Воспоминания о выборах 1995–2003 годов (8 фото)

Я уже один раз выбрасывал накопившиеся свидетельства истории. Было это в году этак в 94-м после того как закончилась моя депутатская эпопея. И вот теперь, выбрасываю то, что накопилось за последние 20 лет.

Я, конечно не Любарев с Шейнисом и не записываю досконально события своей жизни. Но куча официальных бумаг и заметок про бесчисленные выборы, в которых я участвовал в качестве члена комиссий, юридического консультанта, организатора гражданского контроля или просто представителя в судах, накопилась на моем балконе. Вот, разбираю и вспоминаю. Все бумаги выброшу, но кое-что сфотографирую, то бишь, как теперь говорят, оцифрую.

Вот 95-й год. Выборы в Государственную Думу. Я — член окружной избирательной комиссии № 204 (там же был и Аркадий Любарев, и еще несколько гражданских активистов, проявивших себя в начале 90-х). Куча бумаг, проекты решений, реальная борьба между кандидатами. В округе — 8 районов. ГАС «Выборы» еще не было, поэтому супрефектурские сотрудницы, лихо сложив все на калькуляторах, были неприятно удивлены, когда я принес в комиссию ноутбук и сказал, что все буду загонять туда (тогда еще не было нормального Excel, но был Works). Всю ночь мы с Любаревым и Андреем Касаткиным (ныне покойным) загоняли в Works протоколы 204-х УИК (совпало с номером ОИК). На следующее утро обрадовали 5 из 8 комиссий, что им придется переписывать протоколы.

Кандидатов было 12, и все — настоящие. И еще «Против всех». И борьба была настоящая. Посмотрите результаты на графике; это вам не нынешние выборы без конкуренции.

Как я писал в предыдущем посте, московские избирательные комиссии в 1995 году были реально сформированы общественностью. Поэтому там было много людей, которые еще не растеряли свой «перестроечный» пыл. В середине 1996 года должны были состояться выборы Президента РФ и одновременно — выборы Мэра Москвы. Укрепляющаяся московская бюрократия решила подойти к формированию комиссий более серьезно, чем ранее.

Председатель Московской городской избирательной комиссии Анатолий Валентинович Петров в 1995 году стал вице-премьером московского правительства и возглавил Департамент связи с общественностью (председателем МГИК вместо него стал Валентин Павлович Горбунов). Этот Петров в дальнейшем, десять с лишним лет, будет играть роль «идеолога» московской администрации, такую, какую в 2000-х Сурков будет играть в российской Администрации. Превращение московских выборов в фикцию во многом — заслуга А. В. Петрова. Сурков и вообще вся путинская команда позже очень многое заимствовала именно у лужковской администрации — и подчинение избирательных комиссий, и подчинение СМИ, и построение властной вертикали, и слияние власти с собственностью.

Так вот. В 1996 году в Москве были заново сформированы территориальные избирательные комиссии. И уж туда «перестроечников» не пустили. Ой, сколько было разговоров про то, что комиссии должны быть «политически нейтральными»! Под этим флагом комиссии стали придатком исполнительной власти, которая и образовала новую доминирующую политическую силу (через несколько лет она для видимости сформирует «реквизит» для электоральных спектаклей — «Единую Россию»).

Выбранная 1993-м году Московская городская Дума должна была переизбираться в 1995-м. Но она продлила себе полномочия, причем без особых возражений со стороны лужковской администрации, которая в 1995-м еще не была готова к серьезному управлению выборами. Зато в 1997-м администрация уже была во всеоружии: вертикаль, включающая не только префектуры и супрефектуры, но и ТИКи, и суды с местными предпринимателями была построена.

Забегая вперед скажу, что «список Лужкова» одержал решительную победу. Сама администрация называла этот список «мифическим», не желая признаваться в том, что существуют кандидаты, всячески ею поддерживаемые. В отличие от нескольких других опубликованных списков (например, от списка «ДВР-Яблоко-НДР») «список Лужкова» вычислялся по «косвенным» признакам. Например, «Центр Плюс» разместил фото Лужкова с 20-тью кандидатами, а «МК» просто опубликовал список кандидатов, «симпатичных профессионалам столичного хозяйства».

Собственно, это были первые постперестроечные выборы в МГД, когда административный ресурс был использован в полную силу. Результат не заставил себя ждать: 27 из 35-ти депутатов были кандидатами из списка «Лужкова». Как откровенно выразился главный редактор газеты «Тверская,13» М. Полятыкин «в Москве наконец были избраны такие органы представительной власти, которые не хамят и не скандалят, а работают, сотрудничают с исполнительной властью на благо горожан. Так что, с 1997 года и по настоящее время Мосгордума является небезвозмездным «сотрудником» исполнительной власти.

В апреле 1998 года состоялись дополнительные выборы депутата Государственной Думы по 197-му округу, соседнему с моим 204-м. В совокупности с результатами выборов по этому же округу в 1999 и в 2003 годах те выборы можно рассматривать как чисто поставленный эксперимент, доказавший полное доминирование московской администрации в одномандатных округах. Дело в том, что во всех трех упомянутых выборах участвовал генерал А. И. Николаев. Однако в 1998 году его поддерживала московская администрация и генерал фигурировал во всех местных СМИ во всевозможных ракурсах. Административная поддержка была столь явной, что многие кандидаты демонстративно отказались от борьбы, а семеро подали жалобу в суд, который, конечно, также, как и ЦИК РФ, не увидел нарушений. Генерал побил московский рекорд «поддержки» избирателей и набрал 62,5% голосов.

Через полтора года этот же генерал не был поддержан администрацией и набрал 17,9% голосов, а еще через 4 года — 19,6%, и сгинул в политическое небытие.

А вот 1999 год в Москве был богат на выборы.
Я опять попал в состав окружной избирательной комиссии № 204 по выборам депутатов Государственной Думы. Однако на этот раз у меня уже не было в ней таких соратников как А. Любарев и А. Касаткин. Понятное дело, я выставил свою кандидатуру на должность председателя окружной комиссии (как-никак опыт у меня был побольше, чем у любого другого члена комиссии). На первое заседание ОИК прибыли аж 3 представителя префектуры, которые «убедили» большинство, что председателем должен стать некто В. Н. Зырянов — Председатель правления ООО «Консультативная группа «Гильдиум». Кстати, в этом составе комиссии я впервые познакомился с Вартаном Саркисовым — политтехнологом, сыгравшем в дальнейшем немалую роль на московских выборах.

Московская власть в 1999-м году решила совместить выборы всех трех уровней. Федеральные выборы 1999 года были последними реально альтернативными выборами: тогда происходила последняя решительная схватка между двумя кланами вновь народившейся российской бюрократии — кланом Примакова-Лужкова («Отечество-Вся Россия») и кланом Березовского-Ельцина («Единство» («Медведь»)). Понятное дело, что при отсутствии бюрократического единства шансы были и у других политических сил (в дальнейшем на российских выборах не раз будет подтверждаться тот факт, что единственным шансом успешного выступления оппозиции на выборах будут разногласия в администрации, но об этом позже).

2000-й год в Москве отметился выборами нового Президента РФ и муниципальными выборами.

Про первые говорить не буду: я в них задействован не был. Помню только как местные демократы (скорее — те, кого называют «демшизой») предлагали мне поагитировать за преемника Ельцина, но я воздержался. Кстати, недавно ВЦИОМ сообщила, что 85% российских граждан считают, что самым большим достижением Ельцина было назначение Путина преемником, и я еще раз почувствовал, как я далек от вциомовского народа, ибо именно этот шаг Ельцина я считаю его самой большой ошибкой.

Несмотря на то, что московская бюрократия к 2000-му году уже очухалась от перестройки и стала доминирующей политической силой в Москве, у России еще оставался шанс, хотя бы потому, что в общероссийской бюрократии еще был раздрай. Но Путин, позаимствовав у Лужкова все способы строительства олигархического режима (и в конце концов убрав его руками Медведева), распространил политическую реставрацию на всю Россию.

В 2000-м году я много и плодотворно сотрудничал с Иреком Раисовичем Вильдановым, который на выборах Президента РФ был членом МГИК с совещательным голосом от Явлинского. Ирек Раисович после выборов выступил с ярким заявлением об электоральных нарушениях на пресс-конференции в Доме журналистов 24 мая 2000. Кстати, те выборы не страдали еще массовыми фальсификациями, которые мы увидели в Москве и других регионах на 7 лет позже.

Но на муниципальных выборах московская администрация уже чувствовала себя хозяином. А поскольку суды (в отличие от московской прокуратуры) тогда еще адаптировались не в полной мере, да и народные заседатели еще сидели за судейским столом и к ним можно было апеллировать, постольку в 2000-м году мы с Иреком Раисовичем умудрились добиться в суде беспрецедентного решения по району Марьино (см. фото). Председатель ТИК Марьино Сигал В. Н. — больше, правда, похожий на зиц-председателя Фунта — был привлечен к уголовной ответственности и амнистирован как участник ВОВ.

Полная адаптация московских судов произойдет в течение 2004 года — на следующих московских муниципальных выборах.
Еще пара наших совместных с Вильдановым выступлений состоялась в Московской области — в Пушкино и в Балашихе. Уже тогда Ирек Раисович выступил как активный борец за избирательные права граждан (см. фото).

В Балашихе нам вообще удалось заставить ТИК не только своевременно вносить данные в увеличенную форму сводной таблицы, но даже оглашать все данные из протоколов УИК. Это был триумф. Правда, недолговременный.