Николай Николаевич Раевский (13 фото)

Член Государственного совета. Был близко знаком со многими декабристами. Дружбой с Раевским гордился А. С. Пушкин. Единоутробный брат Петра и Александра Давыдовых; двоюродный брат Дениса Давыдова.

Николай Николаевич появился на свет 14 (25) сентября 1771 года в Санкт-Петербурге. Некоторое время спустя Екатерина Николаевна вышла замуж за генерала Льва Денисовича Давыдова. От этого брака у неё было ещё трое сыновей и дочь.
Николай рос преимущественно в семье деда по матери Николая Борисовича Самойлова, где получил домашнее воспитание и образование во французском духе (русским и французским языками он владел одинаково хорошо). Настоящим другом мальчика, фактически заменившим ему отца, стал брат матери граф Александр Николаевич Самойлов — видный екатерининский вельможа.

По обычаю того времени, Николая рано, в три года, зачислили на военную службу в лейб-гвардии Преображенский полк. А действительную службу он начал в 1786 году, в 14 лет. Юный гвардейский прапорщик был определён в армию генерал-фельдмаршала Григория Александровича Потёмкина — своего двоюродного деда по материнской линии. Светлейший князь так наставлял подопечного:
« Во-первых, старайся испытать, не трус ли ты; если нет, то укрепляй врожденную смелость частым обхождением с неприятелем. »
В 1787 году началась очередная Русско-турецкая война. Гвардии поручик Раевский волонтёром отправился в действующую армию, и был прикомандирован к казачьему отряду полковника В. П. Орлова с приказом от Потёмкина:
« … употреблять в службу как простого казака, а потом уже по чину поручика гвардии. »

Казачьи отряды выполняли главным образом разведывательные и сторожевые задачи, участвуя лишь в небольших стычках. Потёмкин видел в казаках прирождённых воинов и считал, что «казачья наука» станет для племянника хорошей школой. И действительно, «служба в казацком полку оказалась полезной для молодого офицера, приучив его смолоду разделять с простыми солдатами все трудности походной жизни».
Раевский участвовал в переходе через Молдавию, в боях на реках Ларга и Кагул, в осадах Аккермана и Бендер. За проявленные в эту кампанию смелость, твёрдость и находчивость Потёмкин поручил племяннику командование полтавским казачьим полком Булавы великого гетмана. 24 декабря 1790 года во время штурма Измаила героически погиб старший брат Александр Николаевич. Теперь Николай должен был в одиночку отстаивать честь своих славных предков. С турецкой войны он вернулся 19-летним подполковником.
В 1792 году Раевский получил чин полковника и, участвуя в польской кампании, заслужил свои первые боевые награды — орден Св. Георгия 4-й степени и орден Св. Владимира 4-й степени.

В 1794 году Раевский вступил в командование Нижегородским драгунским полком, славные боевые традиции которого отмечал ещё А. В. Суворов. Полк дислоцировался в южной крепости Георгиевск. Это был период временного затишья на Кавказе, и вскоре Раевский, взяв отпуск, отбыл в Санкт-Петербург для предстоящей женитьбы на Софье Алексеевне Константиновой. Летом 1795 года молодожёны вернулись в Георгиевск, где у них родился первый сын.
К этому времени обстановка на Кавказе накалилась. Персидская армия вторглась на территорию Грузии, и, выполняя свои обязательства по Георгиевскому трактату, русское правительство объявило Персии войну. В марте 1796 года Нижегородский полк в составе корпуса В. А. Зубова отправился в 16-месячный поход к Дербенту. В мае, после десяти дней осады, Дербент был взят. Полк Раевского отвечал за охрану путей сообщения и движения провиантского магазина. Вместе с главными силами он дошёл до реки Куры. В тяжёлых горных условиях Раевский проявил свои лучшие качества: «23-летний командир сумел сохранить во время изнурительного похода полный боевой порядок и строгую воинскую дисциплину».

В ночь на 24 июня 1812 года «Великая Армия» Наполеона вторглась на территорию России. Раевский на этот момент возглавлял 7-й пехотный корпус 2-й западной армии генерала П. И. Багратиона. Из-под Гродно 45-тысячная армия Багратиона начала отступление на восток для последующего соединения с армией М. Б. Барклая-де-Толли. С целью не допустить соединения двух русских армий, Наполеон послал наперерез Багратиону 50-тысячный корпус «железного маршала» Даву. 21 июля Даву занял город Могилёв на Днепре. Таким образом, неприятель опередил Багратиона и оказался к северо-востоку от 2-й русской армии. Обе стороны не имели точных сведений о силах противника, и Багратион, подойдя к Днепру 60 км южнее Могилёва, снарядил корпус Раевского, чтобы попытаться отбросить французов от города и выйти на прямую дорогу в Витебск, где по планам должны были соединиться русские армии.

Утром 23 июля у деревни Салтановка (11 км вниз по Днепру от Могилёва) начался ожесточённый бой. Корпус Раевского в течение десяти часов сражался с пятью дивизиями корпуса Даву. Бой шёл с переменным успехом. В критический момент Раевский лично повёл в атаку Смоленский полк со словами:
«Солдаты! Я и мои дети откроем вам путь к славе! Вперед за царя и отечество! »
Сам Раевский был ранен картечью в грудь, но его героическое поведение вывело солдат из замешательства, и они, бросившись вперёд, обратили противника в бегство. По легенде, рядом с Николаем Николаевичем в этот момент шли сыновья: 17-летний Александр и 11-летний Николай.
В момент решительной атаки на французские батареи взял их с собою в главе колонны Смоленского полка, причем меньшого, Николая, он вел за руку, а Александр, схватив знамя, лежавшее подле убитого в одной из предыдущих атак нашего подпрапорщика, понес его перед войсками. Геройский пример командира и его детей до исступления одушевил войска.
— Н. М. Орлов
Однако сам Раевский позднее возражал, что хотя сыновья и были с ним в то утро, но в атаку не ходили. Тем не менее, после сражения под Салтановкой имя Раевского стало известно всей армии. Он стал одним из самых любимых солдатами и всем народом генералов.

15 августа к Смоленску подошли 180 тысяч французов. В распоряжении Раевского было не более 15 тысяч, положение его было крайне тяжёлым. Ему предстояло удержать город хотя бы на один день до подхода основных сил. Ночью на военном совете было решено сосредоточить главные силы внутри старой смоленской крепости, но также организовать оборону и в предместьях. Николай Николаевич выехал за город, намечая расположения войск. Предполагалось, что основной удар неприятель нанесёт на Королевский бастион — центр всей оборонительной линии. Раевский поручил его защиту командиру 26-й пехотной дивизии генералу И. Ф. Паскевичу. Буквально за несколько часов Раевский сумел организовать оборону города. Здесь в полную силу проявились его организаторские способности и тактическая выучка.
Утром 16 августа под прикрытием артиллерии в атаку устремилась французская кавалерия. Она сумела потеснить русскую конницу, но удачно расположенная Раевским русская артиллерия, в свою очередь, остановила наступление французов. Тем временем в атаку пошла пехота корпуса маршала Нея. Тремя мощными колоннами во главе с самим маршалом она устремилась на Королевский бастион. Однако войска Паскевича сумели отбить нападение. К 9 утра к Смоленску прибыл Наполеон. Он приказал открыть мощный артиллерийский огонь по городу. Страшный шквал огня обрушился на защитников Смоленска. Позднее Ней предпринял ещё одну попытку штурма, но и она не удалась. К вечеру вражеский огонь стал стихать.
Если бы Наполеону удалось быстро овладеть городом, он мог бы, переправившись через Днепр, ударить в тыл разрозненным русским войскам и разгромить их. Эта угроза была предотвращена благодаря стойкости солдат Раевского. Ночью к Смоленску подошли обе русские армии. Изнурённый осадой корпус Раевского сменили свежие части корпуса Д. С. Дохтурова. На другой день сражение продолжилось, но Наполеон не сумел достичь поставленных целей: ни предотвратить соединение 1-й и 2-й армии, ни разбить их под Смоленском. 18 августа русские войска оставили город, предварительно взорвав пороховые склады и мосты.

29 августа командование русской армией принял Михаил Илларионович Кутузов. 7 сентября в 120 км от Москвы на Бородинском поле под его руководством было дано сражение, ставшее центральным событием всей войны.
Весь день накануне битвы солдаты Раевского сооружали на Курганной высоте земляные укрепления. На рассвете здесь расположилась батарея из 18 орудий. В 5 часов утра 7 сентября французы начали обстрел левого, менее сильного, фланга русской армии, где располагались Багратионовы флеши. Одновременно с этим завязалась упорная борьба на Курганной высоте. Французы, сосредотачивая силы для штурма высоты, переправили через реку Колочу две пехотные дивизии. В 9 часов 30 минут, после артподготовки, неприятель устремился в атаку. И хотя к этому времени восемь батальонов 7-го корпуса уже сражались на флешах, Раевскому всё же удалось остановить наступление французов на батарею.

Через некоторое время на штурм пошли уже три французские дивизии. Положение на батарее стало критическим. К тому же начала ощущаться нехватка снарядов. Французы ворвались на высоту, завязался ожесточённый рукопашный бой. Положение спасли подоспевшие на помощь и отбросившие французов солдаты 3-го Уфимского полка во главе с генералом А. П. Ермоловым. Во время этих двух атак французы понесли значительные потери, три генерала были ранены, один взят в плен.
Тем временем по левому флангу французов ударили казачьи полки Платова и кавалерийский корпус Уварова. Это приостановило французские атаки, и дало возможность Кутузову подтянуть резервы на левый фланг и к батарее Раевского. Видя совершенное изнеможение корпуса Раевского, Кутузов отвёл его войска во вторую линию. Для обороны батареи была направлена 24-я пехотная дивизия П. Г. Лихачёва.
Всю вторую половину дня шла мощная артиллерийская перестрелка. На батарею обрушился огонь 150 французских орудий, на штурм высоты одновременно устремились кавалерия и пехота неприятеля. Обе стороны несли огромные потери. Израненный генерал Лихачёв попал в плен, французский генерал Огюст Коленкур погиб. Батарея Раевского получила от французов прозвище «могила французской кавалерии». И всё же численный перевес врага сказался: около 4 часов дня французы овладели батареей.

Потери десятитысячного корпуса Раевского, которому пришлось выдержать удар двух первых атак французов на батарею, были огромными. По признанию Раевского, после боя он мог собрать «едва 700 человек». Сам Раевский, по его словам, «едва только в день битвы мог быть верхом», потому как незадолго до того случайно поранил ногу. Однако поле сражения он не оставил и весь день был со своими солдатами. За героическую оборону Курганной высоты Раевский был представлен к награде орденом Александра Невского с следующей характеристикой:

« Как храбрый и достойный генерал с отличным мужеством отражал неприятеля, подавая собою пример. »

После войны Раевский жил в Киеве, где был расквартирован вверенный ему 4-й пехотный корпус. Политика, придворные должности и официальные почести его не привлекали. По семейному преданию, он отказался от графского титула, пожалованного ему Александром I.

Скончался Николай Николаевич Раевский 16 (28) сентября 1829 года в селе Болтышка Чигиринского уезда Киевской губернии (ныне в Александровском районе Кировоградской области Украины) в возрасте 58 лет. Похоронен он в фамильной усыпальнице в селе Разумовка (ныне Александровского района Кировоградской области Украины). На его надгробной плите начертаны слова:

«Он был в Смоленске щит,
В Париже меч России.»