Женщины третьего рейха (7 фото)

Конечно же, личная жизнь вождей всячески скрывалась. Цензура третьего рейха была настолько жёсткой, что ни один простой смертный не мог узнать о любовных отно­шениях их вож­дя, который всегда повто­рял: «Моя жена — Германия». От­ношения Гитле­ра с его любовни­цей Евой Браун никогда не афи­шировались, ни в начале их свя­зи в 1929 году, ни до их совмест­ного самоубий­ства в 1945-м.

Однако по сей день людям ин­тересно узнать любую подробность о возлюб­ленной фюрера.
Они познакомились, когда Еве было 18, а ему 40. Она обладала заурядной внешно­стью и банальным именем. Но вряд ли известная фраза её возлюбленного о том, что у мужчины с высоким интеллектом должна быть прими­тивная и глупая женщина, от­носилась к ней. Нет, Ева не была примитивной, если смогла быть рядом с фюре­ром значительную часть сво­ей недолгой жизни, в окруже­нии аристократок, с велико­лепной внешностью и изыс­канными манерами.

Для Евы встреча с Гитле­ром стала роковой. Она была «порядочной девуш­кой» и мечтала о замужестве. Но замужество ей «не свети­ло» — лидеру нации оказа­лось не до того. И она сми­рилась и была счастлива ос­таваться просто подругой ве­ликого человека. Кстати, только через несколько лет их знакомства Гитлер допус­тил интим с Браун, после чего возлюбленной была предос­тавлена маленькая квартир­ка.

Ева Браун обладала «страшным» для идеологии пороком — имела работу, что никак не соответствовало нацистскому мировосприя­тию, где женщине отводилась исключительно роль домохо­зяйки. Когда Браун встрети­ла Гитлера, она работала продавцом, а также была ученицей и помощником Генриха Гоф­мана, при­дворного фо­тографа нацистской партии. Поз­же Ева стала личным сек­ретарём Гит­лера и даже числилась в партийных списках. И хотя Браун была предана Гит­леру, внутренне она не раз­деляла политику нацистов в отношении женщин. Но от­крыто возразила только од­нажды, в январе 1943 года, услышав о том, что отныне запрещены химические за­вивки и прекращен выпуск косметики. Реакция Гитлера на подобное проявление не­повиновения осталась неиз­вестной.

И всё-таки залогом долгих и благополучных отношений Браун и Гитлера явилось, наверное, и то, что она все­гда держалась в стороне от политики. Исследователь биографии Гитлера пишет, что Ева Браун была склонна судить о событиях мировой важности с точки зрения того, сколько свободного времени оставалось у Гитлера для неё.

Конец Евы Браун стал её триумфом. 28 апреля 1945 года, около полуночи, Ева Браун стала женой Адольфа Гитлера. Свидетелями собы­тия были Борман и Геббельс. Выпили вина, завели пате­фон, и Ева принимала по­здравления. В четыре утра молодожёны удалились, что­бы провести первую брачную ночь. Что там происходило и о чём говорилось, останется тайной. А утром Гитлер про­диктовал своё завещание, где объявил о своей женитьбе: « … решил …перед оконча­нием своего земного пути взять в жены эту девушку, ко­торая после долгих лет верной дружбы ­ по собственной воле возвратилась в этот по­чти осаждённый город, что­бы разделить свою судьбу с моей. Она идёт по своему желанию, как моя супруга, со мною на смерть…»

Нет ничего странного в том, что в Германии 30-х годов диктатор Гитлер был куми­ром тысяч женщин. Боль­шинство из них, как это ни удивительно, были довольно далеки от политики, нацист­ских идей и просто игнорировали их

В то время, когда их мужья и любовники соверша­ли чудовищные зверства, большая их часть вносила по­сильный вклад в дело партии — они охраняли тепло и уют до­машнего очага. А что ещё им оставалось делать?

Несмотря на то, что Ева Браун нахо­дилась ря­дом с Гитле­ром 16 лет, роль первой леди государ­ства на всех официаль­ных приёмах играла дру­гая женщи­на. Это была жена мини­стра пропа­ганды Гер­мании, raуляйтера Берлина, Магда Геббельс — лучшая ученица известного женского панси­она и нацистская мадонна. Одарённая природным умом и многочисленными способностями, Магда слепо приняла идеологию неогра­ниченной жестокости нациз­ма и вошла в историю вмес­те с величайшими преступни­ками ушедшего века. Она была не права. Заблужда­лась. Ошибалась. Проигра­ла, но ушла непобеждённой, не торгуясь, заплатив за од­нажды сделанный выбор. Цена гордости оказалась ужасной

Магда Геббельс олицетво­ряла собой идеал арийской женщины — высокая, бело­курая, голубоглазая, умная, образованная. Доброде­тельная супруга без страха и упрёка, многодетная мать, убеждённая сторон­ница идей партии, любими­ца фюрера, она во всём раз­деляла взгляды и убежде­ния своего мужа Йозефа Геббельса. В 1938 году Гит­лер даже наградил Магду Почётным крестом немец­кой матери.

Она стала пер­вой, получившей такую на­граду, внешне очень похо­жую на военную медаль. Кроме рождения определённого коли­чества детей (че­тырёх для брон­зовой медали, се­мерых — для се­ребряной и восьмерых — для золотой), почёт­ная мать должна была соответство­вать всем расо­вым, политичес­ким и физичес­ким критериям. Нацистская про­паганда пред­ставляла семью Геббельса образцом для всех немцев. Но за фасадом идеального брака не всё было гладко. Геббельс не упускал воз­можностей сходить «нале­во», благо в его власти ока­зались все киностудии Рей­ха. Множество актрис прохо­дили свой путь к успеху через спальню гауляйтера. Лишь неоднократные вме­шательства фюрера спаса­ли этот брак. Поскольку сам Гитлер не был женат, на приёмах Магда часто игра­ла роль «первой леди» тре­тьего рейха.

…Звонкие голоса, белозу­бые улыбки, тянущиеся к ней руки. Дети. Её и Йозефа. Пять дочерей и сын. Они не почувствовали ничего. Легли спать и не проснулись. Она сама, не полагаясь на док­торов Штумпфеггера и Наумана, делала смертельные инъекции.
Дети. На какой-то миг пе­ред глазами встали их лица. Смеющиеся. Плачущие. Жи­вые. Хельга, Хильде, Хель­мут, Хольде, Хедда, Хайда…
30 апреля 1945 года Магда Геббельс собственноручно умертвила своих детей. А 1 мая покончила с собой вме­сте с мужем. Ирония судьбы: прежде, чем увлечься идея­ми национал-социализма, Магда была пламенно и вза­имно влюблена в… Хаима Виталия Арлозорова — одно­го из самых ярых сионистов того времени, человека, не­посредственно причастного к созданию государства Изра­иль. В детстве и ранней юно­сти обожала своего отчима — еврея по национальности — и даже носила его фамилию. Её отчим и возлюбленный были уничтожены фашистс­ким режимом.

Вторая жена Германа Ге­ринга, рейхминистра Импер­ской авиации, вызывала глу­бокое восхищение членов нацист­ской партии и всего немецко­го народа исключительно по той простой причине, что была далека от политических проблем и никогда не прояв­ляла никакой политической активности. Когда-то её звали Эмми Зоннеман, и она была актрисой провинциального театра.. Хорошенькая, в меру талантливая. Звёзд с неба не хватала и даже не претендо­вала на «звёздность». Ей про­сто повезло. Герман Геринг обратил на неё своё благо­склонное внимание и поже­лал познакомиться. Она влюбилась в него или сочла нужным влюбиться окончатель­но и бесповоротно. Во всяком случае, их союз оказался очень прочным, и никто ни­когда не мог отыскать даже малейшего намёка на какие-либо семейные проблемы в жизни Германа Геринга. Эмми любила повторять, что для неё муж — идеал мужчи­ны, прежде всего, а то, что он лидер государства, в семей­ных отношениях не играет роли…Но, несмотря на пол­ную аполитичность, после войны Эмми была вынужде­на провести год в трудовом ла­гере как пособница фашистс­кого режима, а 30% её собственности отобрали в пользу государства. «Я была совершенно далека от поли­тики, — пишет она в письме ми­нистру, который занимался её делом. — Моей единственной ошибкой является то, что я — жена Германа Геринга. Но вы не можете наказать женщи­ну за то, что она любила свое­го мужа и была счастлива с ним в браке». Умерла Эмми Геринг 10 июня 1973 года в Мюнхене.

Они считали, что брак или постоян­ная любовная связь помешают им в осуществлении собственных амбициозных планов. Одна была одержима фото­графией и кино, а другая с детства мечтала управлять самолётом. И если пик их творческой активности сов­пал с годами фашизма в Германии, то за свой успех обе заплатили после войны дорогой ценой. Но они смог­ли очнуться после пораже­ния идеалов своей молодос­ти и в новом послевоенном мире нашли место для дальнейшей реализации своих талантов.

Лени Рифеншталь. Одно упоминание её имени — уже провокация. Актриса, танцовщица, продюсер, режиссёр, фотохудожник — эта уди­вительная женщина до­бивалась успехов во всём, за что бралась. Когда к власти пришли нацисты, Лени доверили снимать партийную конфе­ренцию в Нюрнберге в 1934 году. В результате получился «Триумф воли» — самый вы­дающийся пропагандистский фильм в истории. Затем Лени сняла «Олимпию», идеализирующую человеческое тело, силу и красоту. Для мно­гих Лени Рифеншталь была и остаётся пособницей Гит­лера. Поэтому после войны её арестовали, в различных тюрьмах она провела почти четыре года. В 1952-м суд снял с неё обвинения, но ей на долгие годы запретили заниматься кино. Тогда Лени уехала в Африку, сни­мала фильмы о нубийцах, одна прошла почти через весь континент, чтобы сфо­тографи­ровать ис­чезающие племена. В возрасте 70 лет получила удостове­рение ак­валангис­та и заня­лась под­водными съёмками. К своему столетию Лени сняла документальную ленту, рассказывающую о подводной жизни Индийско­го океана. Умерла Лени со­всем недавно, в 2003-м, на 102-м году жизни.

Известная всей Германии летчица Ханна Райч устано­вила несколько рекордов скорости и высоты. В 40-е гг. в качестве пилота проводи­ла воздушные испытания ФАУ-снарядов. Ханна Райч — единственная женщина — лёт­чик-истребитель — среди не­мецких асов на Восточном фронте. Кроме Железного креста 1-й и 2-й степени, име­ла звание капитана люфт­ваффе. Личный пилот фюре­ра. 26 апреля 1945 г. Райч прорвалась в воздушном бою в уже окружённый советски­ми войсками Берлин и дос­тавила в ставку Гитлера но­вого Главнокомандующего Военно-воздушными силами вермахта, генерал-фельд­маршала фон Грайма. Тогда ей только исполнилось 33 года. После войны была су­дима и осуждена. В 50-е годы Ханна Райч завоевала бронзовую ме­даль на чемпионате мира по планеризму в Испании, основала школу планериз­ма, вертолётный центр, а также стала одним из соуч­редителей объединения женщин-пилотов вертолёта. Умерла в 1979 году. Женщины, о которых мы сегодня вспоминали, жили и умирали в страшное время — время ложного триумфа и реального позора их роди­ны. Их судьбы не могут быть для нас поучительны, но, без сомнения, могут быть инте­ресны как проявления веч­ной женской сущности.