Звезды мужества. Спецназ воюет за идею (5 фото)

Родился 16 октября 1972 года в Мордовии. На военной службе с августа 1990 года. В 1995 году окончил Санкт-Петербургское высшее военное командное училище внутренних войск МВД России. Служил в ОДОНе, в Приволжском округе внутренних войск. С февраля 1999 года — командир группы специального назначения отряда спецназа Приволжского округа. Неоднократно выполнял служебно-боевые задачи в Северо-Кавказском регионе. Звание Героя Российской Федерации присвоено 22 декабря 1999 года.
ЕМУ долго не везло с наградами. Дважды представляли его к ордену Мужества, но не проходили наградные документы в высоких инстанциях. Не везло — и все тут. Даже ранения не помогли. В полку сочувствовали:
— Видать, не судьба тебе, капитан Янклович, орден носить. Хоть и заслужил ты его по самому большому счету.
Он не обижался:
— Спецназ не за награды воюет. За идею. И будет воевать с бандитами до полной победы.
Позже, когда был подписан президентский указ о присвоении ему звания Героя России, командир группы спецназначения капитан (ныне майор) Александр Янклович, отвечая на вопросы одного дотошного корреспондента, очень понятно растолковал, за какую идею воевал и вновь готов с братишками под пули идти:
— Перед выездом на боевые в августе 99-го я солдатам своим напомнил о страшных преступлениях бандитов, совершенных против русских в Чечне. О том, сколько людей захвачено в рабство. О бандитском беспределе в приграничных районах. Вывод: не накажем “духов” — террор пойдет гулять по всей России. Так что если дорог тебе твой дом, солдат, воюй с бандитами отважно и умело. Ты сражаешься за покой страны. За то, чтобы твоим сыновьям через двадцать лет не пришлось идти с боями по кавказским дорогам. Вот она, наша идея...

КОГДА отряд, успешно выполнив задачи по зачистке селений Ботлихского района Дагестана от недобитков, прибыл в Кадарскую зону, Александру сразу же пришла на ум пословица про цветочки и ягодки: “Здесь, пожалуй, будет покруче, чем в “первой Чечне”. Молотиловка идет будь здоров!” Однако по старой привычке находить плюсы при любых неласковых обстоятельствах загасил чувство тревоги, поблагодарив судьбу за то, что дала возможность обкатать необстрелянных пацанов во фронтовой обстановке без потерь. Солдаты понюхали пороху, получили психологическую закалку. Для Янкловича и других фронтовиков это было так же важно, как пристрелять новое оружие перед выходом на задание: отряд молодой, четырех месяцев не прошло после старта на полигонной дистанции — и тут позвала труба в поход.
При формировании отряда плотно занимались подбором опытных бойцов, прошедших школу в элитных подразделениях, — тоже плюс большущий, настраивал себя на мажорный лад капитан, собираясь за “ягодками”. Один прапорщик Вячеслав Молоков целого отделения стоит. Старшина Олег Редяев, сержанты Андрей Болдырев, Александр Камышан и Вячеслав Балаклеец — умелые, отважные спецы. Снайпер рядовой Виктор Асинов — зоркий глаз, верная рука. Ну а на замов, старших лейтенантов Кайрата Маусова и Анатолия Докшева, он, Янклович, как на самого себя готов положиться — кремень мужики.
Есть крепкое ядро. Его команда получила боевое крещение. Увереннее, решительнее стал работать отряд, которым недавно приросла когорта спецназа внутренних войск. Молодо — не зелено. Можно воевать по полной программе.
2 сентября выехали с командиром на рекогносцировку. Впереди разведчики, следом, на прикрытии, группа Янкловича в полной готовности к бою. Чувствовал Александр: по всем признакам денек обещает быть очень жарким. Повернувшись к Молокову, выразительно шевельнул стволом.
— Слышишь, Славик?! Принимаем боевую стойку! Кажется, готовят нам встречу с оркестром…
На подступах к Карамахам нарастает захлебистый пулеметный лай, гулким эхом в горах отзывается грохот “шайтанок”. В эфире на тревожной ноте — позывной “калачей”: бандиты крепко зажали колонну бригады, подбит бэтээр, есть “двухсотые” и много “трехсотых”.
— На тебя, Юрьич, вся надежда. Пойдешь со своей гвардией спасать калачевцев, — осмотрев в бинокль окрестности, сказал командир отряда полковник Сергей Каменев. — Не хотелось бы дробить нашу группу, у самих каждый штык на счету, да иного выхода нет. Пока пришлют подмогу, “духи” расколошматят колонну. Там, сообщают, все офицеры ранены. План такой: быстро выдвигаешься на северную окраину села, в тыл бандитам, и занимаешь лысую высотку, не доходя до макушки, она наверняка ваххабитами из минометов пристреляна. Дальше — как учили. С Богом!
Расстояние до плешивой сопки прошли на одном дыхании. Цена выигранным у бандитов секундам — жизнь попавших в беду братишек из калачевской бригады. Так же стремительно прозмеились по крутому каменистому склону. Залегли в траве. Минута-другая на размышление-решение. Бандюки долбят по нашим с капустного поля — сверху видно даже без бинокля. Группа у них небольшая, но засечь огневые точки калачевцы не успевают, “духи”, ловкачи натасканные, перемещаются с неуловимой быстротой. Нужно перехватить у них инициативу.
— Камышан, спускаешься вниз и начинаешь молотить по бандитам с фронта, непрерывно меняя позиции, — махнул рукой капитан. — Отвлекаешь своим пулеметом внимание “духов”, втягиваешь их в перестрелку. Пусть побегают по капусте. А мы тем временем с тылу им задницы поджарим. Вперед, Саня! Остальные работают парами… К бою!
Лихой маневр спецназа был полной неожиданностью для ваххабитов. Клюнув на приманку, они, как и рассчитывал капитан, перенесли огонь во фронт, пытаясь разделаться с невесть откуда взявшимся пулеметчиком. Бойцы тут же засекли цели. И — дружно из реактивных огнеметов по врагам. “Шмели” жалят смертельно. Опешившие “духи” выскочили из укрытий и попали под меткие пули Янкловича и его спецов…
Только обеспечили отход калачевцев — новый приказ. Надо подсобить разведчикам отряда: бандитские снайперы, будь они неладны, достали.
Прибыли в указанный район, прикинули расстояние до зданий, откуда стреляли “кукушки”. Далековато. Разве что из башенного КПВТ попробовать… Правда, риск немалый: без помощи корректировщика наводчику не справиться, а тому, кто будет давать целеуказания, придется заскочить на броню бэтээра, а значит, стать удобной мишенью для “духовских” стрелков. Но когда надо выручать товарищей, о риске меньше всего думаешь.
— Камыш, повторим нашу игру, у тебя это здорово получается! — указав позицию пулеметчику, Александр присоединил к автомату магазин с трассерами. — Я буду на “коробочке” корректировать огонь наводчика.

И на этот раз хитрый замысел удался на все сто. По командам капитана водитель и пулеметчики работали четко и слаженно. Засветил бандит свое укрытие, вступая в перестрелку с Камышаном. Вслед за светящимися промельками трассеров ефрейтор Дмитрий Васильев послал длинную очередь в окопчик под фундаментом здания. Дагестанские омоновцы, отслеживавшие в бинокли передвижение бандитов, не выдержали, пустились от радости в пляс: “Ай красавчик, попал!” Во время зачистки в том месте найдут пулемет и американскую винтовку “Магнум” с мощной оптикой.
К концу дня благодаря военной хитрости и отваге Янкловича были уничтожены еще три вражеских снайпера.
ДАЛЬШЕ — сплошь ягодки, с предельным боевым напрягом пришлось работать.
7 сентября — большая охота. Испытанной в антиснайперской борьбе 2-й ГСН задание самое трудное. Действуя в авангарде отряда, захватить две господствующие высоты и обеспечить огневое прикрытие штурмовых групп. Продвигаться к селу окольным путем, по ущелью, спутав все карты противнику. “Духи” в Карамахах за свои тылы особо не беспокоятся. Уверены: атака федералов начнется по классической схеме – со склонов гор вниз, характер здешнего рельефа исключает другие варианты. Себе дороже с полной выкладкой переться по непроходимым местам, где любой рискует шею свернуть. Именно поэтому командир принял дерзкое по замыслу решение.
— На выходе из ущелья нас не ждут, там почти отвесные склоны, — глядя в глаза Янкловичу, сказал полковник Каменев. — Нам это на руку. Чем труднее дорога, тем больше шансов красиво завершить маневр. Докажем, что спецназу под силу невозможное. Твоя группа пойдет первой. Отряд — вслед за вами...
Они прошли. На спецназовской воле, на русском характере, на боевой злости. Мокрые, будто только из парилки, седые от пыли бойцы и офицеры, цепляясь изодранными ладонями за камни, подсаживая и подтаскивая другу друга, из последних сил вскарабкались наверх. Перевели дух. И, как было задумано, стали окружать дома на окраине. В ответ — тишина, ни единого выстрела. Бандиты пасли военных с противоположной стороны. А спохватились — было уже поздно. Спецназ основательно закрепился в домах, не сковырнуть.
Покуда подтягивались штурмовые группы, “душманы” открыли из зеленки минометный огонь по высотам, пытаясь сбить оттуда силы прикрытия отряда. Засвистели снайперские пули. Вот где по-настоящему туго пришлось… Ранение за ранением — у Аташева, Докшева, Маусова и еще у девяти бойцов. Будь на месте Александра офицер послабее, наверняка все там кровью умылись бы. А он и за себя, командира, и в роли санитара поспевал управляться. Приказав старшине Редяеву со всех сторон закрыть позиции дымами, рассредоточил солдат по скатам. Давая целеуказания, крепко поддержал стрелков из подствольника. Вытащил из-под огня и перевязал пятерых раненых.
Тем временем штурмующие подразделения с боем продвинулись к очередному рубежу на юго-западной окраине Карамахов. Дальше, в глубь села, без артиллерии — никак. Янкловичу — отход.
На этот случай еще утром, когда его спецы оседлали сопки, Александр облюбовал пустующие дома севернее взятых высот. Там удобно и круговую оборону держать — из окон хорошо просматриваются подходы, и обеспечивать огоньком атакующих. Одно “но”: от группы горстка осталась.
— Нам ли быть в печали, пацаны! Из пекла вырвались. Безвозвратных потерь нет. Живем! — организовав эвакуацию раненых, подбадривал уцелевших бойцов Янклович. — А для снайперской дуэли стволов хватит.
Горстка храбрецов во главе с капитаном в течение двух суток была для ваххабитов как кость в горле. Восьмерых снайперов насшибали из укрытий. С учетом боевой сноровки “духов” — впечатляющий результат!

10 СЕНТЯБРЯ. Близятся к финалу горячие события в Кадарской зоне. И вновь изрядно поредевшая группа Янкловича — как палочка-выручалочка. И для своего отряда, и для соседей.
В тот день Александр несколько раз был на волосок от смерти. Рассказывает мне об этом, улыбаясь глазами, – мол, везучий я, не берут снайперские пули. Лишь глубокие затяжки сигаретным дымом выдают его чувства. Душой он еще там, в кадарском аду: “Утром по распоряжению командира вывел свою группу на отдых. Три ночи без сна. Все валятся с ног от усталости. Хоть бы часок нормально покемарить. Куда там! В Чабанмахах снайперы начали долбить 17-й отряд, не могут они прорваться. Надо отвлечь “духов”. Опять мне задача. Генерал, руководитель операции, показал на карте маршрут. Из ущелья — в гору. Придали нам 50 омоновцев и 10 собровцев из дагестанского спецбатальона. Я их проинструктировал по вопросам взаимодействия — и пошли. Спустились в ущелье, впереди склон почти отвесный. Начнут сверху бить, не пройти нам. На наше счастье вижу десять армейских танков. Я к командиру: “Выручай, брат!” Танкисты клали снаряды перед нами метров за 20-25, не давали бандитам высовываться. Свист — мы вжимаемся в землю за камнями, после взрывов — рывок. Так, словно за огненным щитом, поднимались к вершине. А как перевалили на обратные склоны, кончилась лафа: не достают туда пушки. И сразу “духовские” винтовки защелкали. После первого же выстрела омоновцев как ветром сдуло. За пятнадцать минут вниз скатились крутые ребята. Очевидно, не нюхали пороху. Бывает.
Упали на землю, чертыхаемся — место неудачное, открытое. Прижимают, гады, капитально, головы не поднять. Мы с Редяем работаем в паре. Рывочек — кое-как укрылись.
Я за разбитым ЗИЛом, он метрах в пяти от меня — за КамАЗом. Крутится, как заяц, уворачиваясь от пуль. У меня похолодело внутри: еще немного — и достанут его волчары. Подползает Балаклеец со “Шмелем”. Я ему: “Давай!” Слава — на пули ноль эмоций! — начал дома напротив крушить. И тут я снайпера упас. “Нарисовался” он в окне, я по нему из подствольника. Попал!

Бандиты чуть приутихли. А через минуту-две давай с новой силой по нам мочить.
Я приказал Молокову с его бойцами зайти сбоку, между домами, и с фланга прижать “духов”. Остальным командую: “По моим сигналам из РПО синхронно, залпами!” Эта тактика у нас отлично отработана. Загасили несколько огневых точек. Три-четыре продолжают плотно долбить, а у нас “Шмели” кончились.
Умоляющий крик Редяева: “Парни, вытащите, дайте хоть немного повоевать!” Помог Болдырев Андрюша. Из кремлевского полка, между прочим, всю срочную строевой занимался, а тут такие вещи творил… По моей команде стреляем из автоматов, Андрюха РПГ на плечо, только “дух” высунулся — получай, гад, гранату! Тот, не успев “проакбарить”, вылетел от взрыва из окна. Эффектное зрелище! Пользуясь моментом, я прыгнул в высокую траву за обочиной, чтобы Олега хорошенько прикрыть, дать ему возможность выползти из-за машины и найти более надежное укрытие. Маленько не рассчитал, засек меня снайпер. Шевельнусь — пули впереди чух, чух, чух. Начинаю отползать — сзади по грязи чмокают. Эх, пан или пропал, кричу Редяеву: “Олег, кидай дымовуху, прикрываю!” Бью длинными очередями, “дух” лупит по мне, пули в траве возле локтей — шух, шух. Редяй бросает дым, выскакивает стремглав в сторону, я, продолжая строчить, вижу: под ногами Олега фонтанчики земли, один, два… четыре… Слава Богу, не зацепило. Выбрался! Мой черед. Тоже швыряю дым и каким-то чудом под пулями добежал-дополз вслед за сержантом.
Общими усилиями прорвались с собровцами в указанный район. Накоротке советуемся, как быть. Я говорю: “Выше нас — дома. “Духи” из подствольников нас накроют влет. Будем брать эти дома”.
О дальнейших действиях капитана Янкловича и его группы расскажем скупыми строками наградного листа. По-военному точные и лаконичные, они подчас убедительнее самого яркого и образного повествования.
“Под умелым руководством капитана Янкловича А.Ю. с дальних подступов были подавлены основные огневые точки ваххабитов. Грамотно оценив обстановку, командир группы принял решение атаковать противника с ходу и лично возглавил атаку. Решительным броском достигнув вражеских позиций, капитан Янклович А.Ю. и его подчиненные вступили в рукопашную схватку с бандитами, в ходе которой отважный офицер захватил в плен боевика. Получив пулевое ранение в ногу, капитан Янклович А.Ю. продолжал командовать группой до полного выполнения поставленной задачи. Благодаря его инициативе и мужеству указанный рубеж на окраине н.п. Карамахи был взят, что явилось решающим моментом в ходе освобождения села от незаконных вооруженных формирований”.