Помощь соотечественнику

Хоть посадка и была очень жесткой, летчику удалось отделаться ушибами и царапинами. Вести о разгроме «Жемчужной Гавани» и объявлении войны до островитян еще не дошли, и они приняли жертву аварии по–гавайски гостеприимно.


Однако знавший о напряжении между странами «вождь» Калеохано на всякий случай разоружил незванного гостя. Переводчиком выступил однин из трех японцев, проживавших на Ниихау — Ёсио Харада. О реальной причине вынужденной посадки Нисикаити на острове местные жители узнали вечером того же дня из радиоэфира. К переквалифицированному в пленника «гостю» приставили вооруженного его же пистолетом охранника и разместили в доме у Харады. Чего не могли ожидать миролюбивые островитяне, так это того, что переводчик, японец по происхождению, но рожденный на территории США, с самого начала узнал об истинной причине аварийной посадки и решил помочь соплеменнику. 12 декабря Нисикаити и Харада напали и разоружили охранника. После неудачных попыток связаться с японской стороной по рации самолета они вломились в дом семейной пары Бена и Эллы Канахеле. Захватив женщину в заложники, японцы приказали мужу привести Калеохано. Однако Элле удалось повалить Хараду, а Бену зарезать Нисикаити. Харада от безвыходности пустил себе пулю в голову. Враг был повержен. Супруги Канахале выжили, хоть Бен и был трижды ранен во время схватки.

Последствия этого, казалось бы, малозначительного происшествия оказались куда более серьезными, чем можно предположить. Новость была напечатана во всех американских газетах. В официальных заявлениях военное руководство прямым текстом заявляло: «Япошка — это всегда япошка». Генерал Джон Л. ДеУитт, выступая перед Конгрессом, сказал: «Не имеет никакого значения являются ли они американскими гражданами — они всё равно японцы». Фактически инцидент послужил ключевым поводом для санкционирования Рузвельтом интернирования 120 тысяч японцев, 62% из которых имели американское гражданство, с западного побережья США. 1/16 японской крови было достаточно для насильственного помещения в концентрационный лагерь. Это повлекло нехватку японских рук в сельском хозяйстве, что в значительной степени ускорило массовую миграцию мексиканских рабочих.