Ваше здоровье, фрау Меркель! (7 фото)

Почему Япония не напала на СССР в 1941 году

По воспоминаниям Молотова, благодаря таким веселым проводам, да и теплому приему, между японским дипломатом и советской властной верхушкой сложились весьма доверительные личные отношения. А это, по мнению Сталина, гарантировало, что Мацуока, приложит в дальнейшем все усилия для предотвращения агрессии по отношению к СССР.

Нет, конечно, глупо было надеяться на то, что один министр способен сдержать «партию войны» в окружении императора. Но ненападение уже гарантировал к тому моменту советско-японский пакт о нейтралитете, который обе стороны подписали в Москве 13 апреля 1941 года. Однако стоило перестраховаться и заручиться поддержкой Мацуоки, который имел большое влияние при дворе. Вот и принимали его в Москве по высшему разряду. Разве только на руках не носили.

Отметим: при любом удобном случае Сталин устраивал своеобразное социалистическое соревнование с «капиталистическими» дипломатами, а также главами государств и правительств на предмет «кто кого перепьет». Разумеется, Иосиф Виссарионович спаивал гостей не ради удовольствия, а в чисто государственных интересах. Это было излюбленным приемом в его дипломатических играх.

Так, надолго запомнился Черчиллю его визит в Москву в августе 1942 года. По сообщениям ВВС, переговоры между высокими сторонами об открытии второго фронта велись двое суток. Причем, начинался и заканчивался визит грандиозными попойками с участием премьер-министра и «хозяина» Кремля. Сталин принимал англичан как радушный и хлебосольный хозяин. Столы, накрытые в Георгиевском зале, ломились от яств и изысканных напитков.

После небольшой неофициальной беседы наедине между главами правительств (напомним, что с 6 мая 1941 года вождь был еще и предсовнаркома) «отец народов» пригласил всех к столу. Зазвучали бесконечные тосты и здравицы. И почти сразу началось своеобразное состязание между главными фигурами в том, кто кого перепьет.

Высокопоставленные «спиртсмены»

Общеизвестно, что Уинстон Черчилль ежедневно выпивал не по одной бутылке коньяку — их, кстати, ему специально присылали ящиками из Армении. Если учесть этот факт, то понятно, что «тренированный» премьер быстро принял игру Сталина.

Тот, в свою очередь, лично подливал и подливал в бокал своего визави то крепкого коньяку, то слабенького грузинского вина. И тут же, почти без передышки, провозглашал тосты: за гостя, за королеву, за народ Великобритании.

Ровно тем же самым занимался и Черчилль, поднимая бокал за СССР, за союзников, за победу в войне. Не забывая при этом плескать в рюмку хозяина торжества все подряд — от водки до сухого кахетинского. Отказаться пить было просто немыслимо. Обе стороны добросовестно осушали «кубки».

«Я с большой тревогой смотрел на товарища Сталина, которому как ни в чем не бывало приходилось пить в огромных количествах и вино, и водку, и коньяк, — вспоминал позже Главный маршал авиации, а во время войны — командующий авиацией дальнего действия Александр Голованов. — Однако вскоре соревнование прекратилось: премьера чуть ли не на руках унесли с банкета. А Сталин, подойдя ко мне, спокойно сказал: «Напрасно ты за меня так волновался, бросая тревожные взгляды. Когда отстаиваются интересы государства, я не пьянею. Так что не переживай — страну не пропью. А вот Черчилль у меня завтра на переговорах как уж на сковородке будет извиваться!».

"С тех пор коньяк регулярно поставлялся Черчиллю большими бочками. Отныне каждый день премьер выпивал не только бутылку виски, но и бутылку коньяка" - ему из бочек в бутылки разливали?
И потом, после Тегерана Черчилль прожил более 18 лет. Т.Е. 18 лет Х 365 дней в году = 6570 бутылок! (не считая високосных годов).

Что-то мало.