к самой крепости. Если карта не врет — комплекс фортификаций крепости вот вот должен был бы появиться, может, даже за следующим зигзагом узкой дороги. Должен был бы, если бы меня с полчаса назад не осенило — поехать напрямик и свернуть на гравийную дорогу. Мысль, конечно, прекрасная, но именно благодаря ей я заблудился, остается надеяться, что все пути в здешних краях ведут в Осовец. Но, надежда надеждой, а пока что…
— Скажите, пожалуйста, как проехать к крепости Осовец? — спрашиваю снова без особой надежды услышать ответ. Но сейчас удача, в лице обветренного местного «рольника» (по-нашему крестьянина), выдала мне правильный ответ. — Проше пана, воооооон там у того дерева надо свернуть налево, потом прямо, прямо, направо и прямо до самого конца — вон там и будет и музей и сама крепость — попыхивая папироской, говорит старый поляк. Километр, еще километр, начинаю чувствовать беспокойство — а вдруг старик решил пошутить над туристом и услал меня на дорогу, что в конце концов выведет меня на шоссе обратно к Вильнюсу? Ан, нет — и правда вот оно, здание музея, где можно найти гида, да и сам вход на территорию крепости неподалеку. Вот и первая неожиданность — территория крепости принадлежит польской армии. Первое правило туриста: желательно фотографировать только старые укрепления — никаких снимков современных зданий. Второе правило туриста в Осовце: можно гулять только в сопровождении гида, без гида дальше командно-пропускного пункта пройти не получится. Правило третье: если вы решили навестить крепость летом — нужно забыть о безрукавках и шортах. В подземных казематах холодно и влажно даже в жаркие месяцы, да так, что можно продрогнуть. Да и комары, которых в Осовце, расположенном на заболоченной территории, хоть отбавляй, спуску туристам не дают.
— Скажите, пожалуйста, как проехать к крепости Осовец? — спрашиваю снова без особой надежды услышать ответ. Но сейчас удача, в лице обветренного местного «рольника» (по-нашему крестьянина), выдала мне правильный ответ. — Проше пана, воооооон там у того дерева надо свернуть налево, потом прямо, прямо, направо и прямо до самого конца — вон там и будет и музей и сама крепость — попыхивая папироской, говорит старый поляк. Километр, еще километр, начинаю чувствовать беспокойство — а вдруг старик решил пошутить над туристом и услал меня на дорогу, что в конце концов выведет меня на шоссе обратно к Вильнюсу? Ан, нет — и правда вот оно, здание музея, где можно найти гида, да и сам вход на территорию крепости неподалеку. Вот и первая неожиданность — территория крепости принадлежит польской армии. Первое правило туриста: желательно фотографировать только старые укрепления — никаких снимков современных зданий. Второе правило туриста в Осовце: можно гулять только в сопровождении гида, без гида дальше командно-пропускного пункта пройти не получится. Правило третье: если вы решили навестить крепость летом — нужно забыть о безрукавках и шортах. В подземных казематах холодно и влажно даже в жаркие месяцы, да так, что можно продрогнуть. Да и комары, которых в Осовце, расположенном на заболоченной территории, хоть отбавляй, спуску туристам не дают.
Ураган огня и стали
Все приведенные выше правила я, конечно же, умудрился проигнорировать. Поэтому и продрог, и отдал дань комариному воинству, но все эти мелкие неприятности поблекли на фоне грандиозной драмы. Драмы, что развернулась здесь, на территории крепости, во время Первой мировой войны. Немецкие войска трижды штурмовали крепость, но гарнизон держался почти год. Шагаю по ухоженной тропинке — во время расцвета крепости то была дорога, по которой на передовые позиции перемещались войска, а в тыл несли раненых. Время стерло все следы ада, разверстого атакующими немцами над защитниками русской крепости. В памяти, словно сами собой, всплывают вошедшие в историю слова майора Спалека, напечатанные в польском журнале «Сапер и войсковой инженер»: «Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и стали». Неудивительно, что майору с трудом верилось в то, что крепость устоит. Ведь немцы привезли к Осовцу мощнейшую осадную артиллерию: «Большие Берты» и осадные мортиры «Шкода». Правда, после того, как русским артиллеристам удалось повредить или уничтожить две из «Больших Берт», немцы поспешили отвести остальные уцелевшие тяжелые орудия.
Все приведенные выше правила я, конечно же, умудрился проигнорировать. Поэтому и продрог, и отдал дань комариному воинству, но все эти мелкие неприятности поблекли на фоне грандиозной драмы. Драмы, что развернулась здесь, на территории крепости, во время Первой мировой войны. Немецкие войска трижды штурмовали крепость, но гарнизон держался почти год. Шагаю по ухоженной тропинке — во время расцвета крепости то была дорога, по которой на передовые позиции перемещались войска, а в тыл несли раненых. Время стерло все следы ада, разверстого атакующими немцами над защитниками русской крепости. В памяти, словно сами собой, всплывают вошедшие в историю слова майора Спалека, напечатанные в польском журнале «Сапер и войсковой инженер»: «Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и стали». Неудивительно, что майору с трудом верилось в то, что крепость устоит. Ведь немцы привезли к Осовцу мощнейшую осадную артиллерию: «Большие Берты» и осадные мортиры «Шкода». Правда, после того, как русским артиллеристам удалось повредить или уничтожить две из «Больших Берт», немцы поспешили отвести остальные уцелевшие тяжелые орудия.
Иду след вслед за гидом, и вот уже нас поглотила тьма коридора, ведущего к одному из казематов. Когда-то все тоннели были освещены, но время и мародеры не оставили от оборудования и следа, так что и проводник пан Мирослав, и я включаем фонарики. Становится прохладно, на сводчатых потолках блестят капельки влаги, а тьма сгущается. Пан Мирослав внезапно останавливается… оказывается, с этим туннелем, прозванным туннелем Смерти, связана легенда:
— Да, вот же здесь солдаты нашли тело своего капитана. Офицер влюбился в местную красотку, а та ему отказала, вот он и выстрелил себе в висок — хрипит Мирослав — в дрожащем луче фонарика гида тени на стене тоннеля приобретают самые невероятные очертания. На мгновение мне кажется, что вот он — капитан, кусая тонкие губы, подносит револьвер к виску — выстрел! Гул выстрела и шум встревоженных голосов нижних чинов… Но стоило крепко зажмуриться и наваждение прошло, лишь тени на стене продолжали кривляться в свете фонарика. Поворот, еще поворот, и туннель Смерти остался позади. Здравствуй, солнышко, и прощай, гид снова ведет меня во тьму очередного каземата. Шаг за шагом, все дальше и дальше мы углубляемся в недра каземата, луч фонарика выхватывает из вечной тьмы помещения: здесь солдаты спали, тут был арсенал, вон там — пороховой магазин. Вдруг пол коридора уходит у меня из под ног, зазевался и не заметил, что пол круто уходит вниз. К счастью, пан Мирослав успевает меня поддержать. Вот еще одно правило туриста в Осовце: внимательно смотреть под ноги, а не только по сторонам. Видимо, посчитав, что пациент созрел, проводник предлагает выключить фонарики, и в кромешной тьме, моментально нас поглотившей, я слышу еще одну легенду. Легенду о кровожадном призраке «Черной Даме» в крепости Осовец. «Черная Дама» из Осовца родилась на свет совсем не из-за несчастной любви романтический настроенной девушки к солдату или офицеру. Война родила призрака. Отчаявшись взять крепость приступом, немецкое командование решило выбить русских при помощи отравляющих веществ. И вот… темно-зеленый туман смеси хлора с бромом стеной потек на русские позиции и накрыл их. Солдаты, у которых не было противогазов, а таких, к сожалению, было большинство, погибли.
— Да, вот же здесь солдаты нашли тело своего капитана. Офицер влюбился в местную красотку, а та ему отказала, вот он и выстрелил себе в висок — хрипит Мирослав — в дрожащем луче фонарика гида тени на стене тоннеля приобретают самые невероятные очертания. На мгновение мне кажется, что вот он — капитан, кусая тонкие губы, подносит револьвер к виску — выстрел! Гул выстрела и шум встревоженных голосов нижних чинов… Но стоило крепко зажмуриться и наваждение прошло, лишь тени на стене продолжали кривляться в свете фонарика. Поворот, еще поворот, и туннель Смерти остался позади. Здравствуй, солнышко, и прощай, гид снова ведет меня во тьму очередного каземата. Шаг за шагом, все дальше и дальше мы углубляемся в недра каземата, луч фонарика выхватывает из вечной тьмы помещения: здесь солдаты спали, тут был арсенал, вон там — пороховой магазин. Вдруг пол коридора уходит у меня из под ног, зазевался и не заметил, что пол круто уходит вниз. К счастью, пан Мирослав успевает меня поддержать. Вот еще одно правило туриста в Осовце: внимательно смотреть под ноги, а не только по сторонам. Видимо, посчитав, что пациент созрел, проводник предлагает выключить фонарики, и в кромешной тьме, моментально нас поглотившей, я слышу еще одну легенду. Легенду о кровожадном призраке «Черной Даме» в крепости Осовец. «Черная Дама» из Осовца родилась на свет совсем не из-за несчастной любви романтический настроенной девушки к солдату или офицеру. Война родила призрака. Отчаявшись взять крепость приступом, немецкое командование решило выбить русских при помощи отравляющих веществ. И вот… темно-зеленый туман смеси хлора с бромом стеной потек на русские позиции и накрыл их. Солдаты, у которых не было противогазов, а таких, к сожалению, было большинство, погибли.
Их товарищи из других рот, хороня погибших, сложили легенду о «Черной Даме», что, появляясь из тумана, жестоко расправлялась с каждым защитником крепости. Кровожадный дух, как говорят местные жители, до сих пор время от времени бродит по подземным коридорам и казематам крепости, и горе тому, кто волей судьбы попадется ей на пути.
Еще десять минут, и мы снова на поверхности — выходим у одного из артиллерийских капониров. Как знать, может, именно отсюда русские артиллеристы накрыли залпом изготовившиеся к стрельбе «Большие Берты». Идем к казармам, здания прекрасно сохранились. Практически невозможно отделаться от ощущения, что вот-вот отворятся двери, на плац выбегут и начнут строится солдаты под надзором строгих офицеров. Время моего визита в крепость подходит к концу, и мы с паном Мирославом шагаем к пропускному пункту. Четыре часа пролетели незаметно, за плечами остались казематы крепости и множество ярких воспоминаний… и еще одна нерассказанная история.
Еще десять минут, и мы снова на поверхности — выходим у одного из артиллерийских капониров. Как знать, может, именно отсюда русские артиллеристы накрыли залпом изготовившиеся к стрельбе «Большие Берты». Идем к казармам, здания прекрасно сохранились. Практически невозможно отделаться от ощущения, что вот-вот отворятся двери, на плац выбегут и начнут строится солдаты под надзором строгих офицеров. Время моего визита в крепость подходит к концу, и мы с паном Мирославом шагаем к пропускному пункту. Четыре часа пролетели незаметно, за плечами остались казематы крепости и множество ярких воспоминаний… и еще одна нерассказанная история.
После химической атаки немцы пошли на штурм: 14 батальонов — не менее 7 тысяч пехотинцев. Когда немецкая пехота подошла к укреплениям крепости, им навстречу поднялись уцелевшие защитники первой линии — чуть больше 60 человек. Контратакующие выглядели страшно: с изувеченными газовыми ожогами лицами, замотанными в тряпки, сотрясаясь от жуткого кашля, выплёвывая куски лёгких на окровавленные гимнастёрки. Фактически, в последний бой поднялись люди, которые уже были мертвы. Неожиданная атака и вид атакующих насмерть перепугали немецких солдат, обратившихся в паническое бегство.
Вот собственные слова германского генерала Людендорфа: «8-я армия вдвинулась в узкое пространство между Наревом и Белостоком для взятия с юга Oсовца». 14 батальонов ландвера, не менее 7 тысяч человек, двинулись вслед за волной газов. Они шли не в атаку. На зачистку. Будучи уверенными в том, что живых не встретят. То, что произошло дальше, прекрасно описал публицист Владимир Воронов:
«Когда германские цепи приблизились к окопам, из густо-зеленого хлорного тумана на них обрушилась… контратакующая русская пехота. Зрелище было ужасающим: бойцы шли в штыковую с лицами, обмотанными тряпками, сотрясаясь от жуткого кашля, буквально выплевывая куски легких на окровавленные гимнастерки. Это были остатки 13-й роты 226-го пехотного Землянского полка, чуть больше 60 человек. Но они ввергли противника в такой ужас, что германские пехотинцы, не приняв боя, ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на собственных проволочных заграждениях. И по ним с окутанных хлорными клубами русских батарей стала бить, казалось, уже погибшая артиллерия. Несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка! Ничего подобного мировое военное искусство не знало. Это сражение войдет в историю как «атака мертвецов«».
Что такого увидели семь тысяч немцев? Если бы эти 60 человек стреляли — и пусть даже стреляли чертовски метко, а не как отравленные умирающие полулюди, — то их бы даже не заметили. Но эти 60 человек просто встали, шатаясь, каждый сам по себе, и молча пошли в штыковую атаку. И семь тысяч немцев побежали.
«Вот лежишь ты, раздираемый изнутри на куски, — реконструирует события уже наш современник, — если и ползет перед тобой по травинке муравей или плывут облака в небе, то никаких у тебя возвышенных мыслей, как у Болконского под Аустерлицем про Бога и душу, разве что кроме матерных, и не ждешь ты никаких приказов, и звание свое не помнишь, и чувствуешь только страшные боль и обиду. По правую руку от тебя одни мертвые, и по левую руку от тебя одни мертвые. Все мертвые. И ты мертвый. Остался ты, наверное, один, и жить тебе, может, осталось пять минут, в муках и кровавой рвоте.
И тут обожженными глазами ты видишь за зеленым туманом семь тысяч немцев. Сами идущих к тебе. Представляете, КАК они обрадовались?
Слышишь ли ты, что кто-то кричит команду, и нужна ли она тебе, мертвому? Знаешь ли ты, что встанешь не один, и есть ли для тебя разница? Остановит ли тебя пуля или три, если ты все еще можешь идти? У тебя есть целых пять минут, чтобы отплатить за свою смерть и за смерть всех своих товарищей, чтобы убить много, много немцев, целых 7 тысяч, и тебе надо торопиться, чтобы убить их побольше».
Думаю, злых людей немцы не испугались бы, осатанение на войне — дело обычное. И побежали они не как трусы, но как люди, увидавшие перед собой то, что живому человеку видеть не положено. Мертвых людей. Мертвых полуразложившихся людей, которые шли их убивать, в полный рост, через пули в упор. Торопились, колдыбали, падали, все равно ползли, и видно было, что они очень рады тебя видеть и очень хотят тебя убить. И действительно стали убивать. А когда немцы убежали, они умерли…
Крепость немецкие войска больше не штурмовали…
Была такая статья, но так раскрыта! Плюсую